Призрачный сервер. Вандал

Ливадный Андрей Львович

Два выстрела из мощной импульсной винтовки довершили начатое. Оба дрона, искря пробитыми корпусами, рухнули на пол тоннеля.

— Асмис, сдай назад! Резче!

Ржавый не стал задавать вопросы, просто сделал, что сказано.

Я выбрался из вращающейся надстройки, спрыгнул с брони, схватил корпус дрона, благо мои металлизованные пальцы не ощущают температуру его раскаленной обшивки.

— Грузовой отсек!

Взвизгнули электромоторы.

— Открыто!

Я закинул внутрь оба трофея, бегло просканировал

тоннель, но последствия плазменного удара неплохо нас маскируют. Похоже, остальные беспилотники все еще рыщут над местом крушения транспортного модуля, и пока еще не в курсе плачевной судьбы собратьев.

— Отрываемся от них! В темпе!

Глава 9

Экстрамерность. Сутки спустя…

Шагнув сквозь плотный туман, я оказался в знакомом месте.

Невдалеке темнеет мертвый лес. Подле него — руины какой-то постройки.

«Синапс» заблаговременно отключен. Элементарная мера предосторожности при общении с существом, способным сканировать матрицу сознания через модуль технологической телепатии.

— Файре, покажись, есть разговор.

Уверен, она услышала. Либо живет неподалеку, либо пользуется системой слежения, которую я распознать не смог.

Ждать пришлось долго. Лишь минут через десять из туманной мглы сформировалась человеческая фигура. Образ для воплощения, как и в прошлый раз, заимствован из моей памяти.

— Нэу, какой гость пожаловал! — она приблизилась стремительным рывком, словно на миг обернулась ветром, и вот уже стоит рядом.

Я даже взглядом не повел.

— У меня к тебе дело.

— Ты знаешь условия.

— Верно.

— Значит, согласен? — она встрепенулась.

— Может сначала выслушаешь суть предложения?

— Мне все равно. Ты пришел из-за биостилхата, это очевидно. Хочешь вернуть изначальный облик?

— Все немного сложнее. Хотя, признаю, ты оказалась права, технический сектор для «древнего» закрыт. Но в обмен на твою свободу мне нужен не только биостилхат.

— Ничего другого у меня нет.

— Есть. Твоя экстрамерность, в качестве убежища.

— От кого прячешься? — живо заинтересовалась она.

— У меня три сотни пленников в качестве балласта, — ответил я, кратко обрисовав ситуацию. Скрывать истинное положение дел не имеет смысла.

Файре глубоко задумалась. Неужели цена для нее оказалась непомерной?

— Боюсь договориться не получится, — тяжело вздохнула она.

— Почему?

— Им здесь не выжить. Экосистема мертва. А биостилхата у меня немного. Да и тратить его на производство пищи — глупо. Хотя есть другое, менее затратное решение, — подумав, тут же нашлась она.

— Слушаю?

— Оставь их в стазисе. Пока работают энергоблоки, узникам ничего не грозит. Они даже не поймут сколько прошло времени,

когда очнутся. А мы с тобой попробуем добраться до технического сектора и все исправить.

— Мы с тобой?

— Это мое условие. Оно не обсуждается. Ты поделишься геномом путешественника. Я скопирую твой нейроимплант. Чем же мы не пара?

Я лишь хмыкнул. С одной стороны, морф в группе может пригодиться. С другой, ее придется опекать, памятуя о нашей первой встрече.

— Файре, давай найдем разумный компромисс. Ты не тянешь агрессию. А мне придется иметь дело с древними ИскИнами, настроенными отнюдь не дружелюбно. Тут даже мой статус «путешественника» ничем не поможет. Они сбойные. За миллионы лет автономии в них накопилось множество критических ошибок. Скажу больше: из-за тотальных разрушений и катастроф большинство управляющих систем давно фрагментированы и существуют в форме «воплощений».

— Не заблуждайся на мой счет, — она упрямо поджала губы.

— В прошлый раз ты быстро отступила.

— Ну и что? Не захотела обострять ситуацию. Фрагмент твоей памяти меня заинтриговал. Ваше понятие «скука» — лишь блеклая тень по сравнению с ментальной деградацией. Это бич моей расы. И вообще, зачем идти на смертельный конфликт с тем, кто способен тебя освободить?

Такая трактовка ее «робости» мне на ум не приходила.

— А если б я не вернулся?

— Без биостилхата любые планы обречены. Рано или поздно ты бы это понял. Я умею ждать.

— Хорошо. Убедила. Но «биостилхат» — понятие для меня не очевидное.

— Не имел дело с живой трансформируемой материей? — искренне удивилась Файре.

— Нет. Однажды мне довелось видеть результат планетного преобразования, но не уверен, что речь идет об одной и той же технологии.

— Тогда пошли, покажу, — она жестом указала на чащу мертвого леса.

— Кстати, а что тут стряслось? — спросил я. — Почему погибла экосистема?

— Темные века, — скупо ответила Файре, но заметив мое недоумение, пояснила более развернуто: — Произошел сбой. На сотни лет пропало энергоснабжение. Сам должен понимать, пространственная аномалия полностью зависима от генерирующей ее аппаратуры. Свет, воздух, климат, — все это создается искусственно и распределяется автоматически. Однажды энергия иссякла.

— И как же вы выжили?

— Никак. Мои предки погибли. Остался лишь запрограммированный биостилхат. Он исполнил свое предназначение, когда вернулись приемлемые условия окружающей среды.

— То есть ты даже не знаешь собственных корней?

— Нэу, Вандал, не будь наивен. Мне оставили богатое информационное наследство, хотя толку от него немного.

Она выглядит обычной земной девушкой. Образ, заимствованный из моей памяти по-прежнему «цепляет» за больное, но справлюсь. Не хочу показывать, что ее уловка работает.