Призраки истории
Шрифт:
Если в XV веке на Руси всего населения было в два раза меньше, чем во Франции, то уже через четыре столетия только собственно русских было в два раза больше, чем французов, считая здесь французов канадских и африканских. Такого прироста в стране, подверженной голодным морам, не бывает. Русскими становились не по рождению, крови или обличью, а по вере и службе.
То есть — по судьбе.
Глава 41
Памятник
Когда вышел на телевизионные экраны мой фильм о Есенине, позвонил мой приятель, известный литературный критик, поздравил и растроганно сказал: «Так здорово у тебя получилось, наверное, потому,
А если б я по крови был русским, то что бы он спросил, интересно? Сказал бы: «Потому, что ты русский…»? Или ничего бы не спросил?
По поводу книги «Сны золотые. Исповеди наркоманов» тоже спрашивают… Эта книга к 2007 году выдержала 17 изданий в 11 городах России, пресса призывает издавать ее миллионными тиражами, видя в ней лучшее и действенное предостережение подросткам… И не проходило ни одной встречи с читателями, чтобы не спросили: «А что послужило толчком к написанию книги? Наверно, у вас есть тут что-то личное, наверно, кто-то из ваших родных или близких пострадал в свое время — и вы взялись за эту тему?» Отвечал и отвечаю — никогда и никаким боком я не соприкасался с этой бедой. Никто даже из отдаленных знакомых не был наркоманом, за долгую журналистскую жизнь до того ни строчки не писал об этом… Просто однажды книга приснилась мне полностью, вплоть до последней строчки — только и всего.
То есть читатель ищет личные мотивы. И это нормальная, бытовая реакция.
Мои очерки, исторические расследования, на протяжении многих и многих лет печатаются и перепечатываются в десятках и десятках газет и журналов. И никто не спрашивал, почему я написал о варягах, о Рюрике, об Олеге Вещем и Олеге Рязанском, о митрополите Алексии, патриархе Филарете и патриархе Никоне, о завещании Дмитрия Донского, о Кузьме Минине и Авраамий Палицыне, о Петре Первом, Румянцеве, Потемкине, Суворове… Но стоило появиться очерку, так или иначе связанному с Ордой, почти все говорили: «Ты пишешь так много об Орде и Руси потому, что ты казах, потомок ордынского князя, упоминаемого в Никоновской летописи?»
Тут бы мне и отвечать: «Ну да, конечно!» Потому как лучше ничего не придумаешь, даже если захочешь! Сам казах, русский писатель, да еще потомок ордынского витязя, да еще упоминаемого в Никоновской летописи — ну прямо как по заказу!
На самом деле — ничего подобного.
На самом деле об отношениях Руси и Орды я написал не «много», а «мало». Ну, сколько мог, сколько знал. На самом деле — надо больше. Уверен, напишут другие. Потому, что это — ключевой момент в истории страны. Причем, истории, искаженной до полной невероятности. И можно ли жить спокойно, если знаешь, что история твоей страны искажена? Но даже и не это — главное…
Главное в том, что, если спрашивают, удивляются или возмущаются — значит задевает. А если задевает — значит занимает большое место в сознании или в подсознании. То есть эта история актуальна и доныне. Как думаем — так и живем. Как думаем о прошлом — так и живем в настоящем…
То же самое относится и к призванию варягов, и ко всему, что есть в этой книге.
Мы сами заселили свой дом призраками. А теперь пугаемся их, ненавидим, боремся с ними, объявляем на них охоту. Это занятие популярное, но непродуктивное. Настоящая и будущая жизнь от этого лучше не станет.
Так что дело не в моем происхождении. Полагаю, что, будь я русским писателем, а по крови чукчей или негром преклонных годов, все равно написал бы эту книгу. Ведь не мы пишем книги — книги пишут себя нашими руками.
У меня такое ощущение, что на протяжении всей книги я напрашиваюсь на памятник себе. Вроде бы шутя. Хотя все мы знаем, сколько шутки в таких шутках. Так что не подумайте, что шутя. Очень даже всерьез. Только не на гипсовый или даже бронзовый. Очень надо, чтобы украли и продали как цветной металл. Или писали на нем всякие слова. А хуже того — не замечали. Ведь на самом деле памятники
У меня же речь о другом. О том, что я пытаюсь снять с русской нации, избавить русскую нацию от внушенных ей комплексов.
Комплекса призвания варягов.
Комплекса монголо-татарского ига.
Комплекса европейской неполноценности.
Тут уже не до шуток. Потому что такие комплексы с ужасающей незаметностью искривляют сознание народа, каждого человека, влияют и на повседневную жизнь, и на будущее нации.
Журнал «Огонёк» как-то опубликовал письмо читателя А. Тюрина из ФРГ о моих очерках, напечатанных в журнале. Привожу письмо полностью.
«В тридцатом номере «Огонька» г-н Баймухаметов отменил монголо-татарское иго, в розовых тонах описал взаимоотношения Руси и монголов — дружба, любовь, иногда нестрогое наказание расшалившихся русских. То, что изложенная версия никак не соответствует историческим фактам, археологическим находкам, сведениям современников и летописцев, его абсолютно не волнует. Читатель сегодня любит сенсации пуще жизни своей. Вдохновленный реакцией общественности, в статье «Варяги или «братки»?» г-н Баймухаметов взялся за Русь изначальную. Что-то больно гладко все было в летописях. Обелил Нестор отцов-основателей Русского государства, представил их благородными князьями германского происхождения. Получается, что в основе своей Россия очень напоминает Англию и Францию, а это недопустимо.
Соответственно, под пером автора превратились варяги в разбойников и террористов не хуже Басаева. И уж, конечно, монголо-татары по сравнению с такими варягами выглядят вполне достойно и симпатично.
Но тем не менее есть опять-таки историческая правда, реконструированная историками многих стран. Варяги, они же викинги, они же норманны, не занимались разрушением городов и истреблением под корень оседлого населения завоеванных территорий, как это делали монголо-татары. Напротив, они становились правящим аристократическим сословием. Так было в Северной Франции, где они дали начало Нормандии, так было в Англии, которую завоевал норманн Вильгельм, так было на Сицилии и в Южной Италии. Так было и на Руси, чья ранняя история до монголо-татарского нашествия практически ничем не отличается от истории большинства европейских наций.
Письмо драгоценное. Потому что типичное. Оно подтверждает то, что ученые Афанасьев и Кара-Мурза определили как «манипулирование общественным сознанием». Чтобы написать такое письмо, надо пользоваться только тем, что тебе «дают». И вовсе ничего не читать. Вплоть до хрестоматийной «Повести временных лет», где киевский князь Владимир предупреждает византийского императора: «Варяги… наделают тебе такого же зла, как и здесь…» Эта цитата в полном, а не сокращенном, как здесь, виде была приведена в «огоньковском» очерке, на который и откликнулся А. Тюрин. То есть он ее читал. Это — цитата из летописи Нестора, на которого ссылается А. Тюрин. Но он ее не заметил. Не хочет знать.
А. Тюрину и так все ясно. У него есть «исторические факты» и даже «сведения современников»(?) об «истреблении под корень оседлого населения» монголо-татарами и о «благородных князьях германского происхождения».
Я и мечтать не мог о такой иллюстрации, о таком подтверждении своих мыслей, изложенных в последней главе! Ведь в этом письме, как в зеркале, отражены комплексы, внушенные нации: комплекс призвания варягов, комплекс европейской неполноценности («благородные князья германского происхождения»), комплекс монголо-татарского ига… Не говоря уже об общечеловеческом комплексе сопротивления всему, что не укладывается в однажды усвоенные догмы, о фантастическом умении видеть и читать не то, что написано, а то, что тебе мнится…