Шрифт:
Annotation
Вместо компьютеров у нас была большая ЭВМ, которую мы боялись и уважали…
Сергей Тарасов
Сергей Тарасов
Программа «Салат»
На
Но технический прогресс не стоял на месте, и вскоре взамен калькуляторов нам на помощь пришли первые ЭВМ, на которых нам предстояло научиться работать. Для нас это означало очередную головную боль, — появился новый предмет: программирование, новые зачеты и курсовые работы по этой науке, и нам, в конце концов, предстояло стать программистами. В одном кабинете нам показали первые ЭВМ, — это были громоздкие, с множеством выключателей и тумблеров машины длиной больше метра и высотой с обычный письменный стол. Они были для нас вершиной научно-технического прогресса, чем-то очень сложным, и мы, когда с уважением глядели на эти аппараты, готовились к худшему.
Оператор этой машины нам про нее рассказал, что знал, и что нам предстояло узнать: про устройство этой ЭВМ, принцип ее работы, и в конце добавил, что мы должны научиться составлять для этой машины программы, чтобы потом она все обработала и предоставила нам готовый результат. Язык у этой ЭВМ назывался Фортран, и она работала с перфокартами — такие картонные листочки с множеством отверстий, расположенных на первый взгляд в полном беспорядке. Но это только казалось — они делались на специальном устройстве в соответствии с программой, которую писали программисты. Потом эти перфокарты вставлялись в ЭВМ, и она сразу понимала, что от
Мы разбились на пары и начали программировать. Это была кропотливая и трудная задача. Я, с моими друзьями Николаем и Игорем, с которыми часто пил после занятий пиво в огромных количествах, назвал нашу программу для вычисления каких-то геохимических показателей «Салат», — таким блюдом мы часто закусывали в процессе поглощения пива.
Сначала нам было надо на листе бумаги написать эту программу, а потом отдать нашему преподавателю, законному программисту, чтобы он на каком-то устройстве пробил отверстия на перфокартах и отправил их на ЭВМ. После нескольких дней мозгового штурма мы сочинили наш «Салат». У меня, кстати, до сих пор сохранилась эта наша работа, в папке со шпаргалками по геофизике, промышленными типами полезных ископаемых, палеонтологии, экзаменационными билетами и курсовыми работами.
Но это было только начало наших мучений. Когда мы отдали это наше творение преподавателю, он изготовил на каком-то устройстве перфокарты для нашей программы, и предложил их электронно-вычислительной машине. Видимо, ЭВМ не смогло переварить наш «САЛАТ» и отказалась считать для нас геохимические показатели — среднее, моду, медиану и прочее. Мы трое начинающих программистов просидели с этими неправильными перфокартами долго — попытались обнаружить в них ошибку. В конце концов, мы ее нашли — на нескольких перфокартах не хватало отверстий, и мы решили сами их сделать, вручную.
Я хорошо помню эту работу, — когда бритвой аккуратно делал прямоугольные отверстия в перфокартах. Это было сложной задачей — надо было все аккуратно делать, чтобы отверстия выглядели так, как будто их сделал автомат. ЭВМ совсем не понравились эти кустарным образом сделанные отверстия в наших перфокартах, и она отказалась работать с нашими перфокартами. Но мы не теряли надежды и так наловчились вырезать бритвой отверстия, что в один прекрасный день ЭВМ посчитала, что все нормально и согласилась прочитать наши перфокарты, — и выдало нам результат — геохимические показатели какой-то горной породы.
В тот день мы получили зачет по программирования на языке Фортран, набрали побольше пива, салата для закуски и отметили нашу победу.