Пробуждение
Шрифт:
— А высший может убивать?
— Осудить на смерть может даниил и третьего уровня. Четвертый уровень — самый высокий среди нас. Эти даниилы вершат суд за самые тяжкие преступления. Высшим уровнем обладает только один человек в стране — Верховный даниил. Он-то нами всеми и руководит.
— В общем, суть дела не изменилась. Разница в том, что сегодня кто-то — дознаватель, а завтра — судья.
— Ты все правильно поняла.
— За мной должен был приехать некий Гийон Самари. Какой у него уровень?
—
— И я нахожусь в его юрисдикции?
— Да, пока не станешь гражданином, или он не передаст опеку кому-нибудь другому.
— И когда я смогу увидеть своего опекуна?
— Завтра, скорее всего, когда выйдешь на работу.
— Ненавижу все эти дела…
— Тебе уже доводилось работать аналитиком?
— Теперь это так называется? — засмеялась она.
— А как это называлось в твое время?
— "Приведите сюда Катерину. Немедленно!", — вот как это называлось.
— То есть, ты не была следователем?
— Нет, не была.
— А кем тогда была?
— Что, в личном деле не написано?
Маркус замялся.
— Ага, почитать, значит, не дали, — сделала вывод она.
— Материалы твоего личного дела засекречены. С ним знаком только Гийон.
— Ну, тогда у него и спроси, кем я была.
Тем временем они въехали в совершенно другой район города, который разительно отличался от всего того, что они проезжали ранее. Этот уголок города словно переместился сюда из прошлого.
Белые кукольные домики выстроились в ряд у широкой дороги. Аккуратные, подстриженные газоны и кустарники. Кое-где деревья и цветы. Низкие декоративные заборчики перед каждым домом и старомодные почтовые ящики, неизвестно зачем стоящие здесь.
— Не хватает только домохозяек, мирно болтающих друг с другом, — засмеялась Кайлин.
— Нравится это место?
— Не знаю. Театрально как-то, неправдоподобно.
— Это один из самых дорогих кварталов города.
— А самый дорогой квартал — это дворцы, выстроенные в ряд?
Маркус и Ено оценили ее шутку, засмеявшись в голос.
— Нет, самые престижные районы города — это Северный и Южный парки.
— Жизнь на опушке стала самой дорогой?
— Да, если лес вокруг настоящий, а не голографический.
— Где же тогда буду жить я? В картонной коробке под мостом?
— Не говори ерунды. Здесь, конечно.
— Здесь?
— Все пробужденные здесь живут.
— Выходит, за все это время ничего не изменилось: выживают лишь те, кто заплатил. Для остальных этот путь закрыт. Не честно, не правда ли? Почему бы не спасти обреченного ребенка или беременную женщину? Зачем, разве от них будет какой-нибудь толк? Нет. И вот, проходит тысяча лет, а мир по-прежнему стоит на коленях перед золотым тельцом.
Маркус и Ено обернулись
— Ты лучше на дорогу смотри, а не на меня, — напомнила ему Кайлин и сложила руки на груди.
— Не забывай, что я тоже пробужденный.
— Говоришь, прокурором был? Много денег сберег?
— Достаточно.
— Почему же решил второй шанс купить? Не успел все дела завершить?
— Я согласился просто так. Шансов все равно не было. А деньги… Кому они нужны после смерти?
— Живым, у которых их нет.
— Но ты сама ничем не отличаешься от меня. Сколько ты отдала корпорации за процедуру?
— Нисколько, — ответила Катя и отвернулась.
— Что, смотреть в глаза правде тяжело? Проще других осуждать?
— Вы заслуживаете осуждения.
— А ты — нет?
— Даже большего, чем ты можешь себе представить…
Ее новый дом оказался просторным двухэтажным сооружением, таким же кукольным снаружи, как и все соседние. Белый, с зеленой лужайкой и железным почтовым ящиком возле заборчика. Только зайдя внутрь, она поняла, что фасад коренным образом отличается от содержания. Толстые стеклянные стены, автоматическая подсветка пола и потолка, многочисленные приборы и сенсорные компьютерные экраны, которыми она научилась пользоваться в Центре для связи с медицинским персоналом. Все чужое, странное и не вполне понятное.
— Нравится? — спросил Маркус, осматриваясь вокруг.
— Нет. Никогда не любила хай-тек.
— Все эти устройства значительно облегчают жизнь.
— У меня вся жизнь уйдет на ознакомление с инструкциями по эксплуатации, — заметила Кайлин и прошла в гостиную.
Внизу помещение условно можно было разделить на три зоны: холл, гостиную и кухню. В гостиной кроме большого светлого кожаного дивана и стеклянного столика, стоящего на черном ковре, не было ничего. Здесь же, отделенная от остального пространства толстой стеной, высотой около метра, располагалась кухня. Она обогнула декоративную преграду и первым же делом открыла большой двухкамерный холодильник, в котором ничего, кроме пакета молока и двух бутербродов с ветчиной не было.
Кайлин "пробежалась" глазами по стальным створкам многочисленных кухонных шкафчиков и открыла один из них: тарелки и чашки, стоящие внутри, ничем не отличались от тех керамических, которыми она привыкла пользоваться.
Катерина подошла к электрической плите, оценила ее большую электронную панель управления с множеством кнопок, бросила взгляд на духовой шкаф, вмонтированный рядом, и "микроволновку", стоящую на нем, и скептически посмотрела на странный прибор, похожий на стеклянный куб с кнопками на передней панели. Она указала на него пальцем, и Ено, увидев ее замешательство, тут же пришел на помощь.