Проезжий

Ламур Луис

— Но зачем? Почему кто-то пытался застрелить вас?

Я пожал плечами.

— Это имеет отношение к ранчо. Конечно, тут крутятся еще ребята Бэрроуза. Они хотят, чтобы я умер, но у них нет денег, чтобы нанять убийцу. Того, кто в меня стрелял, я знаю, дорого стоит. Либо кто-то готов заплатить приличную сумму, чтобы меня убили, либо убийца задолжал и оказывает кому-то услугу. В любом случае, он пытался меня убить.

По улице проехал всадник, а потом снова стало тихо. На кухне гремели посудой. Было поздно, очевидно, мы последние посетители.

В западных городах люди рано ложатся спать и в вечерние часы продолжают работать только питейные заведения и игорные дома.

— Он не попытается снова вас убить?

— Нет, мэм.

— Значит, он мертв?

— Люди его ремесла ошибаются всего лишь раз.

В зале снова стало тихо, мы ели, не разговаривая.

— Мне страшно, — сказала она после непродолжительной паузы, — здесь более жестокая жизнь, чем я предполагала.

— Нет, мэм. В основном это спокойный, добрый край. Здесь живут люди, настоящие труженики. Это посторонние люди приезжают сюда и чинят беспорядки.

— Разве вы не посторонний человек?

— Да, мэм, посторонний. Я намереваюсь уехать сразу же, как только прояснятся дела на ранчо.

— Почему это вас волнует?

Она задала хороший вопрос. Все, что связано с ранчо, действительно меня не касается, только в кармане у меня лежало завещание, а я не собирался возвращать ей его до тех пор, пока вокруг нее будет вертеться такой друг. По крайней мере, не сейчас.

Мы закончили есть, но мне хотелось сказать ей еще одну вещь. Она поднялась.

— Спасибо за совет, мистер Проезжий. — Ее глаза смотрели холодно. — Не думаю, что мы когда-нибудь снова с вами встретимся.

— Я пока буду здесь, если вам понадоблюсь.

Она снова холодно глянула прямо мне в глаза.

— Вы мне не понадобитесь.

— Может, понадоблюсь, когда они узнают, что вам принадлежит половина ранчо.

— Что вы хотите этим сказать?

— По завещанию, которое предъявила миссис Холлируд, ранчо полностью перешло ей. Как будто вас вообще не существует. Будьте осторожны, мэм.

— Я всегда осторожна, мистер Проезжий. А теперь — до свидания.

Она повернулась, чтобы идти, и я повторил:

— Будьте осторожны. Если вы поедете туда и они пригласят вас поесть или предложат что-нибудь выпить, мой совет: не делайте этого!

— На что вы намекаете?

— Я точно не знаю, только ваш дядя Филлипс имел неосторожность поужинать вместе с этими дамами.

Она выбежала на улицу и вошла в гостиницу через дорогу. Я подождал с минуту. За спиной кто-то собирал тарелки.

— Мистер? Мы сейчас закрываемся…

— Я знаю. Не могли бы вы потушить ту лампу?

Когда в зале погас свет, я встал вплотную к двери, подождал, затем тихонько открыл ее и вышел в темноту.

Глава 17

Кузнец, огромный датчанин, вытащил из дому несколько бочек и всем желающим предлагал помыться за две монеты по двадцать пять центов. Достав из сумки полотенце и чистые вещи, я подошел

к бочкам. Никого поблизости не было, я подождал немного, убедился, что действительно никого нет, потом искупался, насухо вытерся, надел свежую одежду — и все это, держа в руке шестизарядный револьвер.

В гостиничном номере, если его можно так назвать, квартировали помимо меня еще двое мужчин, но оба они уже уснули.

Я подошел к койке, где до этого свалил в кучу свои вещи, лег и проспал до рассвета. Когда проснулся, один из моих соседей уже ушел, а другой, одеваясь, заметил свежий длинный шрам на моей спине.

— Это не мое дело, — прокомментировал он, — но похоже, тебе не повезло.

— Почти.

— Заживает нормально?

— В горах на воздухе раны быстро заживают.

Ему хотелось узнать еще какие-нибудь подробности, но из деликатности он не стал задавать вопросов, а я не собирался ни о чем распространяться. Мне пришлось повозиться с рубашкой, и он помог мне ее надеть, а когда я полностью привел себя в порядок, на улице стало совсем светло.

Проходя мимо комнаты Джанет, я просунул под дверь записку следующего содержания:

«Заставьте их приехать к вам».

Затем я спустился в ресторан. Зал уже заполнили постояльцы, по большей части мужчины. Они наспех завтракали, а некоторые забирали с собой то, что не успели доесть — это заменит им в дороге обед.

В конце стола рядом с кухней я нашел свободное место и занял его. У большинства посетителей при себе имелось оружие, исключение составляли несколько рабочих, отправлявшихся куда-нибудь на шахту. Здесь в округе находилось несколько действующих шахт, куда нанимали шахтеров, а также пара дюжин разведывательных рудников, где старатели работали самостоятельно.

Я не спешил, наблюдая, как рассеивается толпа. Ко мне подошел повар, наполнил мою чашку кофе и спросил, вытирая руки о фартук:

— Вы не уезжаете?

Я взглянул на него снизу вверх.

— Еду мимо. Порой это требует времени.

— Я слышал разговоры. Будто Пейн со своими приятелями охотится за вами.

— Они находили меня несколько раз. Если они такие ловкие, пусть поедут в горы и приведут пару отбившихся от стада животных.

— Никто никогда не говорил, что они ловкие.

— Через день-другой я уеду отсюда.

Он сел напротив меня и налил еще чашку кофе.

— Того парня от Пинкертона помните? Беседовал со мной, и мне показалось, что он дружелюбно настроен к вам.

— Надеюсь, вы тоже.

— Он сказал, что вам лучше бы подальше держаться от тех женщин.

Я пил свой кофе.

— Он сказал, что у вас достаточно проблем и без них, и просил меня передать вам, что Пэн Бичам — это ненастоящее имя того человека, что у Пэна где-то здесь живет брат.

— Спасибо. Мне в голову приходила подобная мысль. — Я взглянул на него. — Вы бы посоветовали ему выяснить, как настоящее имя Пэна, если он числится в списке разыскиваемых.