Прочнее цепей

Хейди Лена

— Ясно, — я сделала вид, что поверила. Перстень, зараза, посерел.

Интересно, этот Доменик вроде умный мужик. Неужели он сам верит во всю эту чушь? Скорее всего, он просто боится за свою жизнь или за своих близких и не хочет идти против императорской семьи.

— Главарь, организовавший этот побег, когда-то жил в Риверсайде, как и восемь его сообщников, — продолжил начальник стражей. — Видимо, поэтому они направились именно сюда, в знакомые места, и остальных за собой увели. Вдобавок особняк много лет пустовал, и эти рабы не ожидали, что здесь появилась новая хозяйка. Наверное, они сильно удивились,

когда увидели вас?

— Скажем так: я со своими невольниками удивилась сильнее, когда эти типы вошли через окно, — мрачно усмехнулась я.

Перстень пожелтел.

Глава 66. Эффект замещения

— Понимаю, какой стресс вы пережили. И очень сильно вам сочувствую, — голос Доменика звучал вполне даже искренне.

— Спасибо, — отозвалась я.

— Госпожа Полина Князева, сейчас я обязан задать вам один очень важный вопрос. И прошу вас ответить на него предельно честно и откровенно, — Доменик сменил тон на официальный.

— Хорошо, — напряглась я.

— Какой вред был причинён лично вам во время этого нападения? — спросил начальник стражей, пристально буравя меня взглядом.

Интуиция размахивала транспарантами из окопов мозговых извилин, что мне стоит о-о-очень тщательно подбирать слова.

— Моральный, — осторожно ответила я.

Перстень мигнул жёлтым цветом.

— А ещё? — продолжил допытываться законник. — Может, вас ударили, толкнули, поцарапали? Или попытались изнасиловать? Вы же молодая красивая девушка, а эти беглецы давно не видели женщин и вполне могли испытывать к вам преступные желания.

— Нет! — воскликнула я.

Перстень покраснел.

— Вы уверены? — не отступал Доменик.

— Конечно! — решительно кивнула я. — Никто ко мне не приставал, не бил и не царапал. Как вы видите, моё тело в полном порядке, — развела я руки в стороны. — Но я была очень напугана, мне наверняка теперь будут сниться кошмары, а моему дому и рабам причинён существенный вред. Мой главный повар тяжело ранен, вы понимаете? — на глаза помимо воли навернулись слёзы. Искренние. И они тоже сыграли свою роль: сердце начальника стражи дрогнуло.

— Да, я представляю, госпожа Князева, — тот сочувственно затряс головой. — Но всё плохое уже позади. Прошу вас: только не плачьте! Если бы вы сказали, что эти беглецы причинили вред именно вам, я бы ликвидировал преступников на месте, всех до единого, согласно протоколу.

— Даже за царапину? — ужаснулась я.

— Конечно, — твёрдо ответил Доменик. — Принцам пришлось бы заплатить за их смерть немалую сумму, но это послужило бы им уроком — поводом научиться получше контролировать свою живую собственность. А сейчас я верну всех беглых рабов на Лертанский рудник, и там они будут подвергнуты такому наказанию, какое сочтут нужным их владельцы. Что же касается вас, то вы имеете законное право на компенсацию причинённого вам ущерба, с возмещением морального вреда. Можете потребовать у принцев даже огромную сумму — например, пять миллионов тайров. Вам её выплатят, можете быть уверены. Я помогу вам составить исковое заявление в Центральный суд.

— Спасибо, но нет, — ответила я, вытирая слёзы с лица. — В качестве компенсации за весь этот ужас, что я пережила, мне не

нужны деньги. Я требую кое-что другое.

— Драгоценные камни? Артефакты? Золотые слитки? — Доменик был озадачен. — Ну, если хотите, их тоже можно прописать в исковом заявлении.

— Нет. Мне нужны эти рабы. Беглецы. Все до единого! — твёрдо заявила я. — Точнее, те, кто выжил. Убитых принцы могут оставить себе.

— Но зачем? — опешил начальник стражей.

— Какая разница? — пожала я плечами. — Таково моё условие. Эти рабы должны стать моими.

— И всё же я прошу пояснить, — продолжал настаивать этот упрямый тип.

— Ну, я же с планеты Земля, у меня очень тонкая душевная организация и особенное строение психики. Я отличаюсь от местных женщин складом ума, психологией, триггерами, — несла я какую-то околесицу, на ходу выдумывая «обоснуй» своим требованиям. Неожиданно, но перстень покраснел! А при слове «триггер» глаз Доминика дёрнулся. — И теперь моё душевное здоровье нуждается в «эффекте замещения»: я видела, как эти рабы разбивают мои окна и крушат мебель, и теперь хочу наблюдать, как они тут всё ремонтируют! Сами напакостили — сами пусть всё это убирают и приводят в порядок. Так негативные воспоминания в моей голове будут замещаться новыми, позитивными. Эффект замещения, понимаете?

— Так может, принцы одолжат вам этих рабов на время? — начальник стражи растерянно смотрел на меня.

— Зачем на время? Мне нужно насовсем! Я сама хочу решать, что с ними делать и как именно наказывать! — вскинула я голову. — Это и будет моей компенсацией. Двадцать один человек плюс ещё один, который до сих пор в бегах. Всего двадцать два. Пусть принцы оформят этих рабов на меня, по всем правилам. Они должны стать моей собственностью.

— Но… зачем вам такие сложности? — ошарашенно произнёс Доменик. — Каждый такой раб стоит не больше пяти тайров, их суммарная рыночная стоимость — сто десять тайров. И их ведь нужно кормить, поить, одевать! Долгие годы! Это сплошные расходы. А в случае смерти раба — ещё и штраф в пять тысяч! А если вы возьмёте от их высочеств денежную компенсацию, то получите как минимум пять миллионов! Это гораздо выгоднее!

— Я же вам уже объяснила. Эффект замещения! — повторила я в третий раз, глядя на законника с укором, что он не понимает таких элементарных вещей. — Душевное равновесие для меня дороже любых денег!

— Ладно. Будь по-вашему, — сдался этот тип. — Я помогу вам составить исковое заявление с такими требованиями.

— Спасибо, господин Этьен, вы очень добры, — расплылась я в благодарной улыбке и добавила: — Надеюсь, вы понимаете, что рабов нужно оформить на меня уже сегодня?

— Но рассмотрение дела в Центральном суде может занять неделю! — покачал он головой.

— Нет, так не пойдёт! — возразила я. — Всё это время меня будут терзать плохие воспоминания. Только представьте: завтра я приглашена на праздник к Виоле Этери, и там мне предстоит знакомство с местной аристократией и с моей будущей свекровью — госпожой Леей Алистер. И как мне общаться с этими милыми женщинами после глубокой психологической травмы и ночи, полной кошмаров?

— Министр сельского хозяйства — ваша будущая свекровь? — у начальника стражей медленно отвисла челюсть. — Вы невеста Лорана Алистера?