Профессорская служка
Шрифт:
Ридмейра встретила нас холодными огнями уличных фонарей, ветром и мокрым снегом, время от времени переходящим в дождь. Уставшая и продрогшая, я не заметила, в какой момент энтузиазм, поддерживающий меня в последнюю неделю, перекочевал к мистеру Донели. Не желавший ранее спешить, он предложил встретиться с мистером Лесски немедля, заказал экипаж, и когда тот на полпути сломался, поверенный сам меня до усадьбы дотащил, а вместе с тем и наши чемоданы.
— У меня хорошее предчувствие, — заявил он, начав стучать в дверь, но стоило мне войти без спроса,
— Ирэна, вы нарушили границы частного владения!
За время путешествия мы пережили многое, а потому свободно обращались друг к другу по имени.
— Бросьте, Роджер. Как вы заметили, дом не закрыт и охранок не имеет. Вполне возможно, сэр Лесски стар, устал, пьян или крепко спит. Неужели вы хотите до утра стоять на пороге? Входите. Сейчас мы найдем кого-нибудь из прислуги и узнаем…
Фигура, шагнувшая из темноты коридора, напугала до дрожи вначале своим явлением, а затем и веселым голосом:
— И узнаете, что сэр Лесски молод, полон сил и энергии, трезв и бодр!
Вспыхнул свет, и я в ужасе взглянула на мужчину, стоящего передо мной:
— Вы раздеты!
Какой стыд, я закрыла глаза и отвернулась. Неужели хорошее предчувствие пошутило надо мной, заставив сломя голову рваться в столицу? Негодуя на излишнюю наивность, я сжала и разжала кулачки. А в это время неизвестный рассмеялся:
— Я всего-то снял рубашку!
Неправда, возмутилась мысленно, оголен не только торс. И чтобы убедиться в своей правоте, я вновь к нему повернулась. Охальник улыбался, в то время как мои глаза метали молнии. Так и есть, он не только без рубашки, он еще и без штанов, стоит в одном полотенце на бедрах и, судя по прищуру светлых глаз, форменно издевается.
— Что вы себе позволяете? — спросила негодуя.
— Я в своем доме, что хочу, то и позволяю, — парировал мужчина. — А вы, леди, по какому поводу вторглись на мою территорию?
— На вашу? — Мистер Донели наконец-то подал голос и соизволил войти. — Вы Дейр Лесски, практикующий профессор Академии МагФорм?
— Я, — ответил мужчина и покосился в мою сторону. — Не могли бы вы представиться?
— Мисс Ирэн Адаллиер и ее поверенный Роджер Донели, — просиял мой сопровождающий, приближаясь к Лесски и на ходу выуживая из сумки девятый образец бланка, а также договор и чернильницу с пером. — Мы прибыли от вашего дяди по делу…
Новоявленный правообладатель хмыкнул:
— И что мне прислал ученый старикан?
Далее в разговоре я могла не участвовать, отошла к темному окну и с грустью посмотрела на бушующую за ним непогоду. Я была уверена, что выдержу все с гордо поднятой головой, но и помыслить не могла, как трудно придется. Судорожно вздохнув, постаралась отвлечься от жалости к самой себе и перевела взгляд на отражение в стекле.
Всевышний, сейчас моя судьба решится.
— Леди и криба? — Оторвав взгляд от бумаг, профессор, который на профессора отнюдь не похож, очнулся. Он наконец-то соизволил критически посмотреть на свое одеяние и совсем не устыдился, а, наоборот, возмутился
Моя жалостливость утихла перед раздражением:
— В такую погоду? По таким дорогам? В таком виде… — тихо перекривила я. Но, поймав в отражении предупреждающий взгляд Роджера, смолкла.
Действительно, к чему ворчать, если я до сих пор не услышала заученных слов из перечня условий, что сэр Норвилл передал своим друзьям: согревать постель, терпеть физические и моральные издевательства, участвовать в опытах, отдать энергию дара и позволить на себя охотиться. Складывалось ощущение, что Томас таким образом готовил меня к жизни баронессы Кервас, мучил дальними переездами, добиваясь отчаяния и покорности перед неотвратимым будущим с ним.
Что ж, каким бы ни было решение девятого правообладателя, я встречу его спокойно. То есть стараясь не смотреть на голый торс и ноги профессора и не настаивая на том, чтобы он облачил себя хоть… в халат. Неожиданно возникло желание в очередной раз взбунтоваться и навредить правообладателю. С трудом подавила его в зародыше и, потупившись, подошла к мужчинам, отчаянно стараясь смотреть на пол, а не на голые мужские ноги с чуть выпирающей косточкой, длинными пальцами и волосяным покровом, начинающимся от щиколотки.
О Всевышний!
Я отвернулась, как только взгляд зацепился за полотенце, скрывающее мужское бедро. Послышался сдавленный хмык, но я решительно не обратила на него внимания.
После долгого чтения устава и длительного созерцания меня, стоящей вполоборота, профессор Лесски поделился своими соображениями вслух.
— Такую… в постель не возьму. — И неожиданно улыбнулся: — Будет служкой!
Я замерла, не веря.
— Служкой? — Поверенный тоже не поверил в нашу удачу и удивленно воззрился на получателя: — Это решение окончательное? Больше никаких услуг не потребуете? Может быть, хотите что-то уточнить?
— Нет, — мотнул головой сэр Лесски. — Она убираться будет, помогать с покупками, возможно, ассистировать в лаборатории. А в крайнем случае, — он хмыкнул вновь, — если понадобится помощь по мелочи, я договорюсь лично с мисс Адаллиер.
Мой сопровождающий закивал, как попугай, повторяя:
— Да-да, конечно-конечно! Да-да… — а взгляд направлен отнюдь не на профессора в полотенце, а на меня, и он словно бы кричит: «Ирэн, соглашайтесь!»
Девятый правообладатель, понаблюдав за поверенным, с улыбкой обратился ко мне:
— Что скажете? Согласны?
— Да… конечно, да! — воскликнул сэр Донели, размашистым росчерком визируя договор крибы.
А я смогла лишь кивнуть. Неужели все завершилось и мне более не нужно никуда ехать, выслушивать похабные намеки и предложения интимного характера? Не верится.
— Если согласие ваше получено, подпись моя внесена, — хозяин дома расписался на бумаге и передал перо мне, — дело осталось за вами. Расписывайтесь, располагайтесь в гостевых и… — следующее он выдохнул с едва различимой мольбой, — наконец-то освободите мой холл.