Прогрессор поневоле

Распопов Дмитрий Викторович

— Пока я вижу просто подковёрные игры двух семей, я тут при чём? — я зевнул, не видя для себя ничего интересного в его рассказе, поскольку меня мелкие разборки семей вообще никак не касались.

Видя, что мой интерес падает, он зачастил.

— Мой царь, я просто хочу рассказать, что послужило причиной нашего конфликта с фиванскими жрецами бога Амон-Ра.

— А я повторю, какое мне до этого всего дело?

— Глава моей семьи решил объединиться с ещё несколькими главами семейств, —

тихо сказал он, посматривая при этом на вход в шатёр, — которые также не очень довольные политикой, которую ведут жрецы из столицы нашего царства.

Вот тут я уже заинтересовался.

— А зная, что у меня не очень хорошие отношения с ними, вы подумали заручиться моей поддержкой? — уточнил я, поняв этот нехитрый замысел.

Жрец кивнул.

— Мы заплатили весьма большое количество золота, чтобы заполучить этот документ с печатью царя Хатшепсут, в котором нам разрешалось в случае опасности Его величества, помочь ему. Поскольку сама она не собиралась ничего делать в случае пленения Его величества.

— А, то есть Хатшепсут не знает об этой вашей инициативе, поскольку ей неинтересно было моё освобождение? — поинтересовался я.

Он отрицательно покачал головой.

— Когда нам стало известно о посольстве города Гнауи Шема и их предложении, мы связались с ними через одну влиятельную фиванскую семью, которая тоже хотела поговорить с вами, — сказал он, — собственно это и было главным условием их помощи нам и именно в их загородное поместье я планировал доставить Его величество.

Я задумался. В царстве-государстве Хатшепсут, как я и думал раньше, не всё было тишь да гладь, были и недовольные её правлением, что впрочем и не удивительно. Люди такие неблагодарные создания, которые всегда недовольны своим нынешним положением и хотят большего.

— Скажу откровенно, ты поколебал мою уверенность в том, что тебя нужно пытать, — задумчиво сказал я, после недолгих раздумий, — но пожалуй если ты не врёшь…

— Мне нет смысла тебя обманывать, мой царь! — вскричал он, прикладывая руку к сердцу.

— Тогда сплавай в это поместье и привези мне переговорщика от этой семьи, очень уж мне интересно услышать, что хотят предложить люди, так сильно заморочившиеся над моим освобождением.

— Я выполню любой приказ Его величества! — заверил меня он.

— Что же касается тебя, когда я вернусь в своё поместье после этого похода, то готов буду выслушать и главу твоей семьи. Расскажите, чем вы можете быть мне полезны на службе богу Осирису.

Глаза жреца вспыхнули от радости, на лице появилась улыбка. Он упал на пол, кланяясь мне.

— Мой царь! Большего твой верный раб не смеет и просить.

— Поднимись, — я показал рукой встать, — бери припасы, вино и выдвигайся в путь. Я буду ждать тебя здесь ещё неделю, а затем тронусь в дальнейший путь.

— Мой царь хочет посетить другие города? Подчинённые царю Хатшепсут? —

удивлённо спросил он, — восстали ведь только эти шесть.

— Да, я просто люблю прогулки на свежем воздухе, — не стал я вдаваться в подробности, — всё свободен и помни, что у тебя всего семь дней.

— Я сейчас же соберу свои вещи и отправлюсь в дорогу, мой царь, — горячо заверил меня он, кланяясь и выходя из шатра.

— Что скажешь? — я повернулся к Ментуиуи, который всё это время молчаливо стоял за спиной у жреца.

— Клубок ядовитых змей стал распутываться Твоё величество, — задумчиво ответил он, — боюсь даже представить себе, что будет дальше.

— Хочешь сказать наши с тобой победы в походе дали многим надежду на то, что можно попробовать поставить в этой игре на меня?

Ментуиуи поклонился.

— Ко мне от знакомых семей воинского сословия вот уже две недели прибывают гонцы. Все интересуются насколько сильно у Твоего величества желание воевать и как долго ещё продлится наш поход. Ведь до этого Его величество высказывал совершенно противоположные взгляды.

Я хмыкнул.

— Я и сейчас их придерживаюсь Ментуиуи, — ответил я, — и уже множество раз пожалел, что ввязался во всю эту историю. Гибнет слишком много людей, в смертях которых виноват я.

— Такова война мой царь, — он развёл руками, — всегда кто-то уходит в другую форму существования.

— И что ты отвечаешь гонцам? — вернулся я к первичной теме нашего с ним разговора.

Ментуиуи пожал плечами.

— Правду. Только то, что происходит сейчас. Мы захватываем города в такие сроки, которые были немыслимы для меня ещё три месяца назад.

Я задумался, это я не первый раз слышал от него и других военачальников. Все поражались, как я умудряюсь захватывать города, хотя обычно их брали долгой и изнурительной осадой и только в период перед сбором урожая, чтобы людям в осаждённом городе нечего было есть.

— Ладно, ждём семь дней, как я и пообещал жрецу, — завершил я разговор, — приводи войско в порядок, запасай всё нужное, я хочу узнать, почему вице-король Нубии не поспешил нам на помощь, а для этого нам нужно будет заглянуть к нему в гости. Больше меня здесь в Нубии ничего не держит, мы выполнили всё, что хотели.

— Да мой царь, — Ментуиуи поклонился, — я всё успею, работы уже давно ведутся.

Глава 8

Утром третьего дня, когда я занимался с легионом изучением простых команд, поскольку они наконец научились держать общий строй, прибыли гонцы из города. К этому времени общая списочная численность моего воинского формирования наконец приблизилась к заветным 4500, что меня очень радовало, поэтому, когда гонцы оповестили меня, что к пристаням причалили сорок больших лодок и сейчас идёт активная разгрузка войск, я этому очень сильно удивился, впрочем, как и мой военачальник.