Проклятие Солнца

Бланш Лилия

— Послушай, я… испытываю к тебе чувства. Ты ко мне тоже. И не отрицай! Я умею считывать эмоциональный фон. Ты долго и упорно сдерживала свои эмоции, не знаю, как тебе это удаётся — неважно. Суть в том, что я не хочу делать из тебя очередную подстилку. Неужели, ты до сих пор не понимаешь, как я к тебе отношусь?

От нежности в его взгляде, от серьёзности тона, защемило сердце, но…

— Не понимаю, — со злостью бросила я. Хотя злилась я на себя саму, на жизнь, на всех на свете, но он же этого не может знать, верно?

Снова дёрнулась в попытке освободиться, но Рэм прижал к себе лишь плотнее.

— Не отпущу, пока не признаешь, что между нам есть чувства.

— Илрэмиэль, конечно, у нас есть взаимная симпатия, но только ты — этерн, а я — антропийка и твёрдо верю в идею чистокровности. Физическое притяжение — это хорошо, но на этом не построить отношения, семью, в конце концов.

Меня выпустили почти мгновенно. Лицо Кетро выглядело ошарашенным.

— Ты это серьёзно? Чистокровность?

— Да, — твёрдо ответила я, глядя ему в глаза.

— И… ты можешь ради чистокровности… — он запнулся, — поступиться собственными чувствами?

Пожала плечами и невозмутимо ответила.

— Я же не позволила своей симпатии к Себастьяну перерасти в нечто большее. Так что не позволю и влечению к тебе.

На мгновение стало физически больно от того, КАК он на меня посмотрел. Этерн тут же ощутил мои колебания.

— Не верю, — глухо произнёс он. Я загнала все эмоции подальше и решительно ответила.

— Поверь. Я выйду замуж только за чистокровного антропита. Конечно, я хотела бы, чтобы мне дали время самой выбрать мужа, но раз уж дедушка настаивает на свадьбе с Адрианом… Никакие чувства не заставят меня изменить собственным принципам.

Зелёные глаза сузились и прозвучал холодный ответ.

— Ясно.

Кетро развернулся, и пока я смотрела в его удаляющуюся спину, мне безумно хотелось сползти по холодной мраморной стене, тихонько поскуливая. Только нельзя. Когда этерн исчез в сиянии внутреннего телепортатора, я уже приготовилась разрыдаться, но оказалось, что на этом мои злоключения не окончены.

— М-да… — раздалось за моей спиной. — А я почти поверил тебе тогда. Мучался, корил себя за несдержанное и неблагородное поведение.

Я собрала остатки воли в кулак и повернулся к Себастьяну.

— Прости, — холодно ответила я.

Серый взгляд гарунита светился презрением.

— Переживу как-нибудь, — хмыкнул он. — Главное, чтобы ты потом не раскаивалась в том, что всю жизнь игнорировала эмоции. Мне тебя даже жаль.

— Очень благородно, — скривилась я и, почувствовав, что не в силах больше сдерживаться, бросилась дальше по коридору в поисках уборной.

Найти нужное место удалось не сразу, по щекам уже обильно текли слёзы, и я ужасно боялась наткнуться на кого-то в таком состоянии. Наконец, мне повезло — в конце коридора светилось табло с нужным указателем.

Уборная пустовала, и я, заблокировав дверь, дала волю слезам.

Глава 18

Порыдав

от души, принялась обдумывать план действий. Я уже подошла слишком близко к тому, чтобы раскрыть своё происхождение и подвергнуть опасности маму и дедушку. Когда в голове оформились более-менее вразумительные идеи, умылась холодной водой из-под крана, достала из кармана пудреницу и привела себя в порядок. Правда не помешали бы ещё и тени — припудренные веки смотрелись блёклыми, но хотя бы не заплаканными.

Открыла дверь, чтобы выйти, но в конце коридора показались лорд Никлас и господин Моро.

— Не боитесь, что она снова сбежит? — спросил отец Сильван.

— Я прицепил к твоей дочери датчик слежения, — фыркнул беастиец. — Как же меня бесят эти достижения науки и техники, но раз она скрывалась за антопийскими технологиями, то и мне стоит использовать их в своих интересах.

Я тут же отступила обратно и тихонько прикрыла дверь. Тем временем гаруниты приближались, видимо направляясь в мужскую уборную.

— Как же мы не узнали мальчишку ночью на поляне?! Ведьма бы меня на части разобрала, если бы её драгоценный сыночек пострадал.

— Это точно, — согласился господин Моро. — Не узнали, потому что все этерны для нас на одно лицо, а в глаза ему смотреть было некогда.

— Да уж… Знаешь, я в принципе доволен. Неплохой будущий император, слабаку подчиняться беастийцы бы не стали.

— Главное, чтобы он выполнил всё, что наобещала его мать, — ворчливо ответил Моро. — Слишком долго она держит его в неведении.

— Он же приносил клятву в верности Императору… Довольно умно с её стороны.

Судя по тому, что голоса стихли, мужчины прошли дальше. Я осторожно приоткрыла дверь и, удостоверившись, что коридор пуст, бросилась обратно к внутреннему телепортатору.

* * *

Только оказавшись в своей комнате, я принялась размышлять о том, что услышала. Мальчишка — Рэм. Неужели ведьма, которая бы разобрала на части беастийца — это Гиэлрин Кетро? Лорд Никлас говорил так, словно на самом деле боялся её. Как такое возможно? Альфа Дикого леса, который управляет одним из беастийских кланов, боится утончённую этернийскую леди?

Я видела изображения Гиэлрин Кетро в Инфосети. Высокая, но хрупкая леди, очень красивая с мягкой улыбкой и зелёным взглядом, полном смирения и достоинства. Не верю, что лорд Никлас говорил именно про неё… Однако мне ли не знать, насколько хорошо этернийки умеют лицемерить?

Хотя не только этернийки отличаются этим умением. Меня снова затопила жалость к Сильван. Интересно, а насчёт обычаев Дикого леса она тоже соврала? Может просто боится мужа. Лорд Никлас не выглядит безобидным.

Возникла и мысль о том, по какой причине Сильван оставила в моей комнате планшет с проклятием?