Программисты реальностей
Шрифт:
— Блин, мы же хотели тебе позвонить, прости Ярик, вылетело из головы. — да ладно, бывает. Как сыграли то?
— Да нормально, мы как соберемся на следующей неделе, наберем, окей, не пропадай…
Он плыл по ней, даже расслаблено, уже не пытаясь думать о том, что давно прошло.
Низкий голос и очки в оправе, почти незаметное замешательство, ведь он им был нужен, и она об этом помнила… помнила, но взяли другого, и теперь она тщетно пыталась сообразить почему она так попустила, как разрешить эту ситуацию, и как представить все вежливо и складно для всех. Естественно ее мощностей не хватило на решение сразу трех задач, что она тогда промямлила, он уже не слышал
Очередные напоминания, что он всегда был чужим и странным в это мире, даже во сне портили настроение.
Яр вдруг стал легким, как в детстве, и безмятежно почти был вытолкнут в реальность, но та оказалась золотистой дымкой, в которой угадывались смутно знакомые очертания домов, улиц и подмосковного леса.
Он стоял расслаблено напротив такой же фигуры, можно было бы сказать метрах в десяти, но Яр понимал, что здесь нет расстояний, время зыбко. Есть только намерение.
Две нити из руки вылетели в то место, куда двигалась красноватая фигура противника, одновременно отрешенно по касательной отбивая сгусток золотисто-красного цвета, и уклоняясь от другого. Куда направить себя он не думал, чувствовал и уже при приближении к противнику почти ударил, достал, когда мощный импульс выбил его… прямиком в свое тело, которое подскочило и черкануло локтем по носу мирно сопящего медведя.
Глава 3
Голова как ни странно не болела. Даже тело, получив не слабый удар по эфирному слою, не стонало.
— Ты снова попался в схватке на том, чему в обычной жизни никогда не позволял себя подчинить. — На грани слуха прошелестел ветер.
— В среде там, где нет материи, ты снова решил бороться по старым правилам?
Ярик почти наяву видел ехидную ухмылку неофициального, но всеми общинами признанного старшего над витязями. Который почти всех и обучал, хотя бы в начале пути. За прошлый год, что он с ребятами из сел и деревень, которые признавали старые законы и порядки, ходил с ними и Добрынем по Российской тайге, горам, а также любым ямам, оврагам, куда загонял их витязь.
Даже по дну озер и рек, но немного. Ярик тогда очень крепко зауважал этого здорового как тот же Марик, мужика, быстрого и проворного. Ну в те моменты, когда не хотел, чтобы тот сгинул во тьме десятилетий, откуда Добрынь и вышел. Ярослав крепко подозревал насчет пары столетий, но пока без доказательств. За два метра ростом, с копной серебряно — седых волос до плеч, стянутых по обыкновению в хвост.
С мягким обманчивым взглядом, твердым характером, и очень заботливым сердцем. Он относился к ним как к родным детям. Наверное. То есть Ярик за год не помнил случая что бы он выспался. Или день без усталости.
Не было ни разу такого, что полтора десятка пацанов и парней, возрастом от двадцати до тридцати, просто легли спать, а не упали на что-то похожее на подушку, отрубаясь, что называется, недолетая земли. И спозаранку вставая. Но сил и энергии хватало на все, как ни странно. Этот марш был придуман и воплощаем уже очень давно, и тщательно отработан.
Ярослав так и не понял до конца ехидного мужика. Которому на вид было лет под пятьдесят пять. Так вот, что он сразу им тогда заявил. Что дескать, не смотря на его опыт, толковых воителей, даже по сохранившимся в общинах, канонам подготовки витязей, ему из них не сделать. Что единственное, придает умению завершенность и точность, это страааашшный враг, с жуууттткой ухмылкой, который изо всех сил хочет им сделать плохо.
И все же, несмотря на этот сильный недостаток системы подготовки, он, Добрынь, постарается. Даже сделает все возможное. После чего искренне и дружелюбно
Каждый день с утра они поднимались, собирали вещи и бежали, потом шли, потом бежали. Все это время параллельно отрабатывались упражнения и приемы самого разного характера:
И рукопашные, и стрельба, общины расщедрились на несколько единиц огнестрела с патронами. Метание ножей и стрельба из лука. Все это на бегу или быстром марше по пересеченной местности. Пока кто-то всаживал стрелы в цели, другой у него под ухом стрелял. Добрынь радостно это назвал тренировкой концентрации.
К обеду конвейер мучений останавливался и, если еда к тому времени не была подстрелена, убита ножами или просто догнана, шли добывать. Целые дни выделялись на то, как находить еду и воду, общие правила постановки и распознавания засад, ловушек. Иногда к ним на какое — то время присоединялись охотники, странные бродяги и рыбаки.
Каждый хорошо знал Добрыня и делился с ребятами своими умениями или секретами. В разные погодные условия и времена года, их старший добивался от них умения не растеряться и анализировать окружающую обстановку, обходиться минимумом под рукой. Один только раз Добрынь оговорился, когда показательно не спал третий день и усиленно объяснял что-то парнишке лет двадцати. Из того же поселка Ясень, что и его друг Олег. На непонятно к чему прозвучавший вопрос: а собственно ради чего такие муки, если много чего под рукой можно найти, принести с собой или просто купить? Не выспавшийся витязь начал отвечать.
Яр с другого конца тренировочной поляны услышал что-то о бесполезных кусках, выброшенных на планеты и там же погибающих, потому что привыкли что мама чистит оружие и скелеты, а магазина поблизости не оказалось, — тут Ярослав подзавис, думая, что ему послышалось, — и оказавшись вдруг без оных оказываются в … Дальше Яр уже не услышал. Добрынь свернул тираду и по старинке дал полсотни отжиманий за вопрос.
Сам старший решил, что продемонстрировал достаточно, раздал уже по сотне отжиманий проигравшим спор, по поводу что никто с такими нагрузками не протянет и суток без сна. И ушел громко храпеть, то есть тренировать концентрацию занимающихся рядом.
А вечерами и ранним утром, Добрынь, а потом уже присоединившийся к нему на Алтае Остромир, показывали практики с энергиями, как отдавать и брать из окружающего, как работать с энергоцентрами, сиречь чакрами, в том числе и на ходу, и во время напряженных ситуаций. Как напитывать энергией и тело, и окружающие предметы. И почему они не падали от таких серьезных нагрузок, тоже стало понятно.
— Сколько сил и энергии ушло, как минимум столько же и придет. Только чистой. Если впустить сможете, и резерв ваш позволит. Законы то помните базовые? — Он обращался ко всем, но преимущественно к самым молодым, — что бы что-то пришло, что-то должно уйти — говорил им тогда Остромир, под согласные кивки Добрыня. — и это работает во всем, и в жизни, и в тренировках, и судьбе — закончил волхв тогда, передавая слово старшему над витязями.
— Вот его мы сейчас с вами и будем увеличивать резерв, — радостно дополнил тот. Лица ребят тогда отчего-то погрустнели.
О том, чтобы овладеть телепортацией, телекинезом и другими подобными вещами вопросы конечно были. Но получив пояснения, что как ни крути, сотню лет проживи, постоянно совершенствуясь, тогда может.
Зато навыки разгона восприятия и ускорения тела им давали от души. Хватило всем. И надолго. И сейчас от воспоминания у Яра начинали заранее ныть связки и мышцы. Хотя воспоминания того стоили.