Проблеск небес
Шрифт:
Он был прав. Теперь у нее нет средств на покупку Джилли-Грейндж. Но она не жалела о потере этого приятного дома, у нее оставалось лишь одно самое сильное желание – сохранить этого человека в своем сердце. А не подумает ли он, что она изменила свое решение только потому, что у нее теперь нет денег и некуда идти?
Берк наблюдал за Кэтрин. Его грудь была обнажена, если не считать повязки, белевшей у плеча.
– Есть кое-что, в чем я до сих пор не решался признаться. Я люблю тебя, Кэтрин.
У нее перехватило дыхание.
Взволнованная, она поспешила признаться:
– Прости меня за те ужасные слова. Наверное, мне нет прощения.
Его глаза вспыхнули таким огнем, что она все поняла без слов. Он протянул ей руку:
– Иди ко мне.
Через мгновение она сидела рядом с ним на постели и он держал ее руки.
– Если ты действительно любишь меня, Кэтрин, я все тебе прощу.
Она поднесла его руки к губам.
– О, Берк, я буду любить тебя всю жизнь!
– Тогда ты будешь жить со мной. Как моя жена.
– Да, – радостно выдохнула Кэтрин. – Если только ты согласен, что у нас, может быть, никогда не будет детей.
– У нас будем мы. Это уже прекрасная жизнь, о которой я не мог и мечтать.
Не забывая о его плече, Кэтрин прижалась к нему, и их поцелуй был долгим и нежным.
– Сегодняшняя ночь могла закончиться совсем по-другому. Слава силам небесным, ты вовремя вошел в кухню.
– Силам небесным, – задумчиво повторил он. Со странным выражением лица Берк посмотрел в окно на светлеющее небо. – Это мысль. Силы небесные действительно имеют к этому отношение.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Очень странная вещь. Я не уверен, что все понимаю. Но призрак Альфреда предупредил меня, что ты в опасности. – Он торопливо рассказал о явлении, которое видел в своей комнате.
– Значит, между вами все еще есть связь? – удивилась Кэтрин. – Ты не думаешь, что он наш ангел-хранитель?
Берк усмехнулся:
– Если и ангел, то я надеюсь, он сейчас не следит за нами.
С этими словами Берк прижался к ее губам. Восход солнца разогнал ночные тени, а влюбленные обрели свой рай па земле.
Эпилог
Корнуолл, апрель 1822 г.
– Посмотри, мама. Она сосет мой палец!
Колин смеялся, стоя рядом с кудрявым ягненком, жадно сосавшим его руку. Кэтрин, примостившаяся на буковом бревне, улыбнулась, и ее сердце затрепетало от переполнявшей его любви. Как обычно, волосы ее сына были растрепаны, а башмаки покрыты грязью. Карманы оттопырились от палочек, камешков и перьев – сокровищ, найденных в залитой солнцем долине.
– Она голодна, – сказала Кэтрин. – Последний раз ее кормили два часа назад.
– Она хочет есть, сынок.
Берк вышел из пастушьей хижины с бутылкой в руке. Он присел рядом с мальчиком, и ягненок ткнулся носом в самодельный сосок, сделанный из пробки, проколотой тонкой полой трубкой. Через минуту удовлетворенное
– Почему ее мама не кормит своего ребенка? – спросил Колин.
Берк взъерошил волосы сына.
– В отличие от тебя у нее нет ни матери, ни отца, которые любили бы ее. Она сирота. Совсем одна на свете.
Глаза Колина широко раскрылись.
– Можно, она будет моей?
– Видишь ли, забота о ягненке – тяжелая работа.
– Я сумею. У меня много ягнят. – Он показал четыре грязных пальца.
Берк положил пустую бутылку на траву и обнял мальчика за плечи.
– Ты должен дать мне слово, что будешь приходить сюда каждый день и помогать пастухам кормить ее.
– Буду. Клянусь, – торжественно заявил Колин.
– Ладно. Подожди здесь. – Берк на минуту скрылся в хижине и затем появился с овальным колокольчиком в руках и протянул его сыну. – Когда ты захочешь, чтобы она подошла к тебе, позвони в этот колокольчик.
– Спасибо, отец. – Колин в восторге обнял Берка и побежал на луг, а ягненок резво устремился за звеневшим колокольчиком.
Улыбаясь, Берк направился к Кэтрин. В свободной белой рубашке, бежевых бриджах, заправленных в высокие начищенные черные сапоги, он выглядел таким же повесой, за которого она выходила замуж. Однако Берк оказался надежным, преданным мужем, человеком ее мечты.
Она подвинулась, освобождая место на бревне. Он сел и привлек ее к себе. Даже после шести лет любви его сильное тело возбуждало ее. Они часто занимались любовью, и она была счастлива от того, что их наслаждение друг другом с каждым разом становилось все глубже и нежнее.
Он поцеловал ее шею, затем погладил чуть заметно округлившийся живот.
– Как чувствует себя сегодня наша дочь?
– Сейчас спит. – Кэтрин подняла голову. – Но может быть, это не она, а он. Твой отец настаивает на этом.
Берк улыбнулся:
– Все еще такой же властный, каким был всегда. Но я подозреваю, он будет любящим дедом, независимо от того, девочка это или мальчик.
Прислонившись к Берку, Кэтрин удовлетворенно вздохнула. Весенний ветерок приносил с собой аромат фиалок и сочные запахи пробуждающейся земли. Временами с зеленых холмов доносилось блеяние овец.
Вдали на скале возвышался каменный замок Торнуолда, дом, который она полюбила и в котором чувствовала себя по-настоящему дома. Несколько комнат в западном крыле занимала школа для местных детей, и Кэтрин сделала одну из прилежных старших девочек помощницей учительницы.
На лугу среди зарослей яркого аронника резвился со своим ягненком Колин. Долгое время, несмотря на то что Берк был верен своему обещанию любить ее сильно и часто, ее бесплодность казалась непреодолимой. Прошло больше года, прежде чем она забеременела. Второй ребенок казался не меньшим чудом.