Произнеси её имя
Шрифт:
— Идем, — позвала Сэди. — Следуйте за мной.
Они проскользнули сквозь панель в узкий коридор без ковров.
В конце прохода шаткая скрипучая деревянная лестница зигзагом вела вверх вплоть до старого блока с выходами на каждом этаже. Они гуськом следовали за Сэди, пока не добрались до выхода на втором этаже снаружи общежития. Бобби плелась в самом конце. Она очень сильно сомневалась, что кто-нибудь кроме Наи даже подозревал о ее присутствии.
За выходной панелью, скрытой дверью в нише окна на лестничной площадке между Домами Остин и Бронте, Бобби могла слышать хихиканье девушек и миссис Крэддок, которая становилась
— Подождем, пока все не стихнет… уже подошло время Крэддок идти спать. Она уснет в считанные минуты, — выдохнула Сэди, прижав ухо к панели.
— Без разницы, — застонала Грейс. По иронии судьбы, ее обязанность как старосты было удостовериться, чтобы все девушки были в своих спальнях после девяти вечера и сообщать о любых посетителях, вторгнувшихся в пределы школы.
Бобби не могла подавить странного самоуспокоения, что у Грейс не прокатит ее грязный план с Кейном, по крайней мере, не сегодня. Если, конечно, они переживут встречу с Кровавой Мэри. Она не знала, смеяться ей или плакать. Даже в этом случае, если быть предельно честной, ей было наполовину любопытно посмотреть, пройдут ли они через это, и, ко всему прочему, Кейн такой лапочка, просто бальзам для глаз.
Общежитие — самая старая часть школьного здания. Оно было разделено на четыре дома, каждое названо в честь знаменитой писательницы: Остин, Бронте, Кристи и Дикинсон. Тот факт, что они не были просто обозначены буквами А, Б, В и Г — еще одно доказательство, — как будто оно вообще было нужно — что школа Бобби претендовала на грандиозную претенциозность. Остин и Бронте располагались в противоположном крыле второго этажа, в то время как Кристи и Дикинсон находились этажом выше.
Конечно, в течение пятнадцати минут все шаги и голоса растаяли в тишине. Только электрический гул светильников и страдальческое завывание грозы наполняли школу.
— Так, давайте сделаем это! — Сэди вывела группу из укрытия.
Лотти оставила их, уходя на цыпочках обратно к Дому Кристи на следующем этаже. Бобби промедлила, потянув Наю за руку.
— Зачем мы это делаем?
— Ой, да ладно тебе, Боб! — Ная взяла ее за руку. — Я делала это на сотне пижамных вечеринок. Я просто прикалываюсь над Грейс и Сэди! Это будет весело!
— В самом деле? Объясни. — Она недоверчиво пожала плечами.
— А то! Я сделаю это, а потом всю следующую неделю буду незаметно пробираться, расписывая всякую ерунду на зеркалах и развешивая везде удавки! Это безумно их напугает. Хочется увидеть, как Грейс Бруэр-Фэй написает в постель!
Бобби наблюдала, как Грейс висела на руке Кейна, словно какая-то второсортная героиня фильма. Это было такой уловкой — у Грейс больше тестостерона, чем у обоих парней вместе взятых. Будет ли забавно сбить с нее спесь? Черт возьми, да!
Идущие впереди Сэди и Марк достигли Дома Бронте. Только ночной свет озарял длинный ряд мирных спален: тусклый серебристый свет направлял девушек к пожарному выходу. Горизонт был чист, и дверь в ванную была слегка приоткрыта, ожидая их. Бобби не смогла удержаться и не подумать, что ванная выглядела немного зловеще в темноте, в ночь на Хэллоуин,
Она мысленно опрокинула на себя ведро реальности. Она не должна быть такой идиоткой. Глупые дети по всему миру шепчут «Кровавая Мэри» у зеркала. Если бы все было правдой, она была уверена, что пресса бы осветила это к настоящему времени.
— Идем! — Сэди на цыпочках прокралась в душевую комнату. Сделав глубокий вдох, Бобби позволила Нае затащить ее через порог.
Как всегда, выложенная плиткой сырая комната источала яичный запах забившихся волосами водостоков в сочетании с ароматом мыла и шампуня. За рваными синтетическими занавесками из протекавшего ржавого душа постоянно капало на керамический пол. Бобби сомневалась, что в эту дыру можно будет вызвать даже самого отчаянного духа.
— Закройте дверь, — скомандовала Сэди, и Бобби выполнила. Сэди открыла свою сумочку, которую уже набила свечами и спичками из своей спальни, и начала расставлять их вокруг длинных совмещённых раковин, стоящих перед зеркалом. Все было продумано до мельчайших деталей. Бобби задавалась вопросом, как давно Сэди спланировала все это. Между Грейс и Сэди была какая-то неразрешенная напряженность: обе были в «Элите» — давнее объединение учреждения Пайпер Холла. Каждый год одна или две девушки из богатых, влиятельных или знаменитых семей были посвящены в «особый клуб», чтобы тайно собираться и, как правило, быть подлыми (вроде масонов, но с блеском для губ). Из того, что Бобби удалось выяснить, как аутсайдеру: Грейс и Сэди постоянно соперничали за звание Главной пчелки/Королевы сучек.
Это был полнейший бред. Из-за того, что ее мама была своего рода знаменитостью, Бобби приглашали вступить в клуб в ее первый учебный год. Она отказалась, потому что это все выглядело как какой-то подслащенный миниюбочный анорексичный культ, и, как следствие, с тех пор терпела страдания. Она была социальной «живой мишенью», но ей это было до лампочки. Однако Ная ужасно хотела вступить в него. Грейс, невзлюбившая знойную новенькую американку с первого взгляда, когда та появилась на следующий год, сделала все, чтобы этого никогда не произошло.
Бобби бросила короткий взгляд на свое отражение в длинном зеркале, задержавшись только, чтобы распушить прямые бесцветные волосы, а затем переключила свое внимание на более интересного Кейна — на бронзовый тон его кожи и бархатную текстуру волос. Когда отражение Кейна поймало взгляд ее собственных глаз, она быстро склонила голову, молясь, чтобы он не заметил, как она пялилась. Или хуже — что, если бы Грейс застукала ее на месте преступления? Ей нужно срочно взять себя в руки.
— Окей. Почти полночь… кто будет первым?
Грейс выпрямилась в полный рост и любовалась собой в зеркале, разглаживая безупречные пряди светлых волос.
— Я не собираюсь этого делать и точка. Это для детей.
— Тогда почему ты здесь? — повторила Ная.
— Потому что я знаю, какая ты, — ее голос был пронизан обвинением.
Кейн, видимо, почуявший назревающую склоку, шагнул вперед к зеркалу, потянув коренастого Марка за собой.
— Мы первые!
Парень пониже отдернул руку назад.
— Я не буду этого делать. А что, если это реально? Я просто сниму все на телефон, чтобы иметь возможность издеваться над тобой до скончания века!