Программа
Шрифт:
– Хорошо, – выдохнула ему на ухо Энни. – Но учти, у меня есть пистолет. Я буду следить из окна, на всякий случай…
Крепко обнимая свою подругу, Кобб шепнул в ответ.
– Не вздумай вмешиваться, дорогая. Я сам управлюсь. Если другого выхода не будет, я… убегу. Но…
– Иди сюда, Андерсон, – раздался из окна голос Муни. – Мы ждем тебя, нам нужно многое обсудить.
Пожав на прощание руку Энни, Кобб вернулся в дом. Без разговоров усевшись в алюминиевый шезлонг, который раньше оккупировал Муни, он закинул ногу на ногу и скрестил руки на груди. Муни ничего не оставалось, как, уставив пистолет в пол,
Муни вскинул пистолет и направил его Коббу в голову. Выстрел в тело может не остановить робота, но голова могла быть его слабым местом.
– Говори.
– Пап, полегче, – подал голос Торчок. – Кобб нам ничего не сделает.
– Откуда ты знаешь, Стэнни? Ему на помощь в любую минуту могут прийти другие роботы.
– О каких роботах вы говорите? – поинтересовался Кобб. Сколько они уже успели узнать? Торчок сбежал и наверное многое разнюхал на Луне, но тем не менее…
– Послушайте, – устало начал Торчок. – Давайте немного убавим обороты. Я знаю о тебе все, Кобб. Мне известно, что ты не человек. Бопперы пересадили тебя в твоего робота– двойника. Это действительно круто! Есть от чего обалдеть. К сожалению, у моего отца на тебя зуб…
Старый-добрый полицейский спектакль: добрый коп – злой коп. Это мы уже проходили. Кобб решил оставить первую линию обороны и провести сбор информации.
– А где твой двойник, Торч?
– Ты говоришь о том, который лежал у тебя в кровати? Его забрали «малыши-шутники», – ответил Торчок. – Они приезжали за ним на белом грузовичке «Мистера Морозиса».
– Мистер Морозис, – задумчиво проговорил Кобб. Он напряженно думал. То, что сотворили с ним бопперы, по большому счету было неплохо. По его, Кобба, большому счету. Если он сумеет убедить Муни и Торчка в том, что ничего страшного в этом нет…
– Где находится ваша база? Где вы режете людей? – снова принялся отчеканивать свои вопросы Муни. В его голосе звенела сталь. – Сколько у тебя сообщников?
Свои слова он подкрепил угрожающим движением пистолета.
Кобб пожал плечами.
– Эти вопросы не ко мне. Бопперы мне ничего не говорили о таких вещах. Да и зачем мне об этом знать? Кто я такой – несчастный старик с искусственным телом.
Кобб взглянул на Торчка в поисках сочувствия. Как и раньше с Энни, у него появилось ощущение телепатического контакта, ощущение проникновения в происходящее по ту сторону чужих глаз. Мозг Торчка, расслабленный наркотиком, был открыт и готов к взаимообмену. Испуганный и напряженный Муни был недоступен.
– Я могу ответственно заявить, – снова заговорил Кобб, – что имею полный контроль над своим телом. Не думаю, чтобы бопперы планировали использовать меня в качестве одного из своих манипуляторов.
– Тогда для чего им было весь этот огород городить, возиться с тобой и прочее? – недоверчиво спросил Муни.
– Они сказали, что хотят отблагодарить меня, – ответил Кобб.
Несколько секунд он раздумывал над тем, стоит или нет демонстрировать Муни дверцу в груди и имеющуюся на ней надпись, но решил пока от этого воздержаться. Размышления о дверце навели его а другую мысль.
– Би-Бо-Па-Лу-Ла, – громко пропел Кобб.
– Доступ к библиотеке разрешен.
– Мне
– Требуемая подпрограмма активирована, – промурлыкал баритон.
В голове Кобба словно распахнулась дверь, оклеенные желтоватыми обоями стены его комнаты раздвинулись благодаря хлынувшему в мозг дополнительному потоку визуальной и другого рода информации.
Он по-прежнему сидел в алюминиевом шезлонге в своем коттедже, но одновременно с этим находился в подземном гараже с бетонными стенами. Только что случилось что-то ужасно плохое. Берду застрелил Фила, его лучшего манипулятора. Он испытывает чувство сродни потере глаза. После этого он потерял Берду и Пол-Пола из вида, просто не мог больше за ними следить. Он прикидывал возможность погони за вероломными слугами при помощи второго манипулятора, находящегося в кузове.
– Привет, – сказал Кобб, лишь усилием воли удержавшись от того, чтобы не произнести это вслух.
– Это вы, Кобб? – ответ Мистера Морозиса пришел мгновенно. Мистер Морозис совсем ему не удивился. – Я давно хотел поговорить с вами, но первый шаг должны были сделать вы. Мы не хотели, чтобы вы считали себя…
– Манипулятором?
– Правильно. Вы полностью автономны, Кобб, таково условие вашей конструкции. Если вы сам захотите помочь нам, это будет другое дело. Но управлять вашей волей мы не можем… да и не знаем как. Вы находитесь в полном собственном распоряжении, как и положено настоящему человеку.
– О какой помощи идет речь?
Мысленно произнося свой вопрос, Кобб откинулся на спинку кресла и вытянул ноги. Витающий где-то Торчок считал мух на потолке.
– Ты должен убедить других людей, – прозвучал в голове Кобба ответ мистера Морозиса. Своим вторым зрением Кобб мог видеть внутренность кабины грузовика, являющуюся как бы фоном к мысленному разговору. Чьи-то руки легли на рулевое колесо. Замелькали бетонные стены подземного гаража, на смену которым пришли яркие огни Дейтона-Бич.
– Вы должны убедить всех остальных людей взять себе по вашему примеру искусственные тела. Только после этого станет возможным всеобщее слияние и нашими усилиями возникнет новое, высшее бытие. Мы построим несколько репродукционных центров…
Муни стоял над Коббом и тряс его за плечи. Зрелище было удивительным, особенно если учесть что сквозь лицо Муни навстречу Коббу неслись уличные огни. Медленно и с трудом он вывел на передний план своего зрительного восприятия происходящее в его собственном коттедже.
– В чем дело, Муни?
– Ты позвал кого-то на помощь, отвечай?
– Ты не хотел бы приобрести себе такое же тело, как у меня? Вечное тело? – ни с того ни с сего спросил вдруг Кобб. – Я мог бы это устроить.
– О чем разговор? – сонно поинтересовался Торчок. – Что, старшие бопперы хотят нас всех загнать в свое стойло?
– Приняв такое решение, вы поступите разумно, – как заведенный продолжал гнуть свое Кобб. – Это будет следующим шагом эволюционного развития человека, причем закономерным шагом. Представьте себе людей, которые носят в своей голове мощные компьютерные системы, людей, которые могут общаться непосредственно передавая информацию из мозга в мозг, людей, жизнь которых будет измеряться веками, которые будут менять свои тела, как рубашки или брюки.