Призрак

Выборнов Наиль Эдуардович

Проблема в том, что спрятаться мне здесь совершенно негде, и если он заглянет внутрь, то обязательно увидит меня. И что тогда будет?

Понятное дело, что нужно что-то делать.

Вопрос только в том, что.

Я отодвинулся подальше от входа, и взял его на прицел. И когда человек вошел внутрь, навел ствол пистолета ему в голову, и утопил спусковой крючок.

Попадание в голову. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.

Выстрел в замкнутом пространстве салона «летуна» показался

мне оглушительным. Хорошо хоть слуховой имплант снизил громкость до приемлемой.

Вытащив из кармана пиджака гранату, я отодвинул пальцем предохранительную крышку и утопил кнопку, после чего швырнул ее наружу, туда, где, как мне казалось, и собрались люди.

— Бойся! — послышался громкий вскрик, а следом раздался взрыв.

Глава 14

Едва осколки хлестнули по борту «летуна», я выскочил наружу. Двое из разговаривавших были уже мертвы, потому что невозможно выжить словив по полдесятка бритвенно острых осколков.

Еще двое пока еще дергались. Я вскинул пистолет, высадил по паре пуль в каждого. Парни затихли.

Не успели смолкнуть выстрелы, как едва установившуюся тишину нарушил вой сирены. Не знаю, автоматически ли она врубилась или это какой-то караульный, услышав взрыв, активировал ее. Для меня это по-любому было плохо, потому что сейчас всех, кто находится в лагере, поднимут в ружье.

Я подскочил к одному из трупов, наклонился и поднял автомат. Чертыхнувшись, отбросил его в сторону, оружие было безнадежно испорчено взрывной волной. Какая-то современная пушка не из металла, а из высокопрочного композита. Впрочем, взрыва он не выдержал.

Второй автомат был в порядке. Я подхватил его, зажал подмышкой, стащил с трупа разгрузочный жилет и быстро надел на себя. Так-то лучше, теперь у меня есть автомат, хо-хо-хо.

А теперь надо бежать отсюда, затеряться где-нибудь. Площадка для «летунов» — очень открытое место, накрыть меня на ней — как два пальца обоссать. Лучше спрятаться, хотя бы за стеной одного из мобильных домов. Такие штуки не простреливаются, это точно, по крайней мере из автомата. Пулемет их, скорее всего, возьмет.

На бегу я отсоединил магазин из прозрачного пластика, и скосил на него взгляд. Ага, тридцать патронов, с виду стандартная русская «пятерка», хотя в маркировке я особо не разбираюсь. Подкожную броню возьмет, стандартный броник — уже не факт. Значит, придется стрелять в голову. Хорошо хоть тут не непонятный диоптр, а нормальный голографический прицел. Ладно, теперь повоюем.

Прижавшись спиной к стене ангара, я выглянул из-за угла, вскинул автомат и выдал длинную очередь, буквально нанизав на нее бегущего в мою сторону врага.

Множественные ранения грудной клетки и живота. Повреждения внутренних органов. Мгновенная смерть.

И тут же побежал дальше.

Бросил взгляд на свежий труп, отметил, что он одет

в черную полувоенную форму, прямо как у агентов корпоративной службы безопасности. Не исключено, что так оно и есть. Если в «ИнвестТехе» зреет заговор, то есть вероятность, что его поддержали очень многие.

Черт бы подрал эти интриги пиджаков. Из-за них я оказался в такой жопе, что и не описать. Впрочем, делать нечего, надо выбираться.

На трупе, кстати говоря, был надет броник, но пули его пробили. Ага, значит, тут не стандартный патрон, а что-то другое. Мне же лучше. И автомат мне понравился, есть в нем какая-то хитрая система контроля отдачи, несмотря на то, что он очень легкий. Хороший ствол. Правда, тактическая рукоятка установлена не прямо под цевьем, как я привык, а под углом. Из-за этого оружие приходится вскидывать чуть ли не боком. Но так как будто бы даже целиться быстрее получается.

Добежав до следующего угла, я высунулся наружу. В мою сторону бежали четверо, они, очевидно, услышали выстрелы. Если я все правильно понимаю, то сейчас с другой стороны меня обходят еще люди.

Я в ловушке: с одной стороны от меня стена мобильного дома, а с другой — стена, окружающая лагерь. Вроде бы деваться некуда.

А хрена им по всей морде, я так просто не сдамся.

Запустил левую руку в карман, нащупал гранату, большим пальцем откинул крышку, долбанул кнопкой о бедро. Выждал пару секунд и швырнул ее в сторону врагов.

Мое движение заметили и сразу же обстреляли меня. Большая часть пуль попала в дом, с визгом отрикошетив от прочного композита, еще часть — в стену, ограждающую лагерь. Одна из пуль ударила меня в грудь, чуть пониже сердца, проделав в дорогом костюме уродливую дыру.

Попадание в грудь. Подкожная броня не пробита. Опасности для жизни нет.

Был бы это не рикошет, тут бы мне и пизда. А так нормально, просто кровоточащая дырка. Но обращать на нее внимание времени нет.

— Граната! — послышался громкий крик.

А следом были вопли боли. Я выбежал из-за укрытия и побежал прямо навстречу корчащимся от невыносимой муки врагам, несколькими короткими очередями расстрелял их, проигнорировав сообщения о нанесенных увечьях и прогнозы о смерти. Главное — что они выбыли из боя.

Меня снова обстреляли, но я продолжил бежать вперед на пределе сил. Сработал ускоритель рефлексов, пули почти остановились в воздухе, и у меня было ощущение, что при желании я смогу даже поймать одну из них пальцами. Но я упрямо перебирал ногами на предельной скорости, толкая свое тело вперед, пока не скрылся за стеной большого ангара.

Прижался к ней, глубоко вдохнул. Я более-менее запомнил вид на лагерь сверху, и имел представление о том, что тут находится. Жаль, что не знал, сколько здесь собралось персонала. Но в любом случае их уже на девятерых меньше, чем было. И это уже хорошо.