Пробуждение
Шрифт:
— С тобой не может быть все просто. И когда ты хочешь их навестить?
— Я планировала завтра выехать. Если Ено поедет со мной, мы справимся за два дня.
— Поэтому ты собиралась получить права? Чтобы вести машину самостоятельно?
— Да, — соврала Кайлин, которая только пять минут назад решила ехать именно завтра.
— Ено останется здесь.
— Тогда, Маркус?
— Я и Маркус. На моей машине. И за рулем только я.
— Зачем тогда мне ехать? — пожал плечами Маркус.
— Боюсь, если поеду
Гийон не был дураком и понимал, что Кайлин едет не просто на кладбище к давно усопшим родственникам, она отправляется на поиски чего-то. И решение о поездке она приняла не давно, а только что, после того, как поняла, что в ее доме побывал незнакомый ей человек. Кто же это мог быть? Ясно, что не профессионал. Обученный таких элементарных ошибок бы не совершил.
Гийон внимательно посмотрел на Кайлин. В ее внешнем облике ничего не изменилось, но глаза… Гийону показалось, что ее глаза словно мечутся в поисках неких ответов. Что ж, он поедет вместе с ней. Кто знает, может, и ему в этой поездке доведется узнать нечто новое.
К концу рабочего дня у Кайлин разболелась голова. Она пересмотрела по нескольку раз записи осмотров мест преступлений с Ено. Возможно, займись она этим делом в другое время, когда все ее мысли не были бы заняты прокручиваем возможных вариантов дальнейшего развития событий, Кайлин и смогла бы найти какие-нибудь зацепки. Но, увы…
Рихтор с группой экспертов разгромили ее дом всего за несколько часов. И ладно, если бы они хоть что-нибудь нашли. Только разбросали все и перевернули вверх тормашками. Кайлин, глядя на этот бардак, подумала было, что Рихтор специально все это учинил, но потом ее совесть взыграла: наверняка, если бы они разложили все вещи по своим местам, осмотр занял бы не два часа, а два дня.
Ровно в шесть утра Кайлин с небольшой дорожной сумкой в руках стояла в дверях собственного дома. Гийон опоздал всего на несколько минут. Его красный "ягуар" бесшумно подъехал к ее дому и из него вылез заспанный Маркус, который и забрал у нее из рук сумку.
— Куда мне садится? — спросила Кайлин, останавливаясь у машины.
— Вперед, — скомандовал Маркус и открыл перед ней дверь.
— Уверен?
— Сзади тебя точно укачает.
— И то верно, — вздохнула она и села в машину.
Гийон не стал здороваться с ней. Едва ли посмотрев в ее сторону, он тут же хмыкнул и отвернулся.
— И тебе "привет", — громко произнесла Кайлин.
— Загружай маршрут, — пробурчал он и повернул к ней панель бортового компьютера.
Кайлин, конечно, знала, что следует делать, но, взяв в руки свой контактный обруч, на мгновение растерялась. Этой задержки было достаточно, чтобы Гийон выхватил ПК у нее из рук и занялся всем собственноручно.
— Все, — промычал он, — пристегивайся.
Кайлин даже не успела накинуть лямки ремня безопасности, как Гийон рванул с
— Почему ты решила сделать это именно сейчас?
— Родных навестить?
— Да.
— Никогда не откладывала дела в долгий ящик.
— Ты говоришь об этом, как об обязанности.
— Да, я не испытываю радужных эмоций, навещая близких мне людей там, где их давно уже нет. Поэтому, я отношусь к этому, как к обязанности.
Гийон задумался над ее словами. Он давно не был у Марти и Джерома. Может, потому, что тоже не ощущал их присутствия там? Скорее, это был способ вспомнить, поговорить с самим собой, обращаясь при этом к тем, кого уже никогда не будет рядом.
— Да, наверное, это наш, чисто человеческий способ показать самим себе, что мы все еще помним тех, кого любили когда-то.
— Наверное, — согласилась Кайлин и отвернулась к окну.
Жизнь продолжалась. Одни уходили, оставляя после себя воспоминания, которые со временем стирались и из памяти потомков. Все, по сути, сводилось к приобретению опыта и дальнейшему развитию. Все правильно, и даже не жаль. В свое время ей было все равно, вспомнят о ней или ней. Почему с другими должно быть иначе?
— Странно даже, — хмыкнула Кайлин и обернулась к Маркусу. — Я знаю, что такое смерть, и все равно боюсь умирать. Почему?
— Потому что знаешь, что не проснешься в следующий раз.
— А я и не хотела просыпаться.
— А чего ты хотела? — не выдержал Гийон.
— Умереть… — ответила Кайлин и снова прислонилась к стеклу.
Гийон долго обдумывал свой следующий вопрос, управляя машиной в тишине.
— Ты сама сделала это? — наконец, произнес он.
— Желание умереть не всегда приводит нас к суициду, Гийон.
— У тебя был сломан позвоночник, и руки тоже…
— И ноги, и таз, если тебе не все рассказали. А еще я пережила две операции. И что? Вы решили, что я сделала это сама? Прыгнула с крыши или на полной скорости вылетела с моста?
— А ты вылетела?
— Да, вылетела. Только не с моста, а с трассы на обочину.
— И что?
— И все, Гийон. И все…
Он понял, что больше она ничего не ответит. Итак, можно сказать, разговорилась.
Кайлин огляделась по сторонам и поняла, что в небе, кроме них, почти нет машин. Вдали виднелась граница территории, которая чем-то напоминала особо опасную зону. По крайней мере, многочисленные кричащие вывески и знаки, запрещающие дальнейшее движение по воздуху, указывали на это.
— И много таких земель осталось? — спросила Кайлин, припадая головой к стеклу.
— Нет, — ответил Гийон. — Наши предки умудрились уничтожить практически все.
— Странно это. Здесь все такое неживое, а там, кажется, виднеется лес.