Продавец сангэ
Шрифт:
Батыр Хазанович неожиданно расщедрился.
– Погуляй несколько дней, – сообщил он отцовским тоном. – Если что, вызову.
Разве можно ослушаться начальство?
К десяти вечера мы сидели в кафешке на выезде из города. Юрта, столики, запах жареного шашлыка, тянущийся с мангальной зоны на улице, и импровизированная сцена, где всегда найдется желающий что-нибудь исполнить, спеть-сплясать. Место принадлежало оперной певице, так что мечтающих о меценате хватало.
Мы пили пиво и слушали рок-металл в компании
Примерно в полночь, когда большинство знакомых уехало домой, и я сама была готова уснуть прямо там, к нам подсел мужчина средних лет респектабельной внешности.
– Знакомься. Плацид, – уже «хорошим» голосом добродушно представил Андрей.
Меня всегда раздражало умение мужа познакомиться за пять минут с человеком и тут же потащить того в компанию. Такое случалось постоянно, потому я задавила приступ недовольства, привстала и потянулась через стол, заставленный бутылками, стопками и разоренной закуской.
– Милена, – перекрикивая музыку, протянула тому руку.
Хорошая стрижка, ухоженные ногти, стильно сидящая на тренированном теле белая рубашка, массивное золотое кольцо на обручальном пальце. Он будто сошел с обложки журнала о бизнесе, рекламирующего на своих страницах дорогие часы и костюмы. Мужчина имел широкое лицо с флегматичными чертами и высоким лбом. Волос пепельно-серый. На коже виднелся загар.
– Плацид Мэдс, корпорация «Сафино», – пожал он руку в ответ, рассматривая с интересом трезвого человека, смотрящего на выпившего. И с чем-то еще, чего я не поняла.
Название корпорации показалось знакомым, но не настолько, чтобы вспомнилось, некоторые их препараты, не имеющие отечественных аналогов, имеют созвучный логотип и используются в наших операционных.
– Плацид вербовщик, – сел рядом Андрей, подгребая меня, уже сонную и расслабленную, под руку. – Ищет молодые таланты.
Музыка грохотала на грани шума, народ разгорячился, кричал, танцевал, о чем-то спорил. Я же силилась разлепить глаза и понять, чем он так интересен. Мужчина казался привлекательным, даже очень.
– У компании «Сафино» к вам предложение, – обратился новый знакомый ко мне, не сводя глаз. Если бы не хотелось так спать и большое количество алкоголя в крови, то мне бы подумалось, он рассматривает меня с куда большим интересом, чем любопытство. Что показалось странным и тут же забылось.
Андрей махнул рукой, наливая себе и новому знакомому по стопарю.
– Да она спит. Не умеет пить. Можешь мне сказать, завтра утром ей расскажу, – он протянул стопку, тот принял. – Считай, что я ее представитель, официальный.
– Какое? – я честно попыталась разлепить тяжелеющие
– Мы хотим, чтобы вы проассистировали операцию в Москве. То, что вы сделали с Морганом, походит на чудо.
Я не расслышала его. Кажется, речь о рок-звезде. Андрей, разбирайся он в хирургии, очень удивился бы, что уж там такого невозможного сотворила я. Я обычный новичок. Талантливая, бесспорно, иначе бы Курумканский не возился со мной с первого курса.
– Да она всего лишь пересадила почки. Че, сделала работу. Это же этот, долг, – Андрей отвинтил крышку, наливая еще по стопке.
Плацид посмотрел на меня, затем на него. У Андрея неправильная осанка, указывающая на сниженную самооценку и грудной голос, подсказывающий, что человек живет больше эмоциями. И, вероятно, страхами, все-таки он периодически повышал голос до пронзительного. Мужчина энергично протянул визитку.
– Мы оплачиваем перелет туда и обратно, гостиницу и другие расходы. Плюс в случае успеха операции, бонус. Позвоните мне завтра, – попросил он, поднимаясь со стула.
– И много?
– Семь тысяч, – он смерил мужа холодным взором, вероятно пытаясь понять, будет ли тот утром помнить или нет. – Долларов.
На этом я отрубилась, решив про себя окончательно, что, приди он ко мне на массаж, я сделала бы ему встречное предложение.
Следующим утром Андрей сам позвонил ему, залил в сопротивляющуюся меня аспирина с водой и поволок на встречу. Именно это злило больше всего. Это моя карьера, мои решения, и такая активность мне не по душе. Он будто оглох и ослеп, всю дорогу в такси тыча пальцем в экран смартфона. Если бы не похмелье, я наверное разоралась бы, а вместо этого обессиленно слушала и смотрела в окно.
– Специализируются в основном на решениях для диабета, всякие рецептурные препараты, лечение гемофилии, терапия гормонального роста, трансплантология. У них только клиник два бренда. В России, оу… одна. Жаль, ты только подумай, вот было бы здорово там работать.
Когда он воодушевлялся, то становился не в меру болтлив, а хотелось молчания. Андрей не доучился на фармацевта и неплохо понимал, о чем говорит, но все же какая разница, если ты не доучился?
В конце концов, не вытерпев, я обернулась к нему, набрасываясь:
– Ты хочешь отсюда уехать? Все бросить?
– Что именно? – он обвел кругом взглядом, мол, глянь. – Что ты видишь вокруг? Это же жопа России. Хуже только Дальний Восток. Мил, Москва, столица, карьера, деньги, возможности. Хочу. Ты ведь тоже хотела?
– А дом? Твоя мама. Мой отец, – задумчиво и апатично отозвалась я.
В целом он прав. Мы допускали мысли о переезде, но когда-нибудь. Ведь только-только закончилась учеба, я начала осваиваться в профессии. Здесь есть квартира, машина, друзья. Семья.