Проект «Крейсер»
Шрифт:
Калерия Вайндграсс вообще была малоэмоциональной особой.
— Надо же, — сказал психолог на тестировании, — рядом с тобой человек умирать будет, ты и пальцем не поведешь.
Лера только пожала плечами.
Честно говоря, ей было просто безразлично мнение психолога. И тем более судьба какого-то абстрактного умирающего человека.
Вот если случится, тогда и будем думать.
А пока надо служить.
И Лера служила, за двадцать шесть лет, отданных армии, честно дослужившись до капитана. Постарше лейтенанта, помладше майора. Выше
И печальнее всего — ни мужа, ни детей. Как и все солдаты, Лера сдавала генетический материал, но искусственное выращивание ребенка стоило дорого. Оплатить его Лере было не по карману. А естественное…
Пониженная эмоциональность сыграла с Лерой плохую штуку. Сослуживцы прозвали ее «криогенной камерой». А о каких-то неуставных отношениях и речи не шло. С одной стороны, Лера отлично усвоила главный принцип: «Нельзя никому — нельзя ни одному. Можно одному — можно всем». Пропускать через себя кучу потных мужиков, которых она видела во всех видах и без оных, — не хотелось. До омерзения не хотелось.
А с другой стороны, еще четыре года — и Лера сможет выйти в отставку. Купить маленький участок на какой-нибудь агропланете. И заняться фермерством. И кто знает, возможно, и родить ребенка?
Медицина сейчас хорошая. При сроке жизни в сто тридцать — сто пятьдесят лет Калерия, как и многие женщины, способна была зачать и родить ребенка лет до семидесяти. И из них прошло всего пятьдесят шесть лет. А Лера чувствовала себя вполне молодой. Собственно, в спарринге с ней иногда не справлялся и Джонни Гризли — двести пятьдесят килограммов налитых силой мышц при росте около двух метров.
Пусть она не красавица. Сильное, накачанное тело, черные волосы, карие глаза, резкие, не скорректированные пластикой черты лица. Пусть. Говорят, на планетах это не так важно. И кто знает…
Может быть, все еще впереди?
Но впереди оказался только вой сирен боевой тревоги.
Лера потратила не больше двадцати секунд на то, чтобы впрыгнуть в боевой скафандр. И, прихватив личное оружие, рванула в рубку.
При одном взгляде на экраны ей стало все понятно.
— Пираты… хеш тер вере!
Пиратство, увы, процветало в космосе.
Выглядело это так.
Корабли шли через космическое гиперпространство.
К сожалению, людям были доступны пока только три верхних уровня гипера. Это уже было больше, чем ничего. И в сотни и тысячи раз сокращало время полета. Но эти уровни также были доступны и пиратам. И им ничего не стоило проделать несколько простых операций. Поставить маячки в гиперпространстве. Отследить по ним корабль и взорвать перед носом несчастного лайнера или торговца пару гиперторпед, вынуждая его выйти в обычное пространство. Атаковать.
Обычно — значительно превосходящими силами.
Что может сделать торговец против десятка пиратских крейсеров, которые еще сопровождают рейдеры и истребители?
Да
А судьба людей?
А она весьма печальна. Кого-то возвращают за выкуп. Кого-то продают на рудники — там всегда нужны рабы. Женщинам вообще лучше сразу застрелиться, чтобы не мучиться. Кстати, Калерия так и собиралась поступить. Приберечь для себя последний заряд в плазмере. А пока — к бою!
Бой для Калерии продолжался не слишком долго. Она успела убить только пятерых. А потом подстрелили и ее. Боль взорвалась в плече, вышибла сознание, и Калерия медленно сползла по стенке. Единственным минусом и обратной стороной пониженной эмоциональности являлась непереносимость боли. Увы…
Аврора Варина была шпионкой.
Есть такая профессия — защищать свою Родину. А есть и другой ее вариант — приезжать гадить на чужую родину. Как выражался великий классик еще двадцатого века — приехать и нашпионить, как последний сукин сын. Ну или в случае Авроры — как последняя сукина дочь. Сути дела это не меняло. Диверсия в империи Кхон-Тао успешно проведена — и Аврора возвращалась домой. Там ее ждала пластическая операция по восстановлению нормального облика.
Авроре ужасно хотелось пожить немного на родине, погулять под голубым небом, так похожим на земное, погладить белые стволы березок…
Аврора родилась в системе Русины.
Четырнадцать планет, вращающихся вокруг желтого светила.
Когда началась эпоха освоения космоса, первыми туда ринулись четыре нации. Русские. Американцы. И японцы с китайцами.
Первые — в силу плохой жизни на родине и в поисках лучшей доли. Вторые — как когда-то их предки — в жажде наживы. Третьи и четвертые — из-за перенаселенности.
В результате — два века и три звездных войны спустя в космосе образовались три галактические империи.
НОПАШ — отрыжка США. Кхон-Тао — гибрид Японии и Китая. И Россия, благополучно похоронившая демократию и выбравшая себе императора. Меньше всего планетных систем досталось на долю Европы. Четыре системы — Бундестага и две системы ля Франс. Вольные баронства (они же пиратства) и планеты туманностей. Остальное присоединили к себе империи. Либо добровольно, либо… тоже добровольно, но с дополнительными аргументами в виде пушек.
На границе между Россией и Кхон-Тао была Земля Изначальная, по общему договору остающаяся неприкосновенной.
А Русина… Русина была находкой двух кораблей системы МТ.
Огромные межзвездные транспортники — МТ — несли на себе по сто тысяч человек каждый. Их делали одновременно. Собирали одновременно. И одновременно допустили ошибку при сборке гипердвигателей. В итоге корабли направлялись по вектору 17-3-24 в координатах Ильковского, на расстояние около десяти тысяч световых лет, а попали в совершенно противоположную сторону. Нырнули в туманность, чудом избежали черной дыры — и прошли вместо десяти тысяч световых лет порядка трехсот тысяч световых лет. Слишком далеко.