Профессиональная тайна
Шрифт:
– Андреа, ты должна меня понять.
– Понять – что? Что ты меня обманывал с первой минуты нашего знакомства? Хирург! Вот, оказывается, чем ты занимался целыми днями! А потом приходил домой и этими же руками… обнимал меня.
– Я давно хотел все тебе рассказать.
– Что же тебе помешало?
– Страх потерять тебя. Я попросил Майка представиться судмедэкспертом, чтобы выяснить твое отношение… ну ты и сама все помнишь.
– Выходит, ты и друга своего подговорил. Сам врал – и других заставлял. Бетти была права насчет тебя! Она сразу
– В моей работе нет ничего ужасного. Андреа, не уподобляйся узколобым консерваторам. Я помогаю людям.
– Кем же работает Майк?
– Он хирург, – едва слышно ответил Найджел, низко склонив голову.
– Кто-кто? – язвительно переспросила Андреа, хотя прекрасно расслышала ответ Найджела.
– Хирург.
– Может быть, у него есть жена? – Ледяной, язвительный тон Андреа не подходил ей совершенно, казалось, будто за нее говорит другой человек.
– Нет. Майк не женат.
– Ну хоть что-то оказалось правдой.
– Андреа, пожалуйста, прости меня. Я не хочу тебя потерять.
– Нет, Найджел, слишком поздно. Вряд ли я смогу жить с человеком…
– …Трупорезом? – подсказал ей Найджел.
– Нет. С человеком, который мне все время лгал.
Андреа устремилась к выходу, у которого ее ждал полицейский, сопровождавший ее на опознании Ника.
Найджел приступил к работе, решив оставить выяснение отношений с Андреа до вечера. Через несколько часов она немного успокоится, и он предпримет еще одну попытку объяснить ей, почему так долго скрывал правду. Он ведь и в самом деле любит ее всем сердцем. Любит и боялся отпугнуть. С каких это пор желание сделать любимую женщину счастливой карается расставанием? Андреа должна быть с ним.
Вечером Найджел вернулся в пустую квартиру. Андреа ушла, собрав все свои вещи. Вернее, кое-что она оставила. Золотую цепочку с кулоном-туфелькой Найджел обнаружил на своей прикроватной тумбочке. Рядом лежала записка: «Я любила тебя не за то, какой ты, а за то, какая я, когда ты рядом».
Найджел перечитывал записку раз за разом, словно пытаясь найти в ней ключ к разгадке самой большой тайны в своей жизни. Как вернуть любовь и доверие Андреа?
Через пару часов, выпив пять чашечек кофе и выкурив полпачки сигарет, Найджел набрал номер Бетти.
Женщина на другом конце провода была чем-то расстроена, и Найджел испугался, что Бетти сейчас набросится на него с упреками и потребует никогда больше не звонить ни ей, ни Андреа.
Однако Бетти только спросила:
– Что-то случилось?
– Андреа у тебя?
– Нет. После опознания она позвонила и сказала, что у нее очень много дел, нужно что-то там собрать… не знаю, я не поняла… Наверное, твой отец снова завалил ее работой.
– После какого опознания? – спросил Найджел, до которого дошло наконец, что Андреа делала в морге.
– Ника… – в трубке послышались
– А-а-а, – протянул Найджел. – Мои соболезнования, Бетти. Мне очень жаль.
– Спасибо.
– Можно попросить тебя об одном одолжении?
Бетти только шмыгнула носом. Найджел воспринял это как знак согласия.
– Если Андреа зайдет к тебе или позвонит, сообщи мне. Я волнуюсь за нее.
– Вы поссорились? – наконец догадалась Бетти. Из-за обрушившегося на нее горя она стала плохо соображать.
– Да, – вынужден был признаться Найджел. – Бетти, я люблю твою сестру. Я не хотел причинить ей боль.
– Найджел, это ты должен говорить не мне, а Андреа, – резонно заметила Бетти. – Не пытайся перетянуть меня на свою сторону. Даже если Андреа не права, я буду с ней. Она моя сестра, и я не позволю кому бы то ни было обижать ее.
– Я не пытаюсь оправдываться. Я знаю, что во всем виноват только я. Я совершил ошибку, от которой никто не застрахован. Но я сделаю все возможное, чтобы Андреа простила меня.
– Ладно, Найджел. Я позвоню, если Андреа придет ко мне. Хотя сдается мне, что она появится не раньше завтрашнего вечера. Она наверняка предвидела, что ты начнешь искать ее у меня.
– Где же она может быть?
– Не знаю, сегодня мне не хватало только беспокойства за сестру.
Бетти повесила трубку, не попрощавшись. То, что Найджел принял за бестактность и безразличие, было попыткой скрыть слезы. Представительницы семейства Джекобс никогда не показывали мужчинам свою слабость.
10
Дурное настроение мало-помалу перерастало в депрессию. Через час раздумий о несправедливости мира Андреа всерьез начала считать себя самой несчастной и невезучей женщиной на свете.
Вопросы возникали в ее голове со скоростью света. И ни на один из них Андреа не находила ответа. Почему она влюбилась не в того мужчину? Почему Найджел обманывал ее с первого дня? Почему она доверяла ему едва ли не больше, чем себе самой? Почему не послушалась Бетти, ведь сестра предупреждала ее? Глупо. То, во что она верила в последние недели, сыграло с ней дурную шутку.
Какой же она была дурой, когда расхваливала Найджела, уверяя всех и прежде всего саму себя в том, что он идеальный мужчина: добрый, нежный, умный, обходительный и… занимающийся благородным делом! Вот до чего доводят детские мечты! Хотела получить в мужья врача – пожалуйста.
Но разве она полюбила Найджела только за то, что он занимается медициной? Разве испытывала бы она другие чувства, будь он клерком в одном из миллиона душных и пыльных офисов Чикаго? Неужели Найджел не понял, что для нее не важна его работа? Во всяком случае не так важна, как он сам. Зачем же он обманывал ее? Почему не был откровенен с самого начала? А она так ему доверяла… Андреа шмыгнула носом и посмотрела в окно. Холодный дождь, стучавший по стеклу, заменял ей слезы.