Призраки
Шрифт:
— Ты разглядываешь меня? — спросила Эллен.
— Твою левую грудь, если быть более точным.
Она бросила на него быстрый взгляд, как бы определяя, насколько он серьезен.
— Это правда?
— Совершенная правда.
Она изумленно хмыкнула и спросила:
— Почему?
— Ш-ш-ш. Не мешай смотреть.
Через некоторое время Эллен отложила вилку, выпрямилась и расстегнула две пуговки на блузке.
— Можете продолжать.
Дэвид даже вздрогнул, когда она снова наклонилась к камину и блуза свободно распахнулась, обнажив полностью обе груди. Он не отрывал от них глаз, воображая,
Он взглянул на жену и увидел, что она, улыбаясь, смотрит на него.
— Даже не дождавшись завтрака? — спросила она.
— Даже вместо завтрака!
— Наверное, в тебе говорит мартини.
— Проверь и сама убедишься.
Эллен скорчила насмешливую гримаску.
— Ты говоришь так, будто речь идет о работе.
— Я и говорю о работе.
Это было самое странное эротическое возбуждение из всех, которые он мог припомнить. Жена волновала его, будила нестерпимое желание. Раньше он не думал о сексе с ней, пока они не оказывались в постели. Нынешнее же чувство было странно абстрактным. Сама Эллен словно оказывалась ни при чем, и это раздражало его. Но тем не менее он уже физически не мог противиться искушению. Один только Бог знал, до чего они оба нуждались теперь в сексуальной близости.
Дэвид решительно отвел в сторону руку со стаканом и встал.
— Господи, тут становится жарко, — произнес он, чувствуя, как струйки пота потекли по его груди.
Поставив стакан на каминную полку и сбросив куртку, он принялся стягивать с себя свитер. Управившись, положил свою одежду на куртку Эллен и спросил ее:
— Почему бы тебе не снять блузку?
Жена задержала на нем изучающий взгляд, потом молча разжала пальцы, оставив сковороду на огне, и медленными движениями расстегнула блузку до пояса. Высвободила ее нижний край из-под пояса брюк и повела плечами. Блузка соскользнула, Дэвид помог снять ее и положил на кучу одежды. Эллен снова взяла в руки сковороду.
— Так лучше? — спросила она.
«Помолчи», — скомандовал он себе, хотя слова словно соскакивали с языка. И все-таки он ответил:
— Лучше.
Не подчиняясь его воле, правая ладонь скользнула к ее груди, охватила ее снизу и приподняла. Пальцы медленно сжались. Женщина трепетно вздохнула, и он почувствовал, как грудь словно взбухает в его ладони, наполняя свою кружевную оболочку.
— Если ты хотел позавтракать… — тихо произнесла Эллен.
Дэвид не отвечал. Сделав шаг к ней и оказавшись за спиной, он обхватил ладонями обе ее груди и стал медленно поглаживать их.
— Дэвид…
— Не говори ничего…
Склонившись над нею, он стал целовать ее шею, плечи, продолжая пальцами ласкать грудь. Она слабо застонала, но не вырвалась из объятий. Он начал покусывать ее шею, сначала слегка, затем все сильнее, с настоящей жадностью.
— Мне
Она оборвала фразу, не договорив. Он перегнулся и вынул ручку сковороды из ослабевших пальцев Эллен. Убрал ее с огня и стал наклоняться сильнее, чтобы поставить сковороду на каменный выступ рядом с очагом.
В это мгновение медальон выскользнул из кармана его рубашки и упал на пол.
— Что это? — удивленно спросила жена, быстро подняла его и стала рассматривать.
— Ничего, — пробормотал он, пытаясь завладеть медальоном.
— Нет, я серьезно спрашиваю, что это?
— Просто… одна девушка оставила это здесь, в коттедже.
— Одна девушка?
— Не думай об этом.
И снова нежно обнял ее. «Какое все это имеет значение», — подумал он про себя, пытаясь снова поцеловать ее шею, но Эллен отпрянула.
— Что за девушка? — спросила она.
— Понятия не имею, — уклончиво ответил Дэвид и протянул к ней руки. — Сказала только, что живет в коттедже, расположенном дальше по берегу, но там такого нет.
Он снова попытался вынуть медальон из ее пальцев, но она удержала его.
— Когда ты видел ее? — Теперь в ее голосе отчетливо звучало напряжение.
Он вздохнул.
— Вчера вечером. Послушай…
Она выскользнула из его рук.
— Когда это было?
— Когда ты выходила на прогулку. — Он прикладывал все старания, чтоб его тон звучал как можно небрежней.
— Не понимаю.
— Послушай! — Он положил ладони ей на плечи и снова прижался лицом к ее шее. — Тут и понимать нечего, Эллен Оудри. Вчера в этом коттедже оказалась какая-то девушка. Сказала, что была знакома с художником, который жил здесь раньше.
Эллен стояла так неподвижно, что он поднял голову и встревоженно взглянул на нее. Их глаза встретились, ее взгляд не выражал ровным счетом ничего. Дэвид почувствовал легкий зуд раздражения, но сумел подавить его.
— Она просто заметила свет в окнах и подумала, что этот художник вернулся. Выброси это из головы, прошу тебя.
— Она зашла сюда?
— Да, зашла. — Теперь ему не удалось скрыть досады в голосе. — Ты можешь не думать над этим?
Дэвид тут же пожалел о том, что говорит таким тоном. Ее голос слегка дрогнул, когда она ответила:
— Ты почему-то очень хочешь заставить меня забыть об этом.
— Что? — переспросил он, и его улыбка стала напряженной.
— Почему же ты мне не рассказал о ней вчера вечером?
«Только не позволяй гневу взять верх», — приказал он себе.
— Дорогая, не прошло и десяти минут, как ты появилась в доме. Я не видел тебя со вчерашнего вечера, с тех самых пор, как ты вышла прогуляться.
— А ты рассказал бы мне об этой девушке, если б ее медальон не выпал у тебя из кармана?
Ее вопрос был неожиданным, но он незамедлительно ответил:
— Конечно рассказал бы.
Последовало молчание. В его мозгу звучали слова, которых он не произнес. «Нет, не рассказал бы». Он не сомневался в этом.
— Так же, как ты рассказал мне о Джулии? — спокойно поинтересовалась она.
Несмотря на ее безразличный тон, он был поражен.
— Не надо сравнивать…
Она не дала ему закончить фразу.