Проект хаоса – 2

Все происходящее там кажется далеким и нереальным. И вроде бы здесь такого быть не может. Но это только кажется.

Самая долгая и трудная дорога – путь к победе.

Отставной полковник, а ныне пенсионер Андрей Сазонов мял пальцами

сигарету, не замечая, что бумага давно порвалась и табак сыплется на пол. Глаза безотрывно смотрели на экран компьютера, а губы беззвучно шептали проклятия вперемешку с матом.

Прямая трансляция из Горинска шла уже сутки. Несколько сетевых каналов вели репортажи, изредка перемежая их вставками с выступлениями активистов. Когда по третьему разу пошел повтор заявления лидеров повстанцев, Сазонов смял сигарету в кулаке.

Подошедший Юрий Храмов сунул под руку Сазонову блюдце.

– Брось.

– А?

Сазонов оторвал взгляд от экрана, увидел, наконец, во что превратил сигарету и бросил ее в блюдце. Потом посмотрел под ноги, где на линолеуме лежали крупицы табака.

– Извини.

– Ерунда. Ты чего застыл?

– Вот и довели народ, за вилы взялся.

Храмов поставил блюдце на стол и посмотрел на экран.

– Что вилы. Вот за стволы – это другое дело! Раз дошло до стрельбы, значит край.

Сазонов стряхнул с пальцев прилипший табак и встал.

– Там мой сын.

– Он вроде не стал в своих стрелять, так?

– Не стал. А что теперь будет? Надо туда ехать.

– Уверен, что доедешь? – спросил Храмов. – Если там заварушка дошла до края, значит, введут чрезвычайное положение и перекроют все дороги. Не проскочишь.

– Проскочить можно. А вот увидеть сына – это сложнее. Надо адвоката нанимать, связи активировать. Как бы его куда не услали, если бригада начнет прятать концы в воду.

Храмов с сомнением посмотрел на Сазонова. Полковник явно на взводе и от невозможности немедленно что-то сделать наливается яростью. Знакомая привычка. У многих сотрудников в немалых чинах есть такой заскок – вынь да выложь.

– Поездом вряд ли проеду, если только на машине, – прикинул Сазонов. – Черт!

Начиная со вчерашнего утра они сотню раз обсудили положение дел в Горинске, пересмотрели все ролики, неоднократно прослушали заявления властей и повстанцев, обматерили чиновников и полицию.

Сазонов пытался дозвониться до знакомых в центральном аппарате МВД, а Храмов успел собрать на своей базе нескольких друзей из числа тех, кому доверял безоговорочно. Чуть позже приехал Игорь Смардин и сразу обрушил на Сазонова и Храмова ворох новостей из сети.

Сейчас компания уютно расположилась в учебном классе, где висели два огромных телевизора с выходом в сеть. Несколько сдвинутых столов застелили клеенками, заставили тарелками, блюдцами с закусками, свежеприготовленным шашлыком, овощами, зеленью, лавашем, розетками с аджикой.

Храмов познакомил Сазонова и Смардина со своими друзьями, обрисовал расклад и поведал об их с полковником догадках

относительно возможных осложнений с мигрантами и гастарбайтерами. Друзья были людьми опытными, с богатым, далеко не всегда мирным прошлым, так что информацию приняли спокойно.

Все прибыли со своим оружием, прихватили изрядный запас патронов, ну и оделись соответственно – смокинги, бабочки, лакированные туфли. Шутка. Обычная полевая форма песочной или зеленовато-оливковой расцветки. Ну и в довесок разгрузки, аптечки и прочие мелочи военного типа.

Съехались к ужину, но пока досидели до темноты, первоначальный кураж прошел и люди просто отдыхали в хорошей компании. Храмов организовал баньку, так что успели попариться.

Под вкусную закуску и холодное пивко, да ещё в хорошо разогретой парилке боевой настрой начал как-то сходить. Взведенные нервы отпустило и перестала давить тяжесть неопределённости и предчувствия беды. Только Сазонов все время думал о сыне, представляя, каково ему там и что ждёт молодого «отказника» теперь. Могут на дембель раньше отправить, дабы скрыть эпизод, а могут и неподчинение пришить, если захотят раскрутить дело.

Храмов терзания полковника видел и как мог, отвлекал того от тяжких дум. Он даже хотел компьютер отрубить, дабы не мозолил глаза, но в этот момент из Горинска пошёл новостной блок и полковник вместе со всеми прилип к монитору.

Шла прямая трансляция уличных перестрелок между повстанцами и полицией. Судя по количеству участников, это уже была самая настоящая гражданская война в отдельно взятом регионе.

Все жадно следили за ожесточенными сшибками, маневрами полиции и нацгвардии, отмечали некоторую растерянность сотрудников органов, их неготовность к такому повороту событий. Впрочем, отметили и ещё кое-что. Пару раз камеры снимали короткие стычки, в которых повстанцы неожиданно демонстрировали неплохой уровень тактической подготовки.

– Бывшие вояки, – заметил Храмов.

– И арсенал у них приличный, – добавил Сазонов. – Это не охотничьи карабины, это автоматическое оружие. Либо трофеи, либо…

– Старые запасы, – закончил мысль Храмов. – Причём, много.

– Кто-то третий там играет за повстанцев.

Храмов пожал плечами. Версия имела право на существование. В комнату заглянул Константин Брунов, старый друг Храмова, замначальника пожарной части.

– Мальчишка наш умаялся и заснул в парилке, – пробасил он. – А пивко согрелось.

– Идём, – ответил Храмов. – Попарим косточки, раз выпал случай.

Он первым пошёл в сауну, а Сазонов, нехотя оторвав взгляд от монитора, потопал следом. Мысленно радуясь, что его сын уж точно не окажется на ночных улицах Горинска под пулями. «Отказнику» оружие в руки не дадут.

Внезапное застолье выдержали не все. Хозяин гаражного комплекса Кеша Олимчук первым задремал на кушетке. Чуть позже сон сморил и Брунова. Он приехал прямо с работы и толком не отдохнул после напряженного дня.