Прогрессоры
Шрифт:
Вздохнув, Сергей Петрович решил расширить грузовой люк. Поскольку его размер вдоль корпуса задавался расстоянием между бимсами и не поддавался никакому изменению, то Сергей Петрович решил увеличить поперечный размер люка, или ширину, аккуратно срезав по одной доске палубного настила.
Со словами, - Прости, любимая, так получилось, - он включил электроножовку. Пока Валера придерживал ампутируемую доску, Сергей Петрович аккуратно резал вдоль края бимса. Делу способствовало еще и то, что комингсы на люк пока еще не были установлены. Лиственница - дерево вязкое, тяжелое, насилию поддавалось неохотно. Правда, и электроножовку Сергей Петрович взял совсем не ту, которой собирался резать фанеру, а ту, которую предназначил для обработки толстых брусьев и
Монтаж решили начать с самого сложного - с подволока. Ширина его менялась от четырех метров двадцати сантиметров у переборки, отделяющей кают-компанию от грузового трюма, до метра шестидесяти у переборки между кают-компанией и форпиком. Катя притащила банку с разогретым мездровым клеем, и началось. Осевые листы, по крайней мере, первые два, установить было просто. Повторилась технология уже отработанная при сборке сходней.
Сначала отмерялась нужная ширина листа, и отрезалась ножовкой, затем бимсы смазывались клеем, а девочки, став на деревянные ящики, вдвоем аккуратно держали лист, Сергей Петрович сверлил отверстия, Валера сразу же загонял в них саморезы. Пенопласт потом закладывался сбоку в пространство между бимсами, палубой и листом фанеры. Лепота!
Получилось два листа шириной в метр двадцать, и один в метр десять. Вот с этим последним уже начались проблемы, поскольку пенопласт сбоку уже никак заложить было невозможно - не было места. Пришлось Сергею Петровичу посылать Лизу наружу, за деревянными обрезками списанными в отходы производства. Из них и были выстроганы клинышки, которые хоть ненадолго, но должны были удержать пенопласт в расклиненном положении. Скажу сразу, у них, пусть и не с первой попытки, но все получилось, и часам к четырем, установленные на свои места три листа подволока радовали глаз своей белизной.
Чуть перекурив, Сергей Петрович и его команда взялись за зашивку боковых листов. Тут работа была посложнее - надо было отмерять не только длину листа, но и ширину, причем фигурно, по двум крайним и одному среднему бимсу. Но набитая рука - есть набитая рука, плюс, помощь электроинструмента. К 18.45 подволок был полностью зашит фанерой с утеплителем. Ужин был уже был почти готов, так что пускать фасонные рейки вдоль швов решили уже завтра. Сняв респиратор и защитные очки, Сергей Петрович скомандовал отбой. Уходя, и девочки и Валера оглядывались на дело рук своих. Нижняя поверхность палубы в трюме сияло белизной в свете светодиодной переноски.
Выбравшись наружу, Сергей Петрович сумел оценить - насколько далеко продвинулась в своей работе бригада 'металлистов'. УАЗ был почти разобран, и сейчас от него осталась лишь стоящая на колесах рама с установленными на ней мотором, коробкой и сцеплением. Кабина, кузов и крылья, аккуратно сложенные, лежали рядом. Отдельно лежало то, что поедет на новое ПМЖ. Остальное будет брошено здесь. Было видно, что некоторые детали были негуманно разрезаны болгаркой. Очевидно, что завтрашний день будет для машины последним.
Дальше все было как вчера. Мясная каша и крепкий чай на ужин. Только на этот раз каша не гречневая, а пшенная. Причем мяса в ней было, как бы не половина. Мясо и рыбу поварам экономить не приходилось - этого добра, причем непуганого, вокруг было достаточно. Лишь стоило взять ружье или удочку. А вот взятые с собой припасы: крупы, сухари, картошка и консервированные овощи приходилось беречь, ибо, когда еще им удастся распахать и засеять свое поле, а самое главное, снять урожай.
После ужина молодежь во главе с Андреем Викторовичем и Антоном Игоревичем пошла учиться стрелять из арбалета, а Сергей Петрович изобразил отдых, примостившись на берегу с удочкой. Клевало, правда, вяло и, к тому же, всякая мелочь, которую он не без удовольствия скармливал своим ненасытным кошакам. Когда это занятие ему надоело, Сергей Петрович вздохнул, смотал удочки, и пошел готовиться ко сну. Можно было сказать, что день удался.
Только
24 мая 1-го года Миссии. День десятый. Утро. Стоянка на берегу Балтийского озера.
Дальнейшие дни были заполнены монотонной работой. Сергей Петрович в жизни исповедовал принцип - 'поспешай не спеша' и учил тому же других. Каждый вечер, когда его бригада уходила с коча 'на берег', на корабле что-то необратимо менялось. На третий день закончили обшивку кают-компании утеплителем, на четвертый, установили на место грот-мачту, зашили переборки и навесили люк. На пятый день в кают-компании были собраны четыре трехъярусные койки, а в проход между ними загрузили стопку листов покрытого пластиком кровельного железа, поверх которой был установлен съемный палубный настил со столом. На шестой день установили чугунную печку, вывели наружу трубу и протопили помещение. Все. Кают-компания была готова принять своих обитателей.
Тем временем бригада Андрея Викторовича, уже на третий день, закончила с полной разборкой УАЗа и разделкой его корпуса на две неравные части. Водительская кабина с сиденьями и передние крылья оправятся в далекое путешествие. Задняя же половина корпуса будет без жалости оставлена на этом берегу вместе с останками 'Москвича' в целях экономии веса.
Следующей по сложности операцией, предстоявшей бригаде металлистов, была погрузка в трюм трех автомобильных моторов и монтаж на основе одного из них судовой силовой установки. Но, сперва, движки массой в сто пятьдесят кило надо было втащить на палубу, а затем аккуратно опустить в трюм, и установить на место, при этом ничего не повредив. Движки тащили на стропах, взрослые мужики брались за конец по одному, а Валера с Сергеем-младшим, вдвоем. Поднапряглись, перетаскали, аккуратно опустили в трюм и закрепили болтами на особом решетчатом настиле.
Теперь, прибыв на место, придется проделать все в обратном порядке: сначала снять бизань, потом вытаскивать самый тяжелый и негабаритный груз. Пришла очередь установить и закрепить на обрешетке два 30 киловаттных электрогенератора, которые были, хоть и компактней автомобильных моторов, но оказались даже тяжелее - по двести десять килограммов каждый.
Но у генераторов не торчал вниз эдакий противный картер, и поэтому привернув к станинам какое-то подобие деревянных лыж, их просто отбуксировали до места при помощи рычажной тали. Что ей двести десять килограмм, если она испытана на одиннадцать тонн, а сертифицирована на девять. Смазав направляющие на сходнях жиром оленя, по очереди втянули генераторы на палубу. Ну, а затем, по все тем же сходням, только теперь спущенным в трюм, и при помощи тали спустили генераторы вниз. Сходни решили не бросать на берегу, а попробовать пристроить среди груза. Уж очень полезная получилась вещь.
Потом, уже без помощи Сергея Петровича и Валеры, погрузили в трюм раму автомобиля, после чего приступили к установке бизань-мачты. Установив ее, начали собирать стеллажи для груза, корабельный газогенератор, таскать в трюм квадратное, и катать круглое.
Постепенно, изо дня в день, куча добра на берегу становилась все меньше, а трюм начал напоминать филиал пещеры Аладдина, где 'чего только нет'. В самую последнюю очередь, когда все работы были выполнены, был разобран и доставлен на борт 10 киловаттный однофазный генератор. Его функция была уже выполнена - электроинструмент сделал свое дело, и больше не нуждался в питании. В последний момент, как спохватившись, Сергей Петрович потребовал установить его так, чтоб с судового мотора на шкив генератора в случае необходимости мог бы быть брошен передаточный ремень. Колонку винта при этом планировалось отсоединять. Это было сделано на случай необходимости по ходу пути пристать к берегу возле первой попавшейся кучи плавника, и напилить дров для газогенератора.