Продавец ’кондитерки’
Шрифт:
Нет этих женщин не сожгли — просто признали виновными и постригли в монахини и отправили в дальний монастырь под строгий присмотр. Альфонсо и его сын померли на следствии — но и тут какие претензии всё по законам Испанской монархии.
Вы спросите прямо вот так бесплатно инквизиция работала. Правильный вопрос нет не бесплатно — пожертвовал на благородные цели пятьдесят тысяч фунтов.
Убытки от моей неудачной попытки найти себе благородную испанскую жену составили почти сто тысяч фунтов. Но хорошо, что всё выяснилось до свадьбы. Убытки
За всеми этими брачно любовными перипетиями я забросил службу и в батальоне рулили два майора. Люди старались, и служба была налажена идеально. Наступил январь 1810 года и боевые действия слегка остановились. Французы стояли перед стеной укреплений и медленно теряли боевой настрой. У них начинался голод и когда солдат думает, где взять еды то он перестает думать, как победить противника. Голод не тетка.
Из Лондона пришли Рождественные подарки — за всё хорошее что мне удалось вытворить в прошлую компанию 1809 года и за все те трофеи и за Орлов.
Бумаги мне привез сам сэр Артур уж не знаю почему. И были эти бумаги о том, что теперь я до конца своей службы по полковому списку подполковником. А вот по армейскому списку мое звание называлось красиво колонель если уж по-простому, то теперь в армейском списке появился новый полковник — Томас о Хили и теперь я командир 105 легкого пехотного полка и появляется в этом полку ещё один второй батальон и в нем будут готовить новобранцев для первого батальона если только Короне не понадобиться этот второй батальон.
В британской армии командир полка практически не командует полком на поле боя. Все полки разбиваются на батальоны и из числа батальонов формируют бригады.
Бригада обычно состоит из четырех батальонов. И командует бригадой — бригадный генерал или полковник, но при этом у полковника появляется временное звание бригадир.
В одной из бумаг так и было написано — бригадир Томас О Хили. Теперь я могу даже другую шляпу себе прикупить. Что-то типа двууголки.
Вот так из печального состояния из-за неудач на любовном фронте я плавно перешел в состояние большой воинский начальник — шучу.
Сэр Артур не отказался пообедать у меня и долго выпытывал у меня кто в парламенте мне так сильно помогает с продвижением. какие депутаты мне знакомы. И всё в таком духе, мне было скучно, и я дал волю своей фантазии.
Сэр Артур кроме этого посвятил меня в некоторые вопросы и проблемы правящего дома.
Георг под третьим номером неимоверно страдал. Он не мог сосредоточиться ни на чем, часто кричал и плакал, не узнавал себя в зеркале. несмотря на лечение — врачи ежедневно делали ему кровопускание и обильно поили короля бренди король ещё мог исполнять королевские функции.
Король правил весьма активно, боролся с вигами, поддерживал тори и плотно занимался государственными делами. Но время от времени он мог выпасть из жизни иногда на день, а иногда и на три месяца.
Король страдал от множества болезней —
Все перечисленные признаки и симптомы идеально ложились в описание последствий отравления тяжелыми металлами. Но я решил промолчать — откуда грязному и малограмотному ирландцы знать симптомы, указывающие на отравление тяжелыми металлами. я-то их знал из своего времени.
И основная информация — вполне возможно в этом году у короля появиться регент его сын принц Уэльский и сразу последовал вопрос — как я отношусь к этому возможному развитию событий. Ответ мой был краткий — да здравствует принц Уэльский.
Так весело мы и провели время.
На следующий день после объявления новых назначений и перемещений по армии у меня случился обвал. Гости шли косяком — кто искал знакомства, кто протекции. отдельно пришли поздравлять офицеры батальона. В батальоне была интрига — майоров в батальоне два и открылась вакансия подполковника и теперь всех интересовал один вопрос — перемещения по службе. Если уходил майор, то открывалась еще одна вакансия и кто-то из капитанов мог рассчитывать на перемещение. Если уходил капитан — то теперь кто-то из лейтенантов мог думать о повышение и так далее. А ведь был еще и второй батальон и там сразу открывались новые вакансии. И вот сейчас решался вопрос кто может купить вакансии. Деньги же благодаря тому, что призовые сыпались прямо на голову были у всех офицеров. и выслуга была практически у всех. Вместе с бумагами о моем новом назначении приехал полковой агент, продающий офицерские вакансии у него, тоже было подвешенное состояние — теперь я мог назначить и нового полкового агента.
Вот среди всего этого клубка проблем как-то война отошла на второй план. Было не до французов. Служба тоже была переложена на плечи сержантов и на мое удивление никакой разницы не было.
Суета не прекращалась. Неожиданно ко мне зачастили генералы командиры дивизий, и шефы полков /батальоны из чьих полков вошли в бригаду/. номинально я мог влиять на назначения и перемещения офицеров в этих батальонах. Поэтому совсем неожиданно для себя я стал весьма востребован в самых разных компаниях и политических и военных.
Оспорить решение короля о моем назначении и производстве никто не мог. Но весьма вероятно при отстранении короля от власти возможны поползновения к этому непотребству.
Денег мне не было жалко и поэтому на приемах гостей кормили изысканными блюдами. В Лиссабоне в этот период с продовольствием было весьма непросто и на обед или ужин ко мне частенько заглядывали просто поесть и сыграть в карты. постепенно мой дом превратился в импровизированный клуб. Видимо из-за этого меня признали за своего и не сторонились больше.