Проклятие рубина
Шрифт:
Не обнаружив на своем пути никаких признаков жизни, они сочли это большой удачей, так как за три дня пути пришли к твердому убеждению, что в этих краях способны выжить лишь самые кошмарные чудовища. А в качестве врага им сейчас с избытком хватало одной лишь жары – порой друзьям казалось, что их кожа сейчас пересохнет и полопается.
Но когда им начинало казаться, что безжалостное солнце, пышущий жаром песок и раскаленный воздух берут верх над их волей, они вспоминали о Реджисе и молча продолжали путь.
Какие ужасные пытки приходится
Эпилог
Притаившись за дверью, Энтрери проследил, как Паша Пуук, поднявшись по лестнице, направился к выходу из здания Гильдии. С тех пор как Пуук заполучил свой рубин, прошло меньше часа, но он явно не спешил пустить его в дело. Что ж, надо отдать должное магистру Гильдии, он умел выжидать.
Убийца дождался, пока Пуук покинет здание, и двинулся вверх по лестнице на третий этаж. Охранники, стоявшие у самой последней двери, даже не попытались помешать ему, и Энтрери, не помнивший, чтобы они служили у Пуука три года назад, сообразил, что магистр объявил о нем всем членам Гильдии, упомянув при этом, какими привилегиями он пользуется.
Энтрери подошел к двери своей комнаты, в которой сейчас жил Ла Валль, и легонько постучал.
– Входи, входи, – приветствовал его чародей, нисколько не удивленный тем, что убийца вернулся так скоро.
– До чего же приятно вновь оказаться дома, – сказал Энтрери.
– Ты даже не представляешь, как я рад видеть тебя, – сердечно сказал чародей. – С тех пор как три года назад ты отправился в путь, многое изменилось. А в последние месяцы дела идут еще хуже. Энтрери сразу понял, что имеет в виду Ла Валль.
– Расситер?
– Да. Старайся держаться спиной к стене, когда эта тварь шныряет поблизости. – Вспомнив оборотня, чародей невольно задрожал, однако быстро взял себя в руки. – Впрочем, сейчас, когда у Пуука есть ты, Расситер поймет, где его место.
– Возможно, – ответил Энтрери. – Хотя я почему-то не уверен, что Пуук был рад видеть меня.
– Ты же знаешь Пуука, – усмехнулся Ла Валль. – Он же магистр Гильдии! А эту встречу он специально спланировал заранее, чтобы лишний раз подчеркнуть свою значимость. Но сейчас все это позади.
И все-таки по взгляду Энтрери чародей понял, что убийца не совсем верит ему.
– Пуук забудет о них, – заверил его Ла Валль.
– Об этих двоих, которые гнались за мной, забывать не стоит, – сказал Энтрери.
– Пуук устроил все так, чтобы с ними расправился Пиноч. А он нас еще никогда не подводил.
– Пиноч еще никогда не сталкивался с такими искусными противниками, как эти двое, – ответил Энтрери и бросил взгляд на стоявший на столе Ла Валля хрустальный шар. – Мы должны убедиться в том, что они мертвы.
Ла Валль немного подумал и кивнул. Он как раз собирался немного позаниматься общением.
– Присаживайся и смотри в шар, –
Некоторое время шар оставался пустым, а затем вдруг наполнился туманом. Ла Валль нечасто вызывал Пиноча, но знал о нем достаточно, для того чтобы установить простую связь. Спустя несколько мгновений внутри шара возник образ стоящего у пристани корабля, но, как ни странно, это оказалось торговое судно, а вовсе не корабль пиратов. Энтрери сразу заподозрил неладное.
Затем изображение начало приближаться, шар, стремясь проникнуть в трюм судна, заглядывал все глубже, и вскоре догадка Энтрери подтвердилась. В дальнем углу трюма, уронив голову на руки, сидел надменный капитан пиратов. Он был прикован к стене.
Ла Валль вздрогнул и повернулся к Энтрери, но убийца был настолько поглощен возникшей в шаре картиной, что пытаться отвлечь его было бессмысленно. Энтрери улыбался редко, но сейчас на его губах заиграла улыбка.
Ла Валль произнес несколько необходимых для общения заклинаний.
– Пиноч, – тихо позвал он, обращаясь к пирату. Тот поднял голову и осмотрелся.
– Где ты? – спросил Ла Валль.
– Оберон? – вместо ответа спросил пират. – Это ты, чародей?
– Нет. Я Ла Валль, колдун Паши Пуука из Калимпорта. Где ты находишься?
– В Мемноне, – ответил пират. – Ты можешь вытащить меня отсюда?
– Что с эльфом и варваром? – спросил Энтрери у Ла Валля, но Пиноч услышал его вопрос.
– Они были у меня в руках! – прошипел пират. – Я загнал их в узкий пролив. Оттуда невозможно было выбраться. Но тут появился дворф на летящей по воздуху огненной колеснице. С ним была еще лучница. – Пиноч умолк. Он вспомнил бой на море и сейчас пытался скрыть досаду.
– И чем все закончилось? – спросил Ла Валль, ошеломленный таким развитием событий.
– Один корабль они обратили в бегство, другой – сгорел и затонул, а третий был захвачен! – зарычал Пиноч. Его лицо исказила гримаса дикой злобы. – Вы можете вытащить меня отсюда? Ла Валль бросил беспомощный взгляд на Энтрери, который, вскочив со своего стула, склонился над шаром и, судя по всему, обдумывал то, что сказал пират.
– Где они? – спросил наконец убийца, мигом лишившись свойственного ему хладнокровия.
– Сошли на берег, – ответил пират. – Сошли на берег в Мемноне вместе с девочкой и дворфом.
– Давно?
– Три дня тому назад.
Энтрери сделал знак Ла Валлю, давая понять, что он узнал все, что нужно.
– Паша Пуук немедленно отправит гонца в Мемнон, – заверил пирата Ла Валль. – И тебя освободят.
Пиноч вновь уронил голову на руки. Ну конечно же, он получит свободу. Об этом они с Дюдермонтом уже договорились. Сейчас пират надеялся на то, что Ла Валль при помощи какого-нибудь волшебства вытащит его из трюма «Морской феи» и таким образом освободит от клятвы, которую потребует, отпуская его на свободу, Дюдермонт. Изображение исчезло.