Призрак исполина
Шрифт:
«Где-то под этой черепной коробкой живет Эдит Крейг, — думал Дональд, сидя рядом с доктором Джефферджи и медсестрой Долорес. Он не спускал глаз с жены, неподвижно застывшей напротив большого монитора. — Удастся ли мне пробиться сквозь упрямый барьер, воздвигнутый горем, и вернуть ее в реальность?»
На экране возник знакомый черный силуэт, похожий на жука, с тоненькими выростами, соединяющими его с остальными частями вселенной Мандельброта. О масштабе можно было лишь гадать, но Дональд успел отметить координаты, определяющие размеры множества. Если бы кому-то удалось представить картину целиком, экстраполировать за пределы экрана, она оказалось бы больше
— Готовы? — спросил доктор Джефферджи.
Дональд кивнул. Сестра Долорес, сидевшая за спиной у Эдит, посмотрела в объектив камеры, подтверждая, что слышала вопрос.
— Тогда приступим.
Дональд нажал клавишу «ВЫПОЛНИТЬ», и программа заработала.
Эбонитовая поверхность имитации пруда Мандельброт словно подернулась рябью. Эдит удивленно вздрогнула.
— Хорошо! — прошептал доктор Джефферджи. — Она реагирует!
Вода расступилась. Дональд отвернулся. Невыносимо было смотреть на свое последнее детище. Перед глазами возникло изображение Ады. Голос девочки нежно произнес: «Я люблю тебя, мамочка, но здесь меня нет. Я живу только в твоих воспоминаниях — и никогда их не покину. Прощай…»
Долорес подхватила лишившуюся чувств Эдит, и последний слог затих в безвозвратном прошлом.
36 ПОСЛЕДНИЙ ЛАНЧ
Идея очаровывала, хотя не все верили, что она сработает. Декор интерьера для единственной в мире глубоководной туристической субмарины целиком взяли из классического диснеевского фильма «Двадцать тысяч лье под водой».
Пассажиры, взошедшие на борт «Пикара» (порт регистрации — Женева), оказались в гостиной с мебелью, обтянутой плюшем. Пропорции у гостиной были слегка непривычные. От обстановки в салоне требовалось успокоить пассажиров и внушить им уверенность. Требовалось отвлечь людей от мысли, что на каждый маленький иллюминатор, демонстрирующий не такую уж обширную картину из внешнего мира, давит несколько сотен тонн воды.
Основные проблемы строителям «Пикара» доставили вовсе не инженерные трудности. Трудности носили юридический характер. Лодку согласилось застраховать лондонское общество Ллойда, но никто не желал страховать пассажиров — очень важных персон с астрономическими капиталами. Поэтому перед каждым погружением от гостей требовали нотариально заверенные бумаги, подтверждающие согласие на путешествие. Конечно, процедуру старались сделать как можно менее бюрократичной.
В итоге ритуал нервировал не больше, чем радостные сообщения стюардесс о возможных авариях, десятки лет звучащие на бортах самолетов, летающих через Атлантику. Конечно, пришлось избавиться от табло «НЕ КУРИТЬ». Также с борта «Пикара» убрали ремни безопасности и спасательные жилеты. Толку от них в случае аварии оказалось бы не больше, чем от парашютов на коммерческих авиалайнерах. Многочисленные устройства безопасности не мозолили глаза. Их постарались сделать полностью автоматическими. В случае катастрофы от пассажирского салона отделилась бы автономная двухместная капсула и, истерически завывая ультразвуковыми маячками, подняла бы паникующих богатеев на поверхность.
Погружение было последним в сезоне. Год близился к концу, и «Пикару» вскоре предстояло совершить перелет на грузовом самолете в более спокойные моря Южного полушария. На глубинах, где работала субмарина, между зимой и летом разница ощущалась не сильнее, чем между днем и ночью, но плохая погода на поверхности могла сильно расстроить пассажиров.
Тридцатиминутный спуск к месту крушения «Титаника» скрашивался для важных гостей коротким видеороликом о нынешнем этапе подготовительных работ. После демонстрировалась карта маршрута «Пикара». Больше при погружении
А потом неожиданно возникало впечатление, будто снизу поднимается призрачное рассветное сияние. На «Пикаре» отключали все огни, кроме аварийных, и перед восхищенными зрителями возникал нос «Титаника».
Почти всем, кто теперь видел затонувший лайнер, приходила в голову одна мысль: «Да он выглядит почти так же, как сто лет назад, на верфях Гарланда и Вольфа!» Корабль снова окружали стальные леса, вокруг суетились рабочие. Только это были не люди.
Благодаря небеса за великолепную видимость, пилот вел «Пикар» так, чтобы пассажиры по обе стороны салона имели как можно лучший обзор. Он старался держать субмарину подальше от занятых делом роботов. Создатели не заложили в их картину мироздания ничего, напоминающего подводную капсулу с туристами, и работяги просто не обращали на нее внимания.
— Посмотрите направо, — вещал экскурсовод, молодой старшекурсник океанографического института в Вудс-Холе, подрабатывавший во время каникул. — Вы видите спусковой трос, тянущийся наверх, к «Эксплореру». Теперь перед нами модуль с прикрепленным балластом. Он имеет вес порядка двух тонн…
Навстречу модулю отправился робот, чтобы отцепить его… Как вы могли заметить, модуль наделен нейтральной плавучестью, его легко передвигать. Роботу нужно отнести груз к подъемной раме и прикрепить в нужном месте. Затем двухтонный балласт, позволивший доставить модуль на дно, прикрепят к подъемному тросу и отправят на «Эксплорер». Там его используют повторно. Процедуру повторят десять тысяч раз. Только тогда можно будет поднять «Титаник». По крайней мере, эту его часть.
— Сложновато получается, — высказалась пассажирка. — Почему просто-напросто не использовать сжатый воздух?
Этот вопрос экскурсовод слышал десятки раз. Он уже научился отвечать на подобные глупости вежливо. Ему хорошо платили, и работа эта была полезна для учебы и резюме. Не хотелось ее терять.
— Такое тоже возможно, мэм, но слишком дорого. Давление здесь поистине грандиозно. Полагаю, вам знакомы стандартные баллоны, с которыми погружаются аквалангисты. Они обычно рассчитываются на давление в двести атмосфер. Так вот, если вы откупорите баллон здесь, воздух из него выходить не будет. Вода хлынет внутрь и заполнит половину объема!
Пожалуй, он слегка переусердствовал. Некоторые пассажиры занервничали. Экскурсовод поспешно продолжил рассказ, надеясь направить мысли клиентов в другое русло.
— Кое-где мы все-таки пользуемся сжатым воздухом. А на финальном этапе подъема он сыграет ключевую роль.
Теперь шкипер поведет нас вдоль прогулочной палубы к кормовой части. Затем он развернется, и вы полюбуетесь кораблем с противоположной стороны. Некоторое время я помолчу…
«Пикар» очень медленно двигался параллельно громадному темному корпусу корабля. Большая часть лайнера пряталась во мгле. Лишь некоторые люки подсвечивались, и внутри корпуса трудились роботы. В тех местах, где позволяла нагрузка, они устанавливали модули плавучести.
Субмарина скользила вдоль металлических стен, увешанных гирляндами водорослей. На борту «Пикара» не произносили ни слова. Люди пытались осознать размеры корабля. По прошествии ста лет он все еще оставался в ряду крупнейших пассажирских лайнеров. По роскошности же, если рассуждать с точки зрения чистой экономики, его так и не удалось обойти. «Титаник» знаменовал окончание эпохи; вскоре после катастрофы началась война, и подобные излишества стали недоступны. К тому же вряд ли найдется смельчак, готовый вновь навлечь на себя гнев богов.