Проклятый город
Шрифт:
— Привет, Свет, — поздоровался с ней мальчуган, широко улыбаясь. — Давно не виделись.
— Да не так уж и давно, — буркнула она. — Ты зачем его привел сюда?
— Он сам пришел. Предложил помочь наших спасти, — потер нос кнопку Колька.
— Наших спасти? Он? — девочка нахмурилась и оглядела Инжера с головы до ног. — Ну, возможно, а чего ты меня позвал?
— Сама знаешь чего, Светка. Что ты мне дурацкие вопросы задаешь все? — надулся мальчишка. — Сама говорила «хоть кто-нибудь бы нас нашел и ребят спас», а теперь чего начала?
— Да ничего, — скрестила
Она подошла ко Инжеру совсем близко и уставилась своими синими глазами в его глаза, смотрела с полминуты и вдруг у парня в голове стали возникать образы. Обвалившийся этаж, куча обломков и свод потолка сверху, а потом дом издали: — Вот там я и лежу, — ее слова вырвали из видений, — ты похорони меня. Пожалуйста.
Она шмыгнула носом и развернулась, махнув рукой на дверь.
— Почему вы одни здесь жили? — спросил немного отошедший Инжер детей, пока они шли на следующий этаж. — Где взрослые? Куда делись?
— Это тебе лучше Катька расскажет, — ответила Света, шлепая рукой по стене и перилам лестницы. Как у нее это получалось, он не знал, но удары были вполне физическими и прекрасно слышались, отдавая эхом в пустом здании. — Она нас всех старше. Успела застать последних живых взрослых. Я помню только то, как они начали постепенно сходить с ума, а потом мы все время прятались. Наши старшие еду добывали, нам приносили, но и они пропадали один за другим. Удивительно то, что вот такими, — она ткнула себя в грудь, погружая палец в несуществующее тело, — стали только мы. Никого из старших мы такими не встречали.
— А вы можете выходить из здания? — поинтересовался Инжер, когда они поднялись на третий этаж и пошли по коридору к очередной двери.
— Можем ходить недалеко, но теперь наши вещи у тебя, потому мы с тобой сможем ходить здесь где угодно, — ответил Колька и попинал нужную дверь.
В ответ изнутри по двери прилетел удар такой силы, что шум разнесся по всему этажу.
— Инж, прием, — прозвучал в наушнике обеспокоенный голос Руби. — Ты там как и что у тебя шумит?
— Все хорошо не переживай. Это я дверьми стучу, — ответил он под любопытными взглядами детишек. Даже буян внутри квартиры смолк ненадолго.
— Интересная штука у тебя, — Колька подошел, поближе разглядывая, портативный передатчик. — Ты сейчас по ней разговаривал со своими?
— Ну да. Можешь и ты попробовать что-нибудь сказать, но не знаю, услышат ли тебя.
— Давай! — загорелись его глазенки.
— Хорошо, но чуть позже, а то мои товарищи с ума сойдут, если услышат твой голос.
— Тоже верно, — важно кивнул тот головой и саданул ногой в дверь, — Кузьмич! Открывай, давай! Хватит там беситься!
Нового удара в дверь изнутри не последовало. Дверь просто отворилась, скрипя не смазанными петлями. На пороге стоял мальчишка лет десяти на вид. Грязно-зеленого цвета брюки с огромной оранжевой заплаткой на коленке, белая рубашка, большущие, явно не по размеру, ботинки. Самой интересной деталью его одежды служила кепка восьмиклинка. Кепка
— Это Кузьмич наш, — Колька толкнул Инжера локотком в бок. Инжер ничего не почувствовал, конечно, но кивнул серьезному пареньку в дверях.
— Кузьмич, а это Инжер и да, он живой. Не знаю, почему он нас видит, — Колька ответил на хаотичные жесты руками, который исполнял новый знакомый. — Они пришли сюда в главную комнату. А я почем знаю? Он пообещал нашим помочь, потому мы все здесь. Да, встретила их Соня уже, — их диалог выглядел очень забавно. Кузьмич жестикулировал, а Колька безошибочно читал его и отвечал.
Инжер со Светой просто молча, стояли и иногда переглядывались, а еще девчонка потихоньку отпускала смешные комментарии.
— Да они всегда так, — шепнула она ему. — Дружили с детства, поэтому понимают друг друга с полуслова. У Кузьмича родители рано умерли, и он перестал говорить. С бабушкой жил… Все молчу, молчу! — захохотала она, и отпрыгнула, когда разъяренный Кузьмич бросился к ней, яростно размахивая руками. — Он у нас очень стеснительный.
Кузьмич немного пораздувал ноздри, сверля девчонку негодующим взглядом из-под кепки, а потом развернулся ко Инжеру, оглядывая с головы до ног.
— Ну, здорова, Кузьмич, — улыбнулся он парнишке, протягивая руку. Тот осмотрел ее и пожал. Конечно, контакта никакого не было, но сам факт знакомства был закреплен, что их обоих устроило.
— Сейчас Инжер возьмет твою вещь, и к Катьке пойдем, — сказал ему Коля, — она уже все ему расскажет.
Кузьмич важно кивнул и махнул Инжеру рукой, предлагая пройти в комнату. На старом диванчике, стоящем в углу, лежали цветастые детские варежки, связанные из лоскутков ткани. Настолько ярко они смотрелись в этой серой обстановке, что у парня аж сердце кольнуло от расстройства. Бережно подняв варежки, он убрал их в нагрудный карман под строгим взглядом Кузьмича.
— Коль, а почему Кузьмич? — спросил Инжер скачущего вприпрыжку рядом со мной мальчишку.
— Не знаю, — пожал плечами тот, — его бабушка так называла, ну и я стал.
— И чего это вы шляетесь по этажам, да еще и водите с собой живого? — строго спросили откуда-то с потолка, когда вся компания поднялась на этаж. — Вы откуда знаете, зачем они сюда пришли? — из потолка выглянула голова рыжеволосой девушки пятнадцати лет и уставилась на Инжера зелеными глазами.
— Так он нам сам рассказал, — недоуменно захлопал глазами Николай, явно обиженный такими нападками.
— То есть, как рассказал? — девушка полностью вынырнула из потолка и спланировала на пол, а потом уставилась на парня, а он на нее. — Он нас видит что-ли? Прямо на меня смотрит!
— Вижу, — подтвердил Инжер. Дальнейшую реакцию на его слова не ожидал никто. Девчонка взвизгнула и спряталась за углом, опасливо оттуда выглядывая.
— А почему это ты нас видишь? — опасливо поинтересовалась она оттуда.
— А я откуда знаю? — Инжер пожал плечами, и поудобнее перевесил винтовку, про которую совсем забыл. — Вижу и все.