Пробежка ввысь
Шрифт:
Игорь провел рукой по волосам блондинки, нащупывая шпильку.
– Вы, красивая, - пряча шпильку в карман, лебезил Игорь.
– Вы тоже ничего...
– Прекратите флиртовать! – рявкнул Роберт. – Игорь, что это там? Взгляни!
Столпотворение
Из служебного помещения вышел лётчик. Толпа окружила красавца капитана плотным кольцом, словно накинула на шею удавку. Румяное лицо красавца посинело.
– Это какая-то душегубка. – Выдохнул капитан.
– Нельзя
– У-у-у, жлоб!
– завопила толпа.- Получил повышение и в самолёт…
– Если вы по поводу забастовки. – Капитан трепыхался, словно пойманный воробей.
– То она действительно имела место. И мы требовали повышения, но не заработной платы, а полётной высоты: с 10 тысяч, до 40 тысяч километров.
– Капитан ослабил удавку толпы, из-за чего его синее лицо покраснело.
– Беспилотный самолёт на такой высоте теряет управление. Чем это грозит, думаю не надо объяснять. Всё сделано исключительно для вас. Согласившись лететь с нами, вы получите: снижение веса, увеличение скорости полёта, цена билета уменьшится в два раза. Космос – это же так современно... Ну что летите?
– Но в состоянии невесомости запрещено употреблять спиртные напитки и смотреть «playboy», - влез в разговор крупный бизнесмен.
– Да, это так.
– В гробу я видел ваш космос!
– щелкая по лбу капитана, выкрикнул бизнесмен.
– Я сдаю билет!
– Это билет долгоиграющий, - растирая шишку, пояснил капитан.
– Чтобы сдать билет в кассу, и получить обратно деньги нужно совершить девять орбитальных полётов, и лишь от десятого вы сможете отказаться.
– Но это ограничивает права потребителей! – возопила толпа.
– Как вы мне надоели! – давая бизнесмену в отместку подзатыльник, не сдержался капитан.
– Уж лучше перевезти стадо ослов, чем группу тупоголовых обывателей.
Пассажиры, естественно, обиделись и стали разом возмущаться. Сказанные ими слова, междометия и предложения, слились в едином порыве гнева, напоминающий взлёт перегруженного воздушного лайнера. Вот тут бы и направить нарастающие децибелы в правильное русло. Но светлой головы не оказалось, а подвернулась ушибленная (подзатыльником) голова бизнесмена, которого перемкнуло одной и той же фразой: «В гробу я видел ваш космос». Тем самым, возрастающая мощь была направлена не на созидания, а на разрушение.
Наступил конец света, потому что первым делом вырубился свет.
– Капитан я на вашей стороне, - почувствовав дискомфорт и выдвигаясь вперёд, сказал Роберт. – Куда пройти?
– Как вам не дали схему прохода?
– Нет…
– Так. Пройдёте прямо, потом налево, ещё раз налево, увидите лифт. Подниметесь на десятый этаж, там стоит самолёт, но вы в него не садитесь. А спускаетесь по винтовой лестнице вниз. В общем, там вас встретят.
– Пошли!
– дёргая звеньевого, рявкнул Роберт.
Игорь дернулся следом.
– Почему вы в наручниках? – наблюдая, как падает люстра, спросил капитан.
– Он мой донор.
– А-а-а, чтоб не смылся. Это вы здорово придумали. Ну, проходите, быстрей. Вот уже и потолок трещинками вздулся…
Печально вздохнув, капитан нырнул в лабиринт бесконечного коридора,
Видеоглаз
Оставаясь с Игорем наедине, Роберт всегда чего-то боялся, поэтому и шёл сзади. Словно находясь под прицелом, Игорь ощущал на затылке холодный взгляд компаньона. Имея холодную голову всегда легче выстроить правильный план. Игорь о чём-то думал.
Первый побег – неудачный, после второго его сильно избили. Третий оказался самым удачным, это случилось в день независимости. Примерно час он держался независимо, а потом его поймали и пристегнули к наручникам.
После того, как Игорь стал учиться жить на своих ошибках, его бизнес покатился под откос. Роберт щедро давал деньги в долг и когда долговые обязательства Игоря подросли в цене, попросил всё вернуть. Возвращать оказалось нечем, так Игорь превратился в донора. У Роберта имелась единственная проблема – пошатнувшееся здоровье, которое он, впрочем, собирался поправить с помощью Игоря, вернее его внутренностей.
– Я хочу отлить, - притормозив шаг, попросил Игорь.
– В самолёте отольешь, - предчувствуя подвох, отрезал Роберт.
– До самолёта я не дотерплю, – преступая с ноги на ногу, застонал Игорь.
– М-м-м…
– Чёрт тебя подери, опять надулся пивом!
– Как я могу надуться пивом, если я всё время как цепной пёс на привязи.
– Скотина, где я тебя сейчас найду «два нуля»? – Роберт брезгливо сморщился.- Иди, вон туда.
Растянув наручную связь, ведомый тип исчез за углом, а ведущий приклеился к стене в позе указательного знака. Замок наручников от удовольствия щёлкнул; шпилька вошла туда, куда нужно. Каждая клетка эпидермиса ощутила прохладу манящего сквозняка, и Игорь уже готов был сорваться в пропасть свободного, никому не принадлежащего времени.
Вдруг, словно потревоженное осиное гнездо, зажужжал навесной механизм. Расширенный зрачок видеоконтроля изучал странного тина. Игорь резко повернулся и машинально махнул рукой. В ответ видеоконтроль выпустил несколько антивандальных жал. Второй выпад оказался точнее – прямо в яблочко. Прозвучало короткое: дзинь. Обидевшись до слёз, видеоглаз потёк тонкой голубой струйкой.
– Ну ты, скоро там? – шлёпая по голубой лужице, буркнул Роберт. – Скотина! Ты меня обмочил.
– Я?
– А-а-а, почему она голубого цвета? – притягивая к себе Игоря, удивлённо спросил Роберт.
– Обычного цвета, - сожалея о сорвавшемся побеге, отмахнулся Игорь.
Роберт оценивающе взглянул на донора.
– Уж не думаешь ли ты, что я голубой? – съехидничал Игорь.
– Нет, - ухмыльнулся Роберт. – До голубых кровей тебе далеко. У всех доноров кровь должна быть красная…
Оставляя за собой голубые следы, Роберт зашагал вперёд. Игорь двинулся следом, стараясь не наступать на голубые следы, потому что они часто моргали прикольным взглядом видеосглаза.
Крестики-нолики