Продолжение легенды

Кузнецов Анатолий Васильевич

— Вот бумажка, по ней вас поселят. На работу с понедельника, во вторую смену. Получите спецовку.

Мы вышли из конторы, и только сейчас я раскрыл рот. Как? Уже я на работе?.. А Братская ГЭС?

— Говорю же тебе, мы туда еще попадем! — радостно заорал мне на ухо Ленька. — Танцуй, наивный человек, дуракам везет: ты знаешь, что такое бригада Москаленко? Это самая передовая бригада. У них же знамя полгода, никому не отдают!

— Ленька! Но я понятия не имею, что такое бетон!

—

Да научишься же, горе ты мое! Не боги горшки обжигают. Раз берут без всяких, значит позарез нужны. В два счета научишься. У тебя же, москвич, среднее образование! Пойми! Да я только Москаленчихе тебя и отдаю — в другую бы ни за что! Вишь, инженер как схватился: сразу в лучшую бригаду. Я для себя тебя обрабатывал… Ладно, все равно ты мой крестник, уже двенадцатый!

— Ах ты… черт!

— А что ж ты думал? Нечего мне делать, я буду даром тебя по стройке таскать? Отбили у Братской, отбили! Ура-а!

ЧИЖИК, ГДЕ ТЫ БЫЛ?

Только теперь я понял, что дорога на Братскую ГЭС у меня так неожиданно удлинилась. Какая прелесть, когда нет бюрократии: быстро, четко оформили, по-деловому! С драгоценной бумажкой: «Просим поселить бетонщика 4-го участка…» — ух! — мы с Ленькой устроили кросс по пересеченной местности к домоуправлению.

Срезали угол по дамбе, прошмыгнули через забой шагающего, пока махина неуклюже разворачивалась в другую сторону, прыгали через две ступеньки по деревянной лестнице, выбираясь из котлована… Потом город, потом болото со стадами коз. Через болото на сваях проложены мостки, и доски весело скрипят и гнутся под ногами. А дальше, на холме, пятый поселок общежитий — ряды одинаковых бараков, веселеньких с виду и похожих друг на друга.

Домоуправление — в маленьком домике-времянке. Снаружи обыкновенная изба, а внутри заляпанные чернилами столы, счеты, телефоны, запах промокашек и ведомостей; занятые служащие уткнули носы в разграфленные книги, и длинная очередь к двери с табличкой «Домоуправ».

— Нам… фух-х!.. Нам нужен комендант.

— Ее нет, поехала получать белье. Подождите.

— Надолго?

— Нет.

После бега мы не могли отдышаться. Сели на табуретки. Ну что ж, подождем. Жарко…

— Слушайте, это безобразие! У меня семья шесть человек, а вы держите нас в общежитии.

— Подождите, сдадут восемнадцатый дом, вас переселят на первый поселок.

— Вы мне обещали в шестой дом, в двенадцатый дом, в тринадцатый дом. Я к начальнику стройки пойду! Долго будет тянуться это издевательство? Пришел с ночной. Вместо того чтобы отдохнуть, с самого утра обиваю ваши пороги.

— Я сказала: сдадут восемнадцатый дом…

— К бабушке восемнадцатый, поселяйте в тринадцатый!

— Тринадцатый заполнен.

— А почему механика поселили?

Он позже меня приехал, а уже живет. У него сестра комендант, да? А у меня семья…

— Вы не один. У всех семьи.

— Где домоуправ?

— Домоуправ в ЖКО на планерке. Можете подождать и скажете ему свои претензии, а я бухгалтер. Не мешайте мне работать.

— Кто крайний к домоуправу?

— Тут одна баба, побежала в ЖКО стекла бить начальнику.

— А нас поселили на кухне, — улыбается добродушный, толстый парень. — Три семьи, все молодожены. Развесились занавесочками. Ах, чтоб вы передохли! От этого ж производительность труда падает!

Все хохочут.

— Как с холостяков налог брать, так сейчас, а как молодоженам квартиру — дудки!

— Где домоуправ?

— А я вам русским языком отвечаю: на планерке в ЖКО. Ждите.

Очередь все растет, гудит, и мы с Ленькой счастливы, что нам нужен всего лишь комендант.

Мы сидели долго, вошли в курс семейных дел половины поселка и прониклись жалостью к страдалице-бухгалтеру, которая за отсутствием домоуправа должна выслушивать все беды и нужды жилищные.

Часа через два явилась молодая симпатичная женщина, спокойная и неторопливая.

— Ох, Вера, в промтоварный привезли такое штапельное полотно!.. Вы ко мне, мальчики? Давайте бумажку. Один?

— Один. К нам его, в наш дом!

Она черкнула что-то:

— Вот и все. Теперь нужна виза: «Поселить». Идите к домоуправу, а потом я выдам белье.

— К домоуправу?! А-а… нельзя сначала белье, а потом к нему?

— Нет, нельзя, такой уж порядок. Без визы я не могу. Нет, нет, мальчики!

Ах, чтоб тебе!.. Стали мы в хвост очереди. Сидели два часа, могли ведь быть чуть не первыми. Теперь нет жалости в наших сердцах и к бухгалтеру.

— Где домоуправ? Когда он придет?

— Я вам сказала русским языком…

— Вы мне на турецком скажите!

— А вы не грубите!

— А нам нужен домоуправ!

Так мы слушаем еще час. Ленька высказал предположение, что на планерке в ЖКО решают вопрос длиной в четыре километра, и так как прошли уже второй столб, надо что-то предпринимать. Дай бог Леньке здоровья, без него бы я тут пропал.

— Товарищ бухгалтер, как фамилия домоуправа?

— Чижик.

— Пошли в ЖКО.

Мы долго плутали среди бараков. Наконец нашли. Избушка, счеты, телефоны, бухгалтер и очередь к двери с табличкой «Начальник ЖКО». Стекла целы.

— Какая такая планерка? — искренне удивился тамошний бухгалтер. — Планерки сегодня не было.

— А может, Чижик у начальника в кабинете?

— Да самого начальника нет, он на совещании в АХО. По-моему, Чижик только что тут был, но он пошел в свое домоуправление.