Продана замуж

— Зачем вы здесь? Это моя комната.

Я вздрагиваю, когда слышу хлопок двери. Оборачиваюсь и его вижу: монстра этого властного, циничного, с чёрными, как сама ночь, глазами. Он такой крупный и накаченный, что занимает половину моей комнаты. Да еще и на две головы выше меня. Его тело, как бронетанк — облепленное стальными бугристыми канатами мышц.

— У нас не фиктивный брак, а настоящий. Я — твой муж, а ты — моя жена, — ледяной хриплый голос звучит

в полутьме, заставляя меня поежиться и обхватить хрупкие плечи руками. — Снимай с себя эти вычурные тряпки и ложись на кровать!

От его шокирующего приказа кровь стынет в жилах. Я не думала, что вот так вот сразу… Прямо сейчас! Это случится. Я думала, мужчина даст мне время, чтобы я узнала его получше…

Карим Асадов важной походкой входит в спальню.

Царь мира.

Бог власти.

Он холоден и надменен. Привык получать всё по щелчку пальцев. Даже в моём доме, на моей территории он чувствует себя её полноправным владельцем. С тех пор как надел мне на палец обручальное кольцо и поставил на моих губах клеймо своей законной собственности жёстким поцелуем.

Сегодня он получит меня.

Я отдам дьяволу свою невинность. И он станет моим первым мужчиной.

У меня нет выбора. Договор подписан. На моем пальце сияет безумно дорогое кольцо с редким бриллиантом — символ его обладания мной.

— Я ещё не привыкла к вам. Я т-так не могу… Сразу.

Резко встаю с кровати. Двигаюсь спиной назад, отступая, оттягивая неизбежное, пока затылком в стену не врезаюсь. Видимо слишком сильно волнуюсь. Я вижу своего мужа второй раз в жизни. И сейчас должна лечь с ним голой в постель.

— А мне плевать на твои оправдания, — жёстко заявляет мужчина, вселяя еще больший страх. Дьявольские глаза в тени мрака сверкают ядовито-алым пламенем. — Время исполнить супружеский долг.

Он на ходу стягивает с себя шелковый галстук, парадный пиджак, оставаясь в белоснежной рубашке. Пальцы, усыпанные золотыми перстнями, накрывают перламутровые пуговицы, небрежно расстегивая рубашку. Он почти рвёт дорогую вещь, не в силах контролировать желание.

Я вижу, как сильно он возбуждён. В области ширинки выпирает внушительный бугор.

Он невероятно огромен! У меня темнеет перед глазами.

Карим все-таки срывает с себя рубашку, бросая ту прямо на пол. У меня перехватывает дыхание. Какой он всё же красивый… Мускулистый. Накаченный. Рослый. У новоиспечённого мужа идеальное тело: кожа бронзовая, словно золотом искрится, на мощной шее устрашающе поблескивает татуировка в виде паука, сидящего в центре паутины.

Его кадык дёргается. Паук на коже словно оживает.

— Насмотрелась? — опасно прищуривается. — Продолжим. Я адски голоден.

Я не успеваю среагировать. Он как хищник на меня набрасывается. Ловко и резко.

В углу зажимает. Пальцами в мои длинные волосы впивается, до сладкой боли их на кулак наматывает. Мелким градом сыпятся шпильки — моей восхитительной причёске конец. Варвар! Он ерошит локоны большой и сильной рукой, точно уничтожает всё, к чему прикасаются его кровожадные руки. Руки безжалостного палача.

Острая волна чего-то необъяснимо тягучего проносится внизу живота.

Ощущения волнительные и отвратно сладкие. Одновременно.

А я неожиданно испытываю что-то такое странное… Как будто сильно желаю проклятого деспота. Но он воспринимает меня не как жену, а как роскошную игрушку для постельных забав. И как свою личную декорацию, дабы все знакомые и друзья охали от зависти, что его украшением является такая красивая и юная девушка.

Этот брак нужен был нашей семье для совместного бизнеса. Моя мать отдала меня важному, влиятельному человеку: ужасно богатому миллиардеру. Он купил меня, будто привлекательную куклу, чтобы я играла роль его жены, была, так сказать, эксклюзивным украшением. Чтобы отлично смотрелась в кадре во время пресс-конференций с журналистами.

— Ты моя, София. Моя! Моя собственность… — он алчно рычит мне это в ухо и резко зарывается в шею. — Запомни это на всю жизнь. Я купил тебя. Можешь считать, что я твой хозяин.

Он целует меня, как какой-то одержимый зверь. Я задыхаюсь. Трясусь, будто в лихорадке. Слишком сильные эмоции переживаю. И очень странные — новые для меня. Безумные!

Слишком близко. Очень жарко! Он прижимается ко мне голым торсом, и я как мороженное таю на жаре от прикосновения мощного тела, очерченного идеальными каменными мышцами.

Ощущать его жар, твёрдость его мышц, его изысканный запах волнительно приятно. Ведь он такой рослый и мощный, что я теряюсь в его власти и чувствую себя мелкой блохой на фоне двухметрового амбала.

А как он пахнет… Голова кругом.

Сигареты. Духи. Мята…

Бешеный микс опытного доминанта.

Я слегка постанываю, машу головой в разные стороны, пока зверь лакомится моей шеей. Он чуть прикусывает венку на коже, а потом губами в укус впивается, оставляя метки на нежной бледно-розовой коже. Засосы.

— Это клеймо, — рычит, — чтобы ты усвоила мгновенно… что ты — моя!

Асадов наваливается на меня уже всей своей значительной массой. Рукой за шею хватает, слегка отстраняется. Всматривается в моё испуганное лицо. Ухмыляется. Дико. Коварно. Его ноздри трепещут. Он звучно втягивает запах моей кожи и моих волос, словно лакомится моим личным своеобразным запахом и страхом. От этого возбуждается ещё больше. Ему нравится это чувство, что его боятся.

Нравится чувствовать себя всемогущим.