Проект ЮНЕСКО

Ворона Игорь

Видеть тебя.

Слышать твой голос.

Ты была любовью моей жизни.

Как бы нелепо для тебя это сейчас ни звучало.

И чем дальше, тем больше.

Несмотря на все мои старания, я так и не смог забыть тебя.

Ничего подобного я не испытывал ни к какой другой женщине. Ни до, ни после.

Гарик, я читаю сейчас эти строчки и как-то всё всплывает, как-то не по себе мне немного.

Неужели

ко мне можно было испытывать такие чувства?

Неужели я того стоила?

Насчёт стоила, вопрос не ко мне. Я и сам себя потом долго спрашивал – ну что ты нашел в этих полутора метрах рыхлой коротконогой близорукой жопы.

Спрашивал, и… не находил ответа.

Мне потом понадобилось очень много времени чтобы справиться с одной, казалось бы, простой задачей – не думать о тебе каждый день.

Как ты меня назвал!!!???

Фу какая мерзость

Хотя, хмм…

Забавно…

Слушай. Я хочу спросить, а кто писал мой портрет маслом, который ты мне подарил на день рождения?

Писал я.

С твоих цветных фотографий из ателье.

Их было два на самом деле.

Два портрета.

Там, где ты без очков, был первым; он не очень у меня получился.

Но всё равно, ты там такая мягкая, домашняя, нежная.

И слабая. С такой беззащитной растерянностью в близоруких глазах.

Которую так хотелось, прости уж за банальность, заслонить всем своим мужским естеством от невзгод и грязи этого мира.

Она досталась тебе.

И тот, где ты в очках. На него я потратил больше времени.

Ты там такая, неотразимая, холодная, неприступная.

И сильная.

Женщина-пантера, чей стопудовый пресс я так и не смог преодолеть тогда.

Она досталась мне.

От невзгод и грязи этого мира…

Как ёмко, как кратко и как сильно сказано

Хоть и банально.

Я и не предполагала, что в тебе такие таланты.

Художника или защитника?

Уточни, какие таланты.

Оронов, не лезь в бутылку.

Я понимаю, что в тебе сейчас

клокочет.

Но что мы можем сделать по этому поводу?

Чтобы тебе было легче – не так много вокруг меня и художника, и защитника.

Гораздо больше мыслей о высоком искусстве.

Знакомо…

И где «та в очках», о наличии которой я даже не предполагала, которая досталась тебе?

Она висела в моей вильнюсской квартире до отъезда в Америку.

Я уезжал с двумя баулами и не мог взять его с собой. Да и таможня к тому же. Долго пришлось бы объяснять, что это не Репин и не Крамской, а всего лишь картина неизвестного художника. Потом мои хранили его у себя, почти до их отъезда в Америку.

Папа с моего разрешения подарил его дочери друга на свадьбу, когда та выходила замуж за курсанта военно-морской академии.

С комментариями и пожеланием счастья.

Объяснил им, что этот портрет для меня значит.

Так что с большой вероятностью можно сказать, что висит твой портрет где-то в квартире капитана первого ранга, или может уже адмирала. Насколько я знаю, они до сих пор вместе и., если умеют хранить талисманы…

Где-то в Новороссийске, или, может, теперь в Севастополе.

Портрет Неизвестной.

Неизвестного художника.

Портрет дочери полковника в квартире у адмирала.

Романтично.

Гарри, на твоей странице нет ни одной фотки твоей жены.

Можешь показать?

Прости за любопытство.

Вот…, смотри.

Это 2 года тому назад.

Оронов!!!!!

Ты ненормальный!

Как ее фамилия?

Не волнуйся. У вас нет общих родственников. Но., как говорится, искал по образу и подобию…

Насколько она меня моложе?

Она старше тебя на три года.

Почему она так молодо выглядит?

Где секрет?

Думаю, генетика + хороший муж.

Шучу.

Издеваешься ты, а не шутишь.

Помнишь, тогда при нашем последнем разговоре я сказала, что я всё понимаю.

Тебе двадцать семь, тебе пора.

А я что, я ещё молодая.

Я – говно в проруби

Я ещё поболтаться хочу.