Проблемный вампир

Сэндс Линси

Она ахнула от удивления, когда он укусил ее живот, а затем прижался ртом к этому месту и нежно пососал, а затем его рука отдернулась, и он схватил ее за верхнюю часть бедер и поднял перед собой, его язык и губы скользнули вниз. Глаза Пэт расширились, и она схватила его за голову, а затем ей даже не за что было держаться, когда она вдруг обнаружила, что стоит, поставив ноги по обе стороны от его бедер, когда он уткнулся ртом между ее бедрами и хлестнул ее своим языком.

Пэт тихо вскрикнула, ее дрожащие ноги подкосились, но он просто толкнул ее колени вперед, чтобы прижаться к спинке стула, продолжая пожирать ее. Но когда она

свернулась калачиком над его головой, он внезапно подался вперед.

Открыв глаза, Пэт ахнула, обнаружив, что падает назад, но его руки переместились, держа ее за зад и за спину, когда он уложил ее на скамеечку для ног перед креслом. Она была такой же широкой, как стул, примерно три фута на два фута, и он положил ее так, чтобы ее голова покоилась как раз на краю. Она открыла глаза, когда почувствовала прохладную ткань на своей спине, а затем он поднялся, чтобы поцеловать ее.

Теперь он стоял на коленях у края скамейки для ног, ее колени были разведены по обе стороны от его бедер, его тело склонилось над ней, и одна рука удерживала его вес, а другая скользнула между ее ног, чтобы ласкать ее там, где его рот был недавно и доставлял ей удовольствие.

Пэт застонала и обвила руками его шею, чтобы настойчиво поцеловать его в ответ. Ее ноги уперлись в пол, подняв бедра от его ласк, а затем он прервал поцелуй, и его рот переместился к месту ниже ее уха, прежде чем скользнуть вниз по ее горлу. Он лизал и покусывал свой путь вниз к одной груди, а затем к другой, его пальцы не останавливались, но замедлялись и нежно как раз тогда, когда она была уверена, что вот-вот упадет ожидавшее ее освобождение, только чтобы начать движение. Более быстро и твердо снова, как только она успокаивалась. Он просто продолжал подталкивать ее к краю, а затем тянуть назад, пока она не подумала, что могла бы причинить ему боль, если бы он не прекратил, а затем его рот скользнул вниз по ее животу.

Мышцы на животе у Пэт затряслись под натиском, и она поджала колени. Поставив ноги по обе стороны от его плеч, она вжалась, толкая свое тело вверх по скамеечке для ног, пока ее голова не свисала с конца, а ее центр не оказался в более удобном месте для его рта.

Видимо, поняв, чего она хочет, Санто усмехнулся ей в живот, но торопиться не стал. Он просто переместился, чтобы продолжить покусывать и лизать ее живот, рука между ее ног сводила ее с ума, пока его рот беспорядочно спускался вниз, чтобы погладить складку, где ее нога соприкасалась с его телом.

Пэт задыхалась и хныкала, ее тело дрожало и сотрясалось, когда его чудесный рот следовал за этой чувствительной складкой вниз. Но затем он, наконец, убрал пальцы между ее ног, обеими руками раздвинул ее ноги настолько широко, насколько это было возможно, а затем нырнул головой между ее бедер.

Первое прикосновение его языка к ее чувствительной коже заставило ее прикрыть рот рукой, чтобы не закричать одновременно от удовольствия и протеста, а затем он устроился и пировал на ней. Это было единственное описание того, что делал Санто: он покусывал, а затем посасывал складки, прикрывавшие ее сердцевину, а затем разжимал их и облизывал каждый дюйм обнаженной плоти, прежде чем остановиться на растущей почке ее возбуждения и пососать ее.

Сердце Пэт стучало, как барабан, ее голова отчаянно крутилась, она отчаянно цеплялась за края скамейки для ног и бормотала бессмысленную чепуху, когда ее тело угрожало взорваться, а затем

он скользнул в нее большим пальцем, сильно всосал ее клитор и мир взорвался вокруг нее. Пэт смутно осознавала, что кричит, и быстро потянулась, чтобы прикрыть рот, но вместо этого она прикусила его, когда волна за волной наслаждения обрушивались на нее, пока, наконец, она не потеряла сознание.

Пэт очнулась на руках Санто. Открыв глаза, она в замешательстве посмотрела на него, а затем огляделась, поняв, что они движутся. Он нес ее по короткому коридору в ее спальню.

«Что случилось?» — пробормотала она, встряхнув головой, пытаясь как следует проснуться. — Я потеряла сознание?

«Si». Его голос был мягким рокотом, когда он внес ее через открытую дверь спальни.

«Мне жаль. Должно быть, я выпила больше, чем думала, — смущенно пробормотала она и покраснела еще больше, когда взглянула вниз и увидела, что ее сексуальная ночная рубашка превратилась в не более чем комок ткани вокруг ее талии размером с ремень. Едва она это заметила, как он отпустил ее ноги и поставил рядом с кроватью. Пояс из ночной рубашки тут же сполз у ее ног.

Пэт безучастно посмотрела на него, а затем перевела взгляд на мужчину, который только что доставил ей самое большое удовольствие в ее жизни.

Санто потянулся к своей рубашке, помедлил, а затем спросил: «Ты хочешь, чтобы я ушел?»

«О, Боже, нет». Слова сорвались с ее губ прежде, чем она успела их остановить, но Пэт не сильно сожалела о своем признании. Они были правдой. Она не хотела, чтобы он уходил. Теперь, когда она проснулась и вспоминала, что произошло перед тем, как она потеряла сознание, это было последнее, чего она хотела.

Санто улыбнулся, а затем вытащил полы рубашки из джинсов и потянул рубашку, чтобы снять ее.

Пэт ахнула. Мужчина был совершенно великолепен. Изысканный. Его мускулы, его кожа, волосы на груди. . все было идеально. Он был мраморным Адонисом, ожившим, и она бросилась на него, как слюнявая собака, ее руки скользнули по его прекрасной коже еще до того, как он снял рубашку через голову.

Она почувствовала, как его руки легли ей на бедра, как только он закончил со своей рубашкой, но проигнорировала их, проведя пальцами по его животу с шестью кубиками, а затем позволив им скользнуть вверх, чтобы исследовать его грудь. У этого человека было тело, способное соперничать с телом Дуэйна Джонсона, когда он играл Геракла, сплошь мускулы и сила, и, боже мой, он был прекрасен.

— Спасибо, — вдруг прошептала Пэт и запечатлела поцелуй в самый центр его груди.

«За что?» Вопрос был хриплым рычанием, от которого она вздрогнула и сжала бедра.

— За удовольствие, которое ты мне доставил, — ответила она. Повернув голову вправо, Пэт быстро лизнула ареол вокруг соска и добавила: «Теперь твоя очередь», прежде чем сомкнуть губы на его соске.

Санто удивленно хмыкнул, а затем вздохнул со стоном, когда она уделила маленькому твердому кончику то же внимание, что и он ранее. Она почувствовала, как его руки скользнули в ее волосы и обхватили ее череп, но ее отвлекло удовольствие, скользящее по ее собственному телу, когда она тянула его сосок. Было похоже, что их роли каким-то образом поменялись местами, и он снова лизал, покусывал и сосал ее тело. Или будто она испытывала его удовольствие, подумала Пэт, что невозможно. Она не могла читать мысли.