Произвол
Шрифт:
— Мы такие же люди, как и вы. Что мы вам сделали, мадам?
Женщина вскочила и что-то яростно закричала на непонятном языке. На ее крик прибежал проводник и приказал Юсефу за оскорбление дамы выйти из вагона на следующей остановке.
Мужчина, сидящий рядом с дамой, возмущенно сказал проводнику:
— Что ты ждешь? Выбрось их из окна! Им не место среди порядочных людей.
Айюб, испугавшись за сына, стал извиняться перед дамой, по все пассажиры вагона набросились на крестьян, злобно выкрикивая:
— Свиньи! От них воняет так, что невозможно дышать!
Проводник показал рукой на сиденье:
— Смотрите, они испачкали сиденье кровью этого мальчика!
Юсеф
— Я ничего не могу сделать. Возьмите деньги за ваши билеты — я их даю вам из собственного кармана — и выйдите из вагона. Прошу вас, не губите мою семью. Меня могут выгнать с работы.
Несмотря на мольбы Юсефа и Айюба, пассажиры требовали, чтобы они освободили вагон.
— Ну и времечко настало! — сказал напыщенный коротышка в шляпе. — Крестьяне садятся рядом с господами. Чудеса!
Один подтянутый мужчина подошел к Юсефу и, отвесив ему оплеуху, заорал:
— Выходите прочь, свиньи! Чтобы мы не видели больше ваши мерзкие хари!
Дикая злоба закипела в груди Юсефа. Он нанес удар обидчику своим пудовым кулаком. Тот растянулся на полу вагона. Повернувшись к даме и взмахнув рукой, Юсеф разбил ей очки. Подскочившего к ним на помощь еще одного пассажира он тоже уложил на пол.
Юсеф гневно закричал:
— Не мы, а вы свиньи!
И принялся лупить всех подряд. Пассажиры в страхе разбегались по вагонам поезда, набравшего высокую скорость. Кондуктор укрылся в кабине машиниста. Мать мальчика изо всех сил пыталась унять Юсефа. Но тот никак не мог успокоиться и все время кричал:
— Эти собаки понимают только палку!
На вокзале в городе Юсефа хотели забрать в полицейский участок. Но, узнав, что он сопровождает раненого мальчика, начальник полицейского отделения смягчился:
— Твое счастье, что жизнь мальчика в опасности. А не то сидеть бы тебе в тюрьме.
В больнице мальчику очистили рану, и врач, осмотрев ее, обнадежил родителей: Хусейна можно спасти.
Юсеф отправился к учителю Аделю. Рассказал ему о случившемся в поезде. Они долго, от души, смеялись. Затем, посерьезнев, учитель произнес:
— Франция потерпела поражение от Гитлера. Она расколота. Ее войска деморализованы. Пришло время действовать и нам. Мы должны прогнать французов с нашей земли.
— Изменится ли наша жизнь после ухода французов? — засомневался Юсеф. — Ведь останутся такие, как Рашад-бек.
— Сейчас для нас главное — борьба с французами, — ответил Адель. — Сначала их надо выгнать.
Юсеф со своими спутниками вернулись в деревню на поезде. Встречали их всей деревней. Допоздна засиделись крестьяне в этот вечер, слушая рассказ Юсефа о поездке. Потом Абу-Омар рассказал о том, что произошло в деревне, пока они отсутствовали.
В осторожной форме староста и крестьяне сообщили беку о случившемся. Тот внимательно выслушал их, потягивая кофе и поглаживая своих собак, а затем отругал за то, что ему не сообщили о постигшем несчастье сразу. Он бы отправил мальчика в город на машине. Крестьяне не ожидали такого благородства. Но Рашад-бек на этом не успокоился. Он вскочил и, бранясь, стал бить старосту. Попало от него и остальным. В отношении же шейха бек ограничился лишь оскорблениями.
На токах кипела работа. То тут, то там мелькала фигура управляющего, который только и делал что подгонял крестьян. А они, давно привыкнув к нему, не обращали на его окрики никакого внимания. Видя, что работа спорится, управляющий вернулся в помещичий дом для тщательной
Занубия была среди женщин, носивших воду на кухню и для мытья полов. Она была заметно взволнована, поскольку ей удалось дознаться, что бек поручил шейху убедить Софию явиться во дворец.
«Бек никак не отстанет от Софии, — с грустью думала она. — Еще и шейха втянул в это дело. А ведь я знаю — она очень упряма и своенравна».
Ускорив шаг, Занубия догнала Софию. Но вокруг было много женщин, им никак не удавалось потолковать наедине.
«Надо откровенно поговорить с Софией, — решила Занубия про себя. — Попытаюсь уговорить ее уступить беку. Никто не в силах противиться ему. Женщины с опаской относятся ко мне, но София должна прислушаться к моему совету. Все, что Рашад-бек замышляет против крестьян, я передаю им. Благодаря мне многие избежали страшной расправы бека. Крестьяне не отказывают мне в уме, но напрасно обвиняют в связи с хозяином. Да не будь этого, как бы я узнавала его тайные намерения? О аллах, помоги Софие и ее семье избежать мести бека! Пусть уж лучше она покорится. Все останется в глубокой тайне. А тот, кто узнает ее, не посмеет и рта раскрыть, опасаясь за свою жизнь. О грешница Занубия, гореть тебе на огне в аду! А стоит ли мне так переживать? Бек все поручил шейху. Вот пусть он и ломает над этим голову, тем более что у него появилась отсрочка до конца уборки урожая. А за три месяца еще много воды утечет».
Наполнив кувшины, женщины отправились обратно во дворец. Занубия наконец улучила момент и подошла к Софие.
— Ты такая красивая, София! — шепнула она. — Твой муж счастливец. Но он недостоин тебя.
— У меня хороший муж, — холодно ответила София.
Занубия принялась говорить о беке, о том, что грозит тому, кто пойдет против его воли. Слушая слова Занубии, полные откровенных намеков, София думала про себя: «Будь осторожней с этой хитрой полосатой змеей. Она посылает меня к шейху. Наверняка он в сговоре с ней. Ведь он же трус. Все они боятся бека и готовы ради него на любую подлость. Нет… Нет… Лучше умереть, чем пойти на это. Именно такой выбор предпочла Хадуж. Даже если бек сожжет всю деревню, я не уступлю его преступным желаниям. Никто не сможет испугать меня и моих родственников, которых боится даже сам Рашад-бек. Я расскажу им о его приставаниях». Но, вспомнив пастуха Аббаса, погибшего от пули бека, и судьбу его несчастных детей, вынужденных просить милостыню, представив на их месте мужа и своих детей, она в смятении всплеснула руками. От неосторожного движения кувшин с ее головы упал и разбился.
— Что с тобой, София?! — закричала Ум-Омар.
София, очнувшись от своих страшных дум, растерянно посмотрела на Занубию, та в свою очередь восприняла это как смирение Софии и ее готовность встретиться с шейхом. К ним подошла Фатима.
— Почему ты так бледна сегодня? Опять понесла?
— Не знаю, все может быть, — ответила София.
— Получше ухаживай за своим мужем. Он у тебя не разгибает спину от зари до зари.
— Я слышала, что твоего деверя посадили в тюрьму. Это правда? — спросила София.