Про это

Дэвис Ванесса

– Иногда.

– А она любила какие-нибудь извращения – ну, когда связывают, или бьют кнутом, или еще что-нибудь такое?

Громко застонав, Ник потянулся за кофе.

– Мне кажется, нам пора закончить этот разговор. Когда я просыпаюсь, то обычно чувствую себя немного возбужденным, но сегодня ты ухитрилась меня полностью отключить.

Прильнув к его спине, Линн принялась играть курчавыми волосами на его лобке.

– Но меня это как раз возбуждает, Ник. Я имею в виду – когда я думаю о ней и о тебе. Я знаю, что была у тебя первой женщиной, первой, которую ты действительно

трахал. Может, тебе захотелось узнать, что значит быть с другой женщиной?

– Отчасти да. Но я никогда бы не ушел на сторону, если бы у нас с тобой дела шли хорошо.

– Но теперь они идут хорошо, не так ли? Лучше, чем тогда было с ней?

– Я не сравнивал. Джен просто другая, вот и все.

– Что значит другая?

– Ее… труднее возбудить. Иногда она очень долго не кончает, иногда не кончает вообще. Но когда у нее все-таки получается, дело того стоит.

Линн взяла это себе на заметку. Наверное, Ник любит, когда ему бросают вызов. Возможно, с ней все было слишком легко, так как она почти всегда достигала оргазма. Ну что ж…

Она быстро допила кофе и села на Ника верхом. Его пенис казался довольно вялым, но Линн была уверена, что вскоре сумеет привести его в рабочее состояние. Вздохнув, Ник вытянулся на постели и закинул руки за голову.

Некоторое время Линн избегала прямой стимуляции его члена, предпочитая целовать и гладить его сильные бедра или водить руками по животу. Наконец, нагнувшись, она принялась водить языком по мошонке. Одновременно она почесывала указательным пальцем чувствительный участок в промежности, с гордостью отметив, что пенис начал возбуждаться. Вскоре он уже значительно напрягся, тем не менее Линн по-прежнему избегала прямого контакта.

Она водила руками по телу Ника, лишь время от времени слегка касаясь его почти вставшего детородного органа. Когда Ник начал стонать, требуя прекратить мучения, она взяла член в руки и стала перекатывать как тесто, чувствуя, как к нему приливает горячая кровь. Ради пробы проведя один раз языком по головке члена, она вскоре принялась за него всерьез, работая одновременно губами и языком. Обхватив пальцами основание пениса, Линн ощущала, как он быстро твердеет, и это возбуждало в ней ответное желание.

Почувствовав потребность в дополнительной стимуляции, она убрала рот и передвинулась повыше, так, чтобы член касался ее промежности. Застонав, Ник попытался ввести его внутрь, но Линн слегка уклонилась, удерживая детородный орган там, где хотела, то есть там, где это давало наибольшее удовлетворение ее отвердевшему клитору. Ник заскулил, как собака, которой не дают кость. Немного смягчившись, Линн дала ему проскользнуть внутрь и сделать несколько движений, но тут же вытащила пенис наружу и принялась гладить им свои наружные губы. Ей нравилось дразнить Ника, удовлетворяя при этом себя. Гнев за его неверность все еще не прошел, разжигая в Линн жажду мести. На этот раз ему придется подождать!

Сама же она наслаждалась от души. Зажатой в ее руке твердой плотью было очень удобно стимулировать клитор – все равно что электрическим вибратором. Игнорируя протесты Ника, Линн начала ускорять темп, двигая в такт бедрами, быстрыми движениями

она постепенно доводила себя до оргазма. Она так разгорячилась, что один или два раза по ошибке позволила пенису проскользнуть в себя, но тут же поспешила эту ошибку исправить, продолжая самостимуляцию.

Сейчас она была очень близка к оргазму. Ник уже не стонал, а почти выл от ярости. Наконец, когда Линн почувствовала первую дрожь, она решила, что теперь член ей нужен внутри – чтобы удовлетворение было полным. Направив в себя пенис, она услышала громкий стон Ника.

Когда Линн почувствовала в себе нечто твердое, это придало ее ощущениям особую остроту. Ник кончил почти сразу, как она позволила ему войти, но стенки вагины все продолжали конвульсивно сокращаться. Дав Нику возможность выйти, она сжала ноги, продлив блаженство еще на несколько драгоценных секунд.

Когда, совершенно обессилев, Линн наконец упала на подушку, она попыталась прижаться к Нику, но тот отстранился и со словами: «Мне надо принять душ» – встал и ушел.

Его неожиданный уход немного обеспокоил Линн. Наверное, она действительно вела себя несколько эгоистично. Ну да ничего, в следующий раз можно будет восстановить баланс.

Ровное поведение мужа ее несколько успокоило. Однако, когда наступило время ложиться спать, Линн уловила в поведении Ника некоторый вызов.

– Ну что ж, сегодня утром ты получила то, что хотела, – сказал он, когда они вместе чистили зубы. – Но теперь моя очередь, ладно?

– Конечно. Мера за меру!

– Я могу иметь тебя так, как хочу?

– В разумных пределах.

– Хорошо. Когда ты здесь закончишь, спустись вниз в своем лабораторном халате и том сексуальном белье, которым ты однажды пыталась меня соблазнить.

– Что значит лабораторном? Ты имеешь в виду в школьном?

– Он у тебя сохранился?

– Да, он в гардеробе. Но…

– Ну и все. Надень черное белье, которое ты выписала по каталогу, и халат. Верхние пуговицы расстегни. Я буду в гостиной.

Заинтригованная Линн поспешила достать из ящика с бельем ничего не закрывающие трусы и лифчик. Последний раз она надевала их для Блейка. На сей раз, как она подозревала, будет интереснее.

Одевшись так, как приказал Ник, и надушившись «Тандр пуазон» 4 от Диора, Линн медленно спустилась вниз. Дверь гостиной была закрыта. Постучавшись, Линн услышала «Войдите». Ник сидел в рубашке и трусах.

4

«Нежный яд» (фр).

– Я разделся, сестра, как вы сказали, – нервно начал он. – Но я никогда раньше не сдавал сперму. Что мне делать?

Линн подавила улыбку. Так вот в чем состоит игра! В голове промелькнула было мысль о том, что это и есть секретное оружие Дженни, но Линн тут же подумала, что такая игра ей сейчас очень подходит. Она же, в конце концов, теперь вроде бы актриса!

– Ну, мистер Смит, это очень просто. Мы должны получить образец вашей спермы вот сюда. – Импровизируя, она взяла с кофейного столика стеклянную пепельницу.