Проклятая

Арментроут Дженнифер Ли

Голос в моей голове кричал, чтобы я заткнулась и убежала, но я не стала этого делать.

— Контролировать что?

Хайден сжал губы.

— Я тот, кого они называют «проводник». Могу поглотить энергию из чего угодно, включая воздух вокруг нас. Что касается людей, могу впитать и их энергию. Немного или всю. Это работает одинаково и на одаренных.

— А что ты имел в виду, говоря про воздух?

— Я могу разрушить весь этот дом, если захочу.

От удивления я открыла рот.

— Я несколько лет скитался

по приютам. Если бы Джонатан не нашел меня, не знаю, где бы я был сейчас. Он рассказал мне, кто я и научил контролировать дар. Он никогда не просил ничего взамен. Я обязан ему жизнью, Эмбер. Как и каждый ребенок, которого он спас. — Хайден поднял взгляд. — Я напугал тебя, да?

— Я… Это… — я покачала головой. — «Странно»?

Пауза между нами затянулась, пока он изучал меня так пристально, словно я была полупрозрачной. Карие глаза стали темнее, почти черными. Потом он отошел обратно к перилам.

— Прости. — Я осознала, что извиняюсь, сама не знаю за что. — Я не имела в виду… — Хайден поднял руку и прервал меня.

— Все нормально. Слово «странный» в от тебя все равно, что комплимент.

Это оскорбление?

— Что произошло, когда ты коснулся меня? То есть, пару секунд вообще ничего не происходило. Никто и ничто не может касаться меня.

— Я могу прикасаться к тебе минуту или две. Это как буфер, Эмбер. Я могу выдержать небольшие порции твоего дара, но он подействует на меня, если ты продолжишь держаться, и я не осушу его.

— Но ты довольно сильно вырубил меня.

Хайден пробежался пальцами по ограждению.

— Это происходит, когда я осушаю твое прикосновение. С остальными — просто останавливаю то, что они делают. Если кто-то владеет телекинезом, то есть передвигает вещи силой мысли, мое прикосновение может остановить их дар. Если я поглощаю немного, то просто приостанавливаю действие дара. Но тебя почему-то опрокинуло на задницу. — Он посмотрел на меня через плечо. — Может это из-за того, что твой дар теперь тесно связан с твоей жизненной силой. Я не знаю.

— То есть мы можем касаться друг друга, но одному из нас в итоге будет… Плохо?

На его губах медленно расцвела улыбка.

— Если мы не будем осторожны, то да. Ну ладно, а как ты обнаружила это? Я… Мы этого не видели.

Я вспомнила, как Хайден показался мне знакомым, когда я впервые увидела его. Я и правда видела его черты в толпе.

— Эмбер?

— После аварии, — наконец сказала я. — У меня был кот по имени Суши.

— И? — он оттолкнулся от перил и снова подошел ко мне.

— Я взяла его на руки. — Я сделала глубокий вдох и посмотрела в сторону. Часть меня даже не знала, почему я делюсь этим, но чувствовала облегчение, впервые рассказывая правду. — Он умер сразу, прямо на месте. Потом я попыталась обнять Оливию.

— Ого, — пробормотал Хайден. — Бедная девочка. Бедный кот.

— Ага… Ну, я

сказала Оливии, что кот сбежал. Это было до того как я поняла, что она может делать. Я имею в виду, действительно осознала. — Мои щеки раскраснелись, но я продолжила. Словесный понос, очевидно. — Я быстро поняла, что растения и животные мало могут продержаться. С людьми все иначе. Сначала мое прикосновение причиняет боль, а потом… Ну, ты и так знаешь, что происходит.

— Это был несчастный случай, — сказал он без колебаний. — И это он коснулся тебя.

— Разве важно, как именно это произошло? Он мертв из-за меня.

— Это не одно и то же. — Казалось, он хотел сказать что-то еще, но лишь покачал головой. — Почему ты была расстроена? Из-за телефонного звонка?

Врать было бессмысленно. Телефон был виден из кармана.

— Я должна была позвонить своему другу и сказать, что в порядке.

— Ты сказала ему, где ты?

Он нахмурился, глядя на мои губы, и я солгала или типа того.

— Нет.

Казалось, Хайден расслабился.

— Здесь мы можем быть самими собой. Чужакам редко можно доверять. Мой отец хочет это изменить. То, что он мэр, помогает.

— Он мэр? — Слова Кромвела всплыли в памяти. У меня есть все права. Это мой город.

— Все легально и без манипуляций. — Он сделал шаг назад и облокотился на перила, скрещивая свои длинные ноги в лодыжках. — Чужаки просто любят его. Все любят.

— Здорово. — Я начала жевать губу. — Неужели он думает, что я теперь буду бегать по округе и убивать людей, потому что у меня такое развлечение? Он поэтому привез нас сюда?

Хайден запрокинул голову и по-настоящему рассмеялся. Это был приятный, насыщенный звук.

— Нет. Я не думаю, что он верит в то, что ты хочешь кого-нибудь убить.

Я обратила внимание на подбор слов. Хочу убить кого-то, а не убью кого-то случайно. Я снова вздохнула, мне было некомфортно в собственной коже. Темные глаза Хайдена сфокусировались на мне.

— Ты не уродка. Никто из нас не урод. И, возможно, я… Мы поможем тебе контролировать это. Все, что тебе нужно сделать, — это довериться нам.

***

Просто доверься нам.

Доверие — это улица с двухсторонним движением, которая обычно не начинается с похищения.

Я отказалась от присутствия на ужине, даже несмотря на то, что Оливия устроила грандиозную истерику. Она не понимала, что мне нужно время, чтобы побыть в одиночестве и обдумать произошедшее, понять, какими должны быть наши следующие действия.

Итак, я пропустила ужин, но по-прежнему не знала, что делать. Теперь я была еще и чертовски голодна. Когда я уже была уверена, что начну жевать свою руку, решила плюнуть на все и попыталась найти дорогу в кухню.