Пробуждение
Шрифт:
— Нет, Ено. Кто угодно, но только не Гийон.
Почему она так решила? О, она готова была биться об заклад, что как только Гийон узнает о ее проблеме, он запрет ее в этом помещении и заблокирует дверь, обозвав свой поступок "терапией путем преодоления". Она не в первый раз оказывалась в подобной ситуации. Раньше ей часто приходилось работать с архивными материалами в подвале, потому она нашла свой особенный ключик, который позволял ее мозгу мириться с прихотями обстоятельств.
— Ено, а эта дверь может закрываться не полностью?
— Ты хочешь
— Именно это я и хочу сделать.
— Хорошо, я заблокирую механизм автоматического закрытия, и ты сможешь оставлять ее приоткрытой.
— Это меня вполне устроит.
— Ну что ж, тогда первый сеанс психотерапии можно считать состоявшимся.
Кайлин прошла в помещение, оставив позади себя приоткрытую дверь. Холодок все же пробежал по ее спине, но после нескольких глубоких вдохов, она смогла справиться с этими отголосками подсознательного страха.
Кайлин провела рукой по старой изношенной деревянной поверхности рабочего стола и села на стул. Перед ней лежало несколько пустых папок, а рядом с ними огромная стопка бумаг. Она взяла одну из них в руки и попыталась понять, что это вообще такое.
Показания и протоколы экспертиз были перепутаны. Нумерация страниц совершенно не совпадала, и невозможно было понять, что к чему относится. В этот момент Ено просунул свою стальную голову в дверную щель и улыбнулся.
— Можно мне войти?
— Конечно.
Робот бесшумно приблизился к столу и взял в руки пустые папки.
— Перед тобой лежат материалы четырех старых нераскрытых дел. Кто-то развернул коробку с папками в нашем архиве несколько лет назад, но за это время никто так и не удосужился собрать все, как было.
— А зачем вообще это собирать? У вас что, электронных баз данных нет?
— Есть, но документы, которые лежат перед тобой, являются единственным источником информации. Иногда наши сервера выходят из строя. Потому у каждого электронного документа есть своя печатная копия. Как только ты соберешь эти четыре дела воедино, мы отсканируем материалы и загрузим в архив.
— А загрузить по отдельности, а затем автоматически систематизировать вы не можете?
— Не знаю, — пожал плечами Ено. — Это задание поручил тебе Гийон.
— Ну, тогда все ясно. Спасибо, что хоть чем-то заняли. Не удивлюсь, если он сам нарочно опрокинул эту коробку еще вчера.
— Это твое первое поручение. Думаю, если ты достаточно быстро справишься, Гийон доверит тебе еще что-нибудь.
— Разобрать коробки в архиве?
— Возможно, и тебе придется выполнять эту работу.
— Я все поняла, Ено, спасибо.
— Вот, держи папки. Их всего четыре.
— "Всего четыре". Здесь не меньше тысячи листов! Я потрачу на это неделю!
— А тебе есть куда спешить?
— Нет, в том-то и дело.
— Могу я идти?
— Конечно, Ено.
— Обедаем мы внизу около часа дня. За тобой кто-нибудь зайдет.
— Буду иметь в виду, спасибо еще раз.
— Не за что, — ответил робот и вышел в коридор,
Покрутившись на стуле, Кайлин поняла, что от старых привычек невозможно избавиться даже с помощью криогенезации. Она привыкла к движению. Постоянному, направленному движению по своему кабинету. Она часто раскладывала документы на полу, садилась среди них и на протяжении нескольких часов, а то и дней пыталась разрешить очередную проблему. И еще Кайлин любила грызть карандаши. И хотя брат утверждал, что это очень вредная привычка, Кайлин не собиралась от нее отказываться. Схватив со стола карандаш, она засунула его в рот и потянулась к стопке с бумагами…
Гийон направлялся в уборную, когда заметил, что дверь в бывшее подсобное помещение не заперта. Заглянув внутрь, он увидел, что Кайлин сидит на полу посреди вороха разложенных бумаг и что-то бубнит себе под нос. Он несколько минут тихо наблюдал за сменой выражений на ее лице, пока она брала в руки одну бумажку за другой, внимательно что-то изучая. Девушка настолько погрузилась в некие раздумья, что даже не заметила его присутствия.
Гийон не ожидал увидеть ее такой собранной и сконцентрированной. И хотя он прекрасно мог оценить уровень интеллекта, который был необходим человеку для выполнения этого монотонного труда, ее поведение его впечатлило. Она вникала в происходящее, не просто перекладывая бумажки, а вчитываясь в их содержание и даже что-то проговаривая себе под нос. И еще Кайлин грызла карандаш… Это показалось ему довольно забавным и он невольно улыбнулся.
Звук закрывающейся двери прорезал тишину, и Кайлин встрепенулась на месте. Ее бросило в жар, а воздух перехватило на вдохе. Кайлин медленно поднялась с пола и спокойно попыталась открыть дверь, но, потянув ее за ручку, поняла, что она не открывается.
— Спокойно! Спокойно! — начала она говорить сама себе. — Нужно разблокировать ее. Только разблокировать.
Кайлин подошла к электронной панели и приложила к ней свой палец, но ничего не произошло. Этот чертов прибор не работал!!!
Кайлин попыталась еще раз подергать ручку, но стальная преграда так и не поддалась.
— Позвонить! Нужно позвонить кому-нибудь!
Девушка осмотрелась, но тут же вспомнила, что в этой комнате ни телефона ни компьютера нет.
В ушах зашумело, ноги стали ватными, а голова медленно, но верно пустилась в круговорот. Кайлин постучала в дверь кулаком, надеясь, что ее кто-нибудь услышит, но это оказалось пустой тратой времени.
Она почувствовала, как ее сердце начинает сбиваться с ритма. Капли холодной влаги выступили на лице, руки онемели, и воздуха в помещении стало не хватать. Стены закружились перед глазами, и теперь она уже не могла понять, где именно находится. Закрыв глаза, она медленно осела на пол и попыталась успокоиться. Один глубокий вдох сменял другой, но долгожданного облегчения это не приносило. В памяти стали проноситься крики людей, сливающиеся с ее собственными, и темнота, густая, едкая, вновь окутала ее тело.