Проданная
Шрифт:
– Марк! Как же я люблю тебя! Как же люблю!
– Она помолчала некоторое время, а затем добавила: -Но я не должна это говорить. Совсем не должна. Прости. Я не хочу тебя напрягать … Мои чувства … Я не хочу тебя ими напрягать.
Он вглядывается в ее глаза, никаких сомнений, Элис спит. Марк нежно касается ее скул, целует, а когда девушка открывает глаза, он шепчет:
– Сладкая моя, самая лучшая.
Она тянется к нему с поцелуем, улыбается.
– Ты самый сладкий. Самый лучший!
–
– Ты самый лучший, самый добрый и самый заботливый!
– Ты самая нежная, самая славная и тебя невозможно захвалить.
Она жмется к нему ближе, чувствует, как толкается малыш, шепчет:
– Наш сын толкается, Марк.
Берет ладонь мужа и прикладывает к животу.
– Почувствуй. Наверное, он чувствует, как ты меня обнимаешь, слышит твой голос.
Элис накрывает ладошками ладонь мужа и шепчет, обращаясь к малышу:
– Твой папа с нами. Мы любим тебя, малыш, и ждем твоего рождения.
Он целует жену в макушку.
– Да, малыш, мы с мамой очень тебя ждем и любим.
Они сидели еще некоторое время в полной тишине, прислушиваясь к дыханию друг друга, а затем Марк предложил:
– Спустимся вниз, пополдничаем?
– Давай. Только я хочу сначала принять душ.
– Принимай и спускайся, я совсем забыл, мне нужно позвонить.
– Да, конечно, встретимся на кухне, да?
– Да.
Элис приняла душ и оделась. Вышла из комнаты и направилась к лестнице. Она заметила лишь краем глаза, как сбоку мелькнула какая-то тень, а затем ощутила толчок в спину. Она едва успела ухватиться за перила, а затем все-таки не удержалась и полетела вниз.
Марк навсегда запомнит этот момент, мелькнувшая лишь на мгновение Шарлотта. Старуха толкает Элис. Жена пытается ухватиться за перила. Но толчок силен, а потому ее попытки лишь чуть замедляют падение. Да дают ему фору — Марк в два прыжка оказывается на лестнице и принимает падающую жену на руки. Едва удерживается сам, а затем оседает на ступени.
– Элис.
Она крепко ухватывается за его шею, дрожит и замирает.
– Элис!
– Зовет он вновь. Но жена молчит. Он поднимается, удерживая ее на руках, и следует в спальню. Усаживает ее на кровать и вглядывается в тоненький силуэт.
– Элис!
Она все также безучастна. Марк набирает полицию и сдает им информацию на Шарлотту. Сообщает о покушении. А затем возвращается к жене. Притягивает ее в объятия и прижимает к себе, так хочется передать ей часть своей силы. Усаживает ее обратно на кровать, оглаживает скулы, вновь зовет.
– Элис, малышка!
Она встречается с ним взглядом. Опускает глаза на свой живот, кладет на него ладони, гладит.
– С ним все в порядке, да?
И тут же малыш толкается. Элис улыбается.
– Он толкается.
И только теперь начинает плакать. Марк обцеловывает скулы жены, ощущая солоноватый вкус ее слез. Шепчет.
– Не надо, маленькая моя. Все обошлось, любовь моя. Все обошлось!
Она прижимается к нему и тихонько шепчет:
– Я так испугалась, Марк. Так испугалась. Ты спас меня.
– Ты помогла мне, малышка. Ухватившись за перила, ты дала мне время подняться к тебе ближе. Шарлотту посадят, больше она нам не навредит. Еще кто-то здесь был непочтителен к тебе?
– Нет. Здесь все очень хорошие. Да и Шарлотта, она ничего такого не говорила мне.
– Не говорила?
– Переспрашивает Марк и внимательно вглядывается в глаза жены. И Элис признается:
– Только в самом начале, она сказала, что ты любишь Фиону. И еще она сказала, что ты ездишь к какой-то девушке на дальнее пастбище.
Марк улыбается.
– Я покажу тебе это дальнее пастбище, свожу в ближайшие дни. Посмотришь какие там «девушки».
Она встречается с ним глазами.
– Девушки?
– Овечки, родная. На дальних пастбищах только отары овец и пастухи. Там нет женщин вообще.
Она улыбается.
– Наверное, я слишком равнодушно на это заявление отреагировала, вот она и рассердилась.
– Равнодушно?
Элис пожала плечами.
– Я не помню, что я ей ответила, но истерику точно не стала закатывать.
Марк улыбается.
– И правильно. Ты можешь не сомневаться, я не для того женился на тебе, чтобы гулять.
– Спасибо.
– Я люблю тебя, малышка. Мне никто не нужен.
Элис зажимает ладонями рот, не сводит глаз с мужа, наконец, тихо шепчет:
– Это правда?
– Да, детка. Я давно уже это подозревал, но как-то не осознавал. Да и потом, ты же всегда была рядом, я знал, что ты моя … Не боялся тебя потерять. Может быть, поэтому не задумывался. Но сегодня, когда я чуть было не потерял тебя, я понял насколько сильно люблю тебя. За эти мгновения вся моя жизнь пронеслась перед глазами. Я люблю тебя! Больше жизни я люблю тебя!
Она обнимает мужа за шею, прижимается и опускается губами к его губам. Нежно целует и шепчет:
– И я тебя люблю! Я тебя обожаю! За доброту твою, за нежность и заботу!
– Я всегда буду тебя любить и заботиться о тебе! Только обещай мне, что всегда будешь со мной.
– Обещаю!
– Выдыхает она счастливо, не замечая, как слезы текут по ее щекам. Марк нежно отирает слезинки и улыбается.
– Моя любимая. Моя!
Их отрывает стук в дверь. Марк оборачивается.
– Да?
– Мистер Марк, там констебль.
– Сейчас спущусь.
Элис ухватывается за руку мужа.
– Я с тобой.