Проклятый Дар
Шрифт:
— Вот так и надо, — крикнул Рэд как-то раз, когда Биттерблу ухитрилась двинуть Медведя локтем в пах, отчего он, рыча, согнулся вдвое.
— А теперь, когда он отвлекся, — сказала Катса, — что ты сделаешь?
— Ударю в шею ножом, — ответила Биттерблу.
— Молодец.
— Решительная малышка, — довольно сказал Ред.
Она действительно была решительной малышкой. Такой маленькой, такой ужасно крошечной, что Катса знала, как и любой из матросов, сколько удачи ей понадобится, чтобы защититься от нападения. Но то, чему она училась, давало ей шанс. Да и уверенность в себе тоже не помешает.
— Конечно, ей никогда не понадобятся эти навыки, — добавил Рэд. — У принцессы Монси всегда будут телохранители.
Катса не сказала того, что первым пришло ей в голову.
— Мне кажется, пусть лучше она владеет навыками и они никогда не пригодятся, чем их не будет, но однажды они понадобятся.
— Ваша правда, принцесса. Никто не знает этого лучше, чем вы и принц По. Я так думаю, вы вдвоем могли бы сделать приличное войско из кучки детей.
Перед глазами Катсы встало воспоминание о По, изнуренном и нетвердо стоящем на ногах. Она поспешила его отогнать, проверила, в порядке ли Медведь и сосредоточилась на следующем упражнении для Биттерблу.
Глава тридцать четвертая
Катса сидела на снастях с Рэдом, когда впервые увидела Лионид. Он был точно таким, как описывал По, и невероятным, как сюжет с гобелена или из песни. Из моря вздымались темные скалы, а на них белоснежные поля. Посреди полей высился одинокий утес, а на вершине его стоял город. Он так сиял, что Катса подумала: должно быть, он весь из золота.
Когда корабль подплыл поближе, она поняла, что не так уж ошибалась. Здания в городе были сделаны из бурого песчаника, желтого мрамора и белого кварца и искрились в свете небес и от водных бликов. А купола и башенки здания, которое возвышалось надо всеми другими и раскинулось через все небо, действительно были золотыми. Это был замок Рора, дом, в котором вырос По. Такой огромный и яркий, что Катса так и повисла на снастях, открыв рог. Рэд рассмеялся и крикнул Лоскуту, что все-таки есть на свете кое-что, способное заставить принцессу остановиться и никуда не лазать.
— Земля! — огласил он затем, и люди по всей палубе откликнулись радостными криками. Рэд соскользнул вниз, но Катса осталась на снастях и смотрела, как Рорион вырастает перед ней. Она разглядела дорогу, которая вилась от основания утеса вверх к городу, и площадки, висящие над полями на канатах, слишком тонких, чтобы она могла их увидеть. Когда корабль обогнул юго-восточный берег Лионида и направился на север, она повернулась, чтобы и дальше смотреть на город, пока он не исчезнет. Ее глазам было почти больно от вида Рориона, и ее не удивляло, что По родился в сияющем городе.
И в такой ошеломляюще красивой стране. Корабль обошел островное королевство с севера и запада, а Катса едва моргала. Она видела пляжи белого песка, иногда присыпанные снегом. Горы, исчезающие в тучах. Каменные городки, построенные на скалах и незаметно подвешенные над морем. Деревья на утесах, окоченевшие и голые, чернеющие на фоне зимнего неба.
— Деревья по, — сказал Лоскут, когда она указала на них. — Наш принц вам не рассказывал? Осенью листья
— И сейчас красиво.
— Пожалуй. Но зимой Лионид серый. В другие времена года здесь все в цвету. Вы сами увидите, принцесса.
Катса глянула на него удивленно, а потом задумалась — чему, собственно, удивляться. Она увидит, если пробудет здесь достаточно долго, а они наверняка останутся на некоторое время. У нее не было четкого плана, что делать, когда они доберутся до замка По. Она собиралась изучить здание, найти в нем потайные места и укрепить его. Выставить стражу из слуг, которые там окажутся. Думать и планировать, ожидая новостей о По или Леке. И так же, как она будет укреплять замок, она будет укреплять свой разум от новостей, несущих яд Лековой лжи.
— Я знаю, о чем вы нас попросили, принцесса, — раздался рядом голос Лоскута.
На сей раз она посмотрела на него с истинным изумлением. Он глядел на проплывающие мимо деревья, лицо у него было серьезное.
— Капитан Фавн сказала мне. Она сказала только нескольким из нас, очень немногим. Хочет, чтобы мы поддержали ее, когда придется сказать остальным.
— И ты ее поддержишь? — спросила Катса.
— Она меня уговорила.
— Я рада, — сказала Катса. — И мне очень жаль.
— Это не ваша вина, принцесса. Это вина того чудовища, что зовется королем Монси.
Пошел легкий снег, Катса подставила руки навстречу падающему снегу.
— Что, по-вашему, с ним не так, принцесса? — спросил Лоскут.
Катса поймала снежинку на ладони.
— Что значит «не так»?
— Ну, почему ему нравится мучить людей?
Катса пожала плечами.
— Его Дар позволяет ему делать это с легкостью.
— Но у всех есть возможность причинять боль, — сказал Лоскут. — Это же не значит, что они ею пользуются.
— Я не знаю, — сказала Катса, вспомнив о Ранде и Мергоне, об остальных королях и их бесчинствах. — Мне кажется, многие люди с удовольствием ведут себя жестоко, если их власть это позволяет, а у Лека власти больше всех. Я не знаю, почему он так делает, я только знаю, что мы должны его остановить.
— Как вы думаете, Лек знает, где вы, принцесса?
Катса смотрела, как хлопья снега тают в море. Она вздохнула.
— Мы мало с кем говорили, — сказала она, — с тех пор, как покинули Монси. И никому не сказали, куда направляемся, пока не попали на борт этого корабля. Но… он видел нас, Лоскут, и меня, и По, и, конечно, узнал. Мест, где мы могли бы спрятать девочку, очень мало. Он будет ее искать. Мне нужно найти место, где можно скрыться — во дворце или в прилегающих владениях. Или даже где-нибудь в лесах Лионида.
— Погода будет суровой до самой весны, принцесса.
— Да. Что ж, возможно, я не смогу устроить ее с комфортом. Но, по крайней мере, она будет в безопасности.
По сказал, что дворец невелик, похож скорее на большой дом, чем на замок. Но увидев, как дворец Рора заполняет собой небо, Катса подумала, что у По представление о масштабах может быть не такое, как у других людей. Замок Ранды был большим. Замок Рора — гигантским. Какого размера замок По — было пока неизвестно.