Шрифт:
Пролог
Он смотрел на нее со смесью любопытства и чувства собственного превосходства. В его взгляде буквально читалось насмешливое: ну же, что ты теперь сделаешь? Чем ответишь?
– Тварь, – коротко выплюнула девушка, отвернувшись. Казалось бы, не стоило вставать спиной к человеку, который так подло предал. Но хуже уже быть просто не могло. – Десять лет и все ради чего?
Мужчина расхохотался.
– И ты, Элаиз, еще спрашиваешь? Каких-то десять лет ради бессмертия – смешная цена.
Девушка вздохнула, проведя рукой по коре срубленного
Растерянность и оцепенение сменились горечью и разочарованием.
– Хочешь вечной жизни? – голос дриады чуть дрогнул, а на губах появилась усмешка. Мужчина заметно занервничал: разве мог тот, кто лишился вечной жизни, так улыбаться? – Ты ее получишь!
С этими словами Элаиз рассыпалась осенней листвой.
Редгард, выругавшись, отступил на шаг назад. Плохо дело. Но вот пути назад уже нет и быть не может.
Воровато оглядевшись, мужчина достал из кармана фляжку, в которую стал собирать сок с дерева, некогда служившего домом дриады.
Глава 1
Иногда сказки имеют свойство воплощаться в жизнь. Хорошо, когда это добрая и милая история, а не ужасы из-под пера братьев Гримм.
Возвращаясь поздно домой с корзинкой, доверху наполненной пирожками, я сама себе напоминала Красную Шапочку. Вот только я была сейчас без шапки – осень в этом году выдалась на редкость теплой. Но моя розово-фиолетовая шевелюра прекрасно дополняла образ, адаптируя его на современный лад.
Корзинка приглянулась мне уже давно. Она пылилась на витрине старого антикварного магазина, мимо которого я бегала на работу с извечным стаканчиком кофе. Вечером же я обычно добиралась домой другой дорогой, но сегодня ноги как будто сами привели меня сюда.
Почему-то я всегда думала, что ценник за корзинку будет баснословный: антиквариат у меня всегда ассоциировался с роскошью. Но цена оказалась вполне приемлемой, и я стала счастливой обладательницей пустой корзинки. Решив, что будет забавно, если я приду домой и осчастливлю бабулю, с которой жила, пирожками, почти воссоздав сюжет любимой в детстве сказки, я забежала в пекарню. Тут-то и выяснилось, что вкусных пирожков осталось раз-два и обчелся: с капустой или творогом меня мало интересовали.
Так начался мой вояж по всем ближайшим пекарням. Везде я скупала остатки, наполнив корзину лишь к позднему вечеру. Конечно, можно было легко решить вопрос, зайдя в ближайший гипермаркет, но эту идею я отмела сразу: казалось кощунством класть магазинные пирожки в такую корзинку. Глупость, конечно, но чем бы дитя не тешилось…
С остановки до подъезда я почти бежала: было неприятно признаваться самой себе в том, что теперь я жду встречи со страшным волком. Успокоилась я лишь тогда, когда вставила ключи в замочную скважину. Открыв дверь и ввалившись в квартиру вместе со своей добычей, я, мысленно насмехаясь над собственными идиотскими страхами, вздохнула с облегчением и захлопнула дверь.
– Ба, я дома, –
Бабушка мило улыбнулась, но причиной моего ступора была, конечно же, не она.
– Доброго вечера, – вежливо кивнул в ответ наш сосед, отставив кружку в сторону. Семен Юрьевич, ровесник моей ба, был не редким гостем в нашем доме. – Я пришел свататься.
– На ком? – опасливо уточнила я, пытаясь по внешнему виду гостя понять, кем являлся новоиспеченный жених в сегодняшней сказке: волком или охотником?
Семен Юрьевич смерил меня оценивающим взглядом, но почти сразу зацепился им за корзинку. Бабушка же хихикнула и покраснела, что и послужило мне ответом.
– Сначала мама, теперь ты, – проворчала я, доставая большую тарелку и выставляя пирожки на стол. – Угощайтесь.
Семена Юрьевича дважды просить не пришлось. С видом знатока с многолетним опытом дегустатора он поводил рукой над блюдом и выхватил пирожок чуть ли не из самой середины: именно туда я припрятала пирожки с мясной начинкой, сверху закрыв другими. Это сразу дало мне повод окрестить соседа волком. Хотя, пусть лучше пирожки трескает, чем меня и бабушку.
– Да ладно тебе, – примирительно сказала ба, цепляя крайний пирожок со сладкими подтеками. Внутри оказались запеченные яблоки с корицей. – Пусть Люська хоть на жизнь посмотрит. Да и мне не помешает.
– Что, тоже на юг махнете? – хмыкнула я, мысленно соглашаясь, что маме повезло с ее новым мужем. А замаячившая перспектива остаться в квартире одной тут же улучшила мое и без того неплохое настроение.
Ба и Семен Юрьевич заговорщицки переглянулись. Так, вот это мне уже не нравится. Переводя взгляд с одного на другого, я стала нервно стучать ногтем по своей кружке, в которую так и не налила чай.
– Мелисса, только не горячись, – осторожно начала бабуля, с опаской поглядывая на кружку. Это меня несколько обидело: можно подумать, что я истеричная особа, склонная к битью посуды. – Мы решили, что съехать надо тебе.
– А одной квартиры вам мало что ли? – тут же возмутилась я, сразу представив все радости замаячившего в ближайшем будущем переезда. Так, где там охотник? Красную шапочку уже пора спасать. От инфаркта и произвола старшей родственницы.
– Лисочка, дорогая, ты только не ругайся, – в глазах бабушки появился странный блеск, а значит она что-то задумала. Не удивлюсь, если сейчас заявит, что и мне жениха нашла. – У Семушки для тебя есть предложение.
Я перевела взгляд на соседа, который доедал уже третий пирожок. Неужели я все-таки сделала поспешные выводы и свататься пришли ко мне?
Вытерев руки об салфетку, после чего сыто откинувшись на стуле, Семен Юрьевич перешел к делу.
– Мелисса, как насчет небольшого путешествия?
– Я не могу, у меня работа, – тут же выдала я, думая, как объяснить гостю, что мы не пара, и при этом не сильно обидеть. На тонкую душевную организацию Семена Юрьевича мне было, мягко говоря, все равно, а вот ба потом может устроить такую головомойку!