Проклятье Эвери
Шрифт:
Мальчишка нежился в бочке с остывшей водой и категорически отказывался выползать из нее.
То, что ему не передали нормальной еды, его ничуть не задело. Эвери махнул рукой и ответил, что не голоден, а вот известие, что в замок прибыл настоящий принц для проверки, подойдёт ли госпожа Оливия на роль его невесты или нет, его весьма заинтересовало.
Он присел в бадье и отряхнул капли со смуглого лица.
— Принц? — удивленно протянул он. — Неужели… правда?
Сарра кивнула.
— Конечно! Он самый! Ваш батюшка очень испуган, ведь у нас ничего не готово. Никто не
Эвери был заинтригован.
Стоп! А не с воинами ли принца он столкнулся сегодня в лесу?
Мальчишка начал бледнеть. Точно! Ох, надо не высовываться! А то, не дай Бог, узнают! Ведь тогда позора точно не избежать, а отец потом еще прикажет наказать.
От мыслей о наказании Эвери забавно сморщил нос и потер под водой голый зад. Его частенько пороли в прошлом, особенно когда он опаздывал на занятия или отлынивал от тренировок. А однажды ему всыпали аж пять палок, когда он в разговоре с няней сказал о себе в женском роде, а не мужском. Это услышал старший брат Бэзил и донес отцу.
Эвери вздрогнул. Это было очень больно. Он три дня от этой порки отходил. С тех пор даже думал о себе он исключительно, как о мужчине. Боль кого хочешь научит…
— Нянь! Принеси мне чистую одежду и… мех с водой. Я в библиотеку пойду. Там меня уж точно никто не найдет!
Когда Эвери оделся, то схватил лепешку, воду и бесшумно выскользнул в коридор.
Пока все обитатели замка будут ублажать принца и его свиту, он сможет сегодня спокойно провести время в обществе книг.
Однако мальчик не успел дойти до библиотеки. В коридоре невесть откуда появилась Вольга — главная служанка сестры Оливии и молча потащила его за собой.
— Госпожа ждет вас! — пробормотала она уже в пути, и Эвери ничего не оставалось, как обреченно последовать за ней…
Глава 6. В замке де Рошхэн…
Оливия смотрела на хмурого младшего «брата» и самодовольно ухмылялась.
— Какой же ты угловатый и нескладный, — завела она старую песню, которая всегда приносила ей глубокое удовлетворение. Это была месть за длинные ресницы, которые делали взгляд «больного» Эвери поразительно притягательным и ужасно Оливию злили. Такое сокровище должно было принадлежать ей, а не этому несуразному отщепенцу!
Девушка фыркнула и еще раз прошлась по мужеподобной фигуре Эвери взглядом.
Иногда ей жутко хотелось нарядить его в платье: пол, в котором он родился, был ей хорошо известен. Хотелось увидеть, как это платье уродливо смотрится на фактически плоской груди и широкой талии.
«Мальчишка» выглядел сейчас очень напряженным и смотрел прямо перед собой, словно статуя. Жаль, отец не потерпел бы его переодевания, а то это было бы забавно.
На самом деле Оливия жутко хотела насладиться своей красотой на фоне некрасивой сестры, как она откровенно называла Эвери внутри себя. Но достаточно и просто присутствия.
— Ты знаешь, что в замок приехал сам принц Кристофер? — с ложной мягкостью произнесла Оливия, удовлетворённо разглядывая загрубевшие от оружия руки ущербной сестры. Эвери кивнул, но выглядел безучастным и равнодушным. Оливию
Эвери равнодушно пожал плечами.
— Буду рад за тебя, — произнес он покорно и слегка поклонился.
Девушка нахмурилась. Спокойствие сестры не приносило ее эгоистичной натуре никакого удовлетворения.
— Я надену свое лучшее платье, фамильные драгоценности, и мы будем ужинать вместе с принцем в приемном зале….
Она говорила всё это, чтобы вызвать у Эвери зависть, но он совершенно не реагировал на рисующиеся перед его глазами привлекательные картины.
— Ладно! — не выдержала Оливия и топнула ногой. — Ты просто ужасный брат!
Эвери наконец-то взглянул ей в глаза, окатив совершенно ледяным взглядом, еще раз почтительно поклонился, а потом просто молча развернулся и ушел.
На Оливию нахлынул такой жгучий гнев, что она схватила со столика вазу с цветами и изо всех сил бросила ее в стену напротив.
Осколки керамического сосуда разлетелись по комнате, поранив одну из служанок, а по ковру расплескалась лужа грязной воды. Девушки испуганно закричали, а Оливия в ярости бросилась на свою кровать.
— Ненавижу… — прошептала он сквозь зубы. — Действительно проклятый выродок…
***
Эвери спешил в библиотеку, крепко сжимая кулаки.
Опять! Опять это ужасное чувство унижения и ущербности, которое преследовало его всю жизнь, было разбужено откровенными издевательствами родной сестры. Она всегда так делала: звала его и подчеркивала свои достоинства, с наслаждением замечая в глазах «брата» боль и стыд. Но с годами Эвери научился выглядеть равнодушным и незаинтересованным, хотя это не означало, что ему не было больно.
Было больно. Очень больно. Ведь он тоже мог бы иметь любящих родителей, привлекательную внешность и… шанс выйти замуж. Не то, чтобы все это было «мальчишке» нужно, но… его женская натура в глубине неосознанно мечтала об этом, как и все представительницы слабого пола.
«Мне ведь только восемнадцать, — думал он скорбно, машинально сворачивая в узкий боковой проход, ведущий в библиотеку. — И я… девушка!».
Даже подумать так о себе было страшно: слишком глубоко вошло вдолбленное родителями правило, что ему ни в коем случае НЕЛЬЗЯ считать себя женщиной. Но сейчас, горя от обиды и гнева, ему впервые в жизни захотелось проявить бунт. Сделать что-то наперекор ожиданиям других, поэтому он… решил, что будет думать о себе в женском роде. Хотя бы думать — не говорить, конечно же!
«Я девушка! — позволил он себе мысль. — И я пришлА в библиотеку!».
В груди разлилось странное чувство удовлетворения.
Он остановился посреди большого помещения с десятками деревянных стеллажей в нем, на которых покоились книги, свитки и даже глиняные дощечки.
Место как раз для спокойного препровождения времени.
Улыбнувшись, Эвери наконец-то отпустил свое напряжение и принялся искать книгу для чтения.
Ему бы взять историю о сражениях, которые так любил слушать Мартин, но мальчишку тянуло читать… глупые романы о любви.