Проект "Инкуб". Вспомнить всё

Новосад Яна

Репродуктивная функция как у мужчины, так и у женщины стала регрессировать и отмирать. Тогда-то мы и занялись проектом «Инкуб». В моем мире инкубы — это мифологические существа, которые посредством ментально-энергетических манипуляций питаются сексуальной энергией своего объекта, а затем вступают с ним в интимную связь. Наша разработка, партия «Инкубов» должна была внедриться под видом обычных мужчин в простую человеческую жизнь для поднятия уровня рождаемости и для исправления ситуации с демографией. Да, это сейчас так смешно и цинично звучит, но в то время, это казалось выходом из сложившийся ситуации — гениальной идеей! Чувствую, ты напрягся после этих слов, — женщина грустно усмехнулась. — Сопоставил и догадался? Ты — наша

разработка, мой личный проект.

Сказать, что я был ошарашен — ничего не сказать. Ели еще про Альтерион я спокойно воспринял информацию (какая разница, где мне жить?), то о том, что я чья-то научная разработка, а вовсе не человек, мое сознание отказывалось принимать. Я — проект, научный эксперимент. Я, мать вашу, кто, племенной бык-осеменитель для повышения рождаемости?

Перевел взгляд с экрана на Григория — Грэга, но он все так же жестами указал мне продолжать слушать и дальше этот бред.

— …Ты обычный человек, повторюсь, так как это важно. Ты. Обычный. Человек. Просто рожден был не от соития мужчины и женщины, а в лаборатории, в специальном резервуаре посредством технологий. Да, ты имеешь некоторые особенности организма. Ты уже чувствовал «голод», мальчик мой? — Лидия сделала паузу, она как будто пыталась через экран еще лучше разглядеть меня, но я-то прекрасно понимал, что запись сделана какое-то время назад и это не прямая трансляция. — Конечно, чувствовал.

Человек без еды умирает, он не может протянуть долго. Пища — это энергия, наш ресурс.

Твой ресурс иной. И если без привычной человеку еды ты можешь спокойно существовать, она тебе попросту не нужна, то без своего главного источника энергии ты жить не сможешь. Ты умрешь. Я думаю, что ты уже понял, о чем я. Инкубы вызывают магнетическое притяжение у противоположного пола, чувство влюбленности и эйфории, от прикосновения физического — достаточно дотронутся до тела и энергетического — касания взглядом. Так ты устанавливаешь контакт, а после… после, ты уже наверняка испытал эти ощущения на себе. Это единственная особенность твоего организма.

В остальном, ты такой же как любой другой мужчина. Ты можешь испытывать весь спектр чувств и эмоций, которые заложила в человека Матушка-Природа. Можешь полюбить девушку и это будет твое спасение, а хочешь, живи на полную катушку придерживаясь полигамии — когда-то мечта многих мужчин моего мира. Поначалу тебе будет трудно контролировать себя, но это со временем, ты приспособишься и все получится, мальчик мой.

Но и это еще не все.

Не все? Еще не все? Куда уж больше!

Паники не было, но меня разрывало на части от возмущения и злости. Эта женщина так спокойно говорит об «особенностях» моего организма, словно об обыденных вещах. Для них, я даже не знаю точно для кого — это эксперимент, госзаказ. А для меня — это жизнь! Моя жизнь!

Тем временем Лидия продолжала:

— Для меня ты особенный среди всех…образцов этого проекта. У каждого из вас есть свой порядковый номер — идентификат. Он выглядит как татуировка и находится на левой лопатке. Его не свести, ни удалить. Считай, что это родимое пятно. У тебя — 164. — Внезапно Лидия схватилась за голову и с силой сжала виски. — Боже, я бы все отдала за то, лишь бы еще раз увидеть тебя, прикоснуться к твоему идентификату, знать, что ты жив и дышишь. Поверь, это больше, чем просто персональный номер, это твоя личность, это — ты сам.

Лидия замолчала и повисла пауза. На этом моменте я уж думал, что ее пламенная речь закончилась, да не тут-то было.

— У меня был сын. Да, я из того самого критически минимального процента женщин, кто хотел и смог родить ребенка. И у меня был мой Колька. Здоровый и жизнерадостный мальчуган. Пока не случилось страшное — обычная автомобильная авария и Коленьки не стало, — по лицу Лидии потекли слезы. — Я взяла его ДНК и на основе него создала тебя. Ты — полная

копия моего сына. Поэтому так мне дорог. Я видела в тебе отражение своего погибшего мальчика, у тебя его черты лица, фигура, характер тоже его, даже цвет глаз. Эта генетическая особенность Колиного отца, удивительного и редкого цвета радужка. В твоем случае еще и является индикатором. Мы случайно с коллегами выявили этот баг. В то время, когда ты проходил тестовые проверки, твои глаза начинали светиться при возникающем чувстве голода. Но возможно, ты и это уже знаешь. А еще с ДНК моего сына тебе передалась и наследственная память об окружающем мире, что-то мы «подгрузили» в процессе, поэтому ты полностью готов прожить эту жизнь, как полноценный человек. Я не имею права называть себя твоей матерью, но поверь, чувства, испытываемые к тебе, сродни материнской любви — ты мое детище. Поэтому, когда настал тот самый момент, я всего лишь хотела тебя спасти, знать, что мой мальчик жив и будет жить, — Лидия всхлипнула и закрыла лицо руками, сотрясаясь в безмолвных рыданиях.

О чем она? О каком «том самом моменте»?

Холодные мурашки поползли по спине, чувствую, что ничего хорошего я сейчас не услышу.

— …И, пожалуй, сейчас мы подошли к самому главному, — Лидия отняла руки от лица, вытерла слезы. Сейчас она была такой же собранной, как и вначале своего монолога. — На тебя ведется охота. Кое-кто очень хочет заполучить тебя. Я не знаю зачем и для чего, но то что я узнала, то, что произошло с целой партией «Инкубов» — ввергает в ужас.

За те пятнадцать лет, что велся этот проект многое поменялось в нашей стране. Произошла смена власти и к ней пришли женщины. «Фемины» — некогда просто кучка увлеченных одними идеями женщин, сначала преобразовалась в активное движение, потом — в политическую партию, а сейчас они буквально везде. Везде!

Основная их идея и постулат, который они продвигают — это возвышение женщин и принижение мужчин. Скажем так, сейчас мужчины в нашей стране не занимают высоких должностей, им тяжело стать руководителями чего-либо, по сути они стали никто, бледной тенью любой женщины. И если не рабами, то обезличенными существами, наделенными базовыми функциями и обязанностями.

Кто бы мог подумать, что все зайдет так далеко. Идея о свержении патриархата и подавлении власти мужчин над слабым полом нашла живой отклик в сердцах униженных и оскорбленных, тысячелетиями терпящих унижения женщин.

Казалось бы, ну что такого? История знает немало примеров умных и уважаемых женщин-правительниц государств. Но то, что сейчас происходит даже больше, чем матриархат. Фемины везде, повсюду, в каждой отрасли и каждом…фрактале. Они контролируют все научные разработки, ведут войны с другими государствами, причем очень успешно. Они же заинтересовались проектом «Инкуб», тогда, когда у нас уже было все готово к запуску и внедрению. Под предлогом того, что это более не актуально на сегодняшний день велели свернуть проект, а все образцы, то есть сто шестьдесят пять молодых мужчин отдать им на утилизацию, раз мы сами этого сделать не можем, — Лидия прикрыла глаза и тяжело вздохнула. — Конечно мы не могли «утилизировать», а по сути убить ни в чем не повинных и созданных нашими руками людей. Особенно тебя…

То, что говорила Лидия по истине ввергало в шок. Какие-то злобные тетки, захватившие мир и угнетающие мужчин? Ну, чушь же собачья. Я сразу же вспомнил вредную красотку Лауру, резковатую и грубоватую Стейси, обаятельную и сексапильную Мили… Любая из них не вязалась с образом мужененавистницы, ставящей на колени всех мужчин мира.

— …Но нашелся человек — предатель, которым оказалась женщина, одна из наших сотрудниц, вступившая в ряды фемин. И за хорошее вознаграждение она просто вывела из лаборатории почти всех Инкубов, след которых впоследствии затерялся. И опять это слово «почти». Ты находился всегда обособленно ото всех, возможно это спасло тебе жизнь и еще двум другим мальчикам, которых с рождения вела тоже я.