Прогульщик
Шрифт:
На свежий холмик опустился розовый кленовый лист.
— Ну наконец-то, Огастус, — прошептал голос и погладил его по щеке летучей паутиной. — Наконец ты пришел. Теперь ты можешь делать все, что захочешь. У тебя сколько
— Да, — сказал Огастус, с сомнением глядя на собственную фотографию в овальной рамке. — Пожалуй, что уж этот день я могу позволить себе прогулять.
— И этот день, Огастус, и все следующие. Совершенно некуда спешить.
— Ну раз так, — сказал Огастус, — тогда я пойду. У меня как раз есть одно маленькое дело.
Малышка Алиса шла в школу, нарочно запинаясь круглыми носками туфель за каждый камень на дороге. В портфеле аккуратной стопкой лежали учебники и дневник с пятерками на всех страницах. Алисе было скучно. Больше всего на свете ей хотелось бы сейчас поиграть в мяч или покормить белку в парке, она уже два дня носила в кармане кедровую шишку. Листья кружились в воздухе как пестрые бабочки, солнце отдавало последнее тепло. Конечно, Алису ждал урок ботаники, два параграфа из учебника и ответ у доски. Но ведь скоро зима, подумала Алиса, а белке так важно сделать запасы на зиму.
И первый раз в жизни она решительно
Дома мама Юна, напевая, мыла посуду в пестром переднике. На террасу ворвалась раскрасневшаяся Алиса с застрявшими в кудрях сосновыми иголками.
— И где же ты была, маленькая безобразница? — спросила мама Юна, любуясь чистой тарелкой. — Мне звонили из школы и сказали, что ваша учительница заболела. Занятия отменили. Все хорошие дети давно уже дома.
— Я сегодня вообще не пошла в школу, мама, — объяснила Алиса. — У белки хвост достает до макушки, и она умеет кидаться сосновой корой.
— Как же так, малышка, — удивилась для порядка мама Юна, — разве можно не ходить в школу?
— Конечно можно, мама, — отвечала Алиса серьезно. — Иногда. Он так сказал.
— Кто мог сказать такую глупость? — Юна вытерла руки о передник, понимая, что сейчас ей придется исполнять трудный родительский долг. — Твой Рауш?
— Да нет. Дядя Огастус.
— Какой еще Огастус? — уже вправду встревожилась Юна. — Я его знаю? Кто это?
— Ну как же, мама, — удивилась Алиса. — Его все знают. Святой Огастус. Покровитель прогульщиков.