Приют
Шрифт:
— Очки, — ответил Дэн, указывая на крючок и очки.
Очки на крючке Крючок Пятна крови
Эбби посмотрела на пятна и вздрогнула, затем постаралась взять себя в руки.
— Еще немного, и, кажется, мы сможем пройти здесь, — сухо произнесла она.
— Нет-нет! Спасибо! Я туда не пойду. — Джордан сделал несколько шагов назад, подняв руки, словно защищаясь.
— Как знаешь. Я хочу
— Посвети фонариком, Дэн. Я ничего не вижу.
Он пошел впереди. Сердце так бешено стучало, что его стук отдавался в ушах.
— Должно быть, когда-то здесь был настоящий дверной проем, но, похоже, его попытались забаррикадировать, — прокомментировал Дэн. Они с Эбби пригнулись и прошли в следующую комнату.
— Тогда кто же его снова открыл?
Дэн задел ботинком кусок упавшего кирпича.
— Профессор Рейес упоминала о семинаре, для которого понадобились архивы этого места. Думаю, пришлось пробить дыру в стене, чтобы получить их.
Быстро взмахнув фонариком, Дэн увидел потолок и стены второго — меньшего — кабинета, в котором не было ничего, кроме двух переполненных дубовых шкафов и ведущей вниз лестницы справа.
— Что там? — крикнул Джордан из-за стены, заставив их обоих подпрыгнуть.
— Ничего особенного, — ответил Дэн, приближаясь к шкафам. К каждому ящику были прикреплены маленькие таблички с буквами «А» — «Д», «Е» — «И» и так далее по алфавиту.
— Просто карточки пациентов, как мне кажется. Ты можешь зайти сюда, если хочешь.
В узком проходе показался Джордан с широко раскрытыми от испуга глазами. Он заметил уходящую вниз лестницу и отпрянул.
— Пожалуйста, скажи мне, что ты не собираешься спускаться туда, Эбс.
— Мы еще даже ничего не нашли, — ответила она, посветив телефоном в сторону лестницы. — Ощущается холод. Готова поспорить, там, внизу, куда она ведет, есть целый этаж.
— Именно поэтому ты не должна туда идти. Ты когда-нибудь смотрела фильмы ужасов? Господи!
— Я просто хочу посмотреть, куда она ведет, — сказала она. — Ступеньки выглядят неплохо. — Эбби осторожно поставила ногу на верхнюю ступеньку и перенесла на нее вес тела. — Видишь? Достаточно прочная.
— Я пойду с тобой, — предложил Дэн.
— Отлично! Круто! Тогда вы двое спускайтесь в пропасть. А я пока побуду здесь, чтобы меня зарубили.
Дэн и Эбби осторожно спустились вниз по лестнице, проверяя каждую ступеньку, прежде чем полностью перенести на нее вес тела. Дэну хотелось думать, что это было романтично — то, как они беспокоились друг о друге, но напряжение почувствовалось еще до того, как начал ощущаться холод и донесся запах плесени, усиливающийся с каждым шагом вниз. Наконец ступеньки закончились и они оказались в узком коридоре. Они медленно сделали несколько шагов по коридору, и Дэну стало трудно дышать. Интересно, те, кто работал здесь, тоже ощущали клаустрофобию? Особенно когда пытались провезти инвалидную коляску или каталку по этому узкому коридору.
Слева и справа были двери, они располагались в шахматном порядке через каждые несколько ярдов. Эбби остановилась у одной из них и посветила фонариком в маленькое окошко на двери.
— Господи, — пробормотала она. — Там все еще лежат какие-то
— Какие именно? Давай посмотрим. — Дэн открыл дверь и осторожно вошел внутрь, боясь того, что они могут там найти. Он посветил фонариком в темноту.
В ту же секунду он почувствовал тошноту. Это была точь-в-точь комната из его видения, вплоть до операционного стола и кровавых пятен на стене. Как он мог видеть комнату, в которой никогда до этого не был? Он ощутил слабость и прислонился к двери, пока Эбби рассматривала все вокруг, освещая помещение своим маленьким мобильным телефоном.
— Что это? — спросила она, указывая на рыжее пятно на белой стене.
— Кровь, — ответил Дэн.
— Почему ты так уверен?
«Понятия не имею».
— Здесь так грустно. — Эбби подняла глаза на единственное в комнате окно с решеткой — разве мог кто-то залезть так высоко и выбраться через него? Они находись настолько низко, что окно должно было едва выступать над землей, если оно вообще вело на улицу. — Неужели они и в самом деле так жили?
— Это место кого угодно сделает сумасшедшим, — вздрогнув, сказал Дэн. — Давай выбираться отсюда.
Он имел в виду подвал в целом, но, когда Эбби повела его дальше по коридору, Дэн не остановил ее. Наконец узкий коридор привел их в круглый зал с куполообразным потолком и двумя закрытыми дверями в дальнем конце.
Эбби направилась к двери слева, светя на нее телефоном.
— Еще кабинеты? — спросила она.
— Не знаю… Я думал, что все кабинеты наверху…
Дэн открыл левую дверь — она была не заперта — и вошел в комнату. Там царил беспорядок. На полу было разбросано содержимое шести, нет, семи ящиков из шкафов. Там были папки, листы бумаги и от руки написанные заметки, они образовывали кучу высотой по пояс. Словно кто-то яростно искал здесь что-то и не успел все сложить.
Дэн пробрался через эту груду к другой двери и заглянул за нее. Он не смог сдержать улыбку, когда посветил фонариком в следующий кабинет. Джек-пот.
— Что это за место? — спросила Эбби. — Может, кладовка? Здесь же повсюду хлам…
— Нет, иди сюда, посмотри.
Дэн протиснулся в следующую комнату, Эбби зашла вслед за ним. Свет его фонаря упал на письменный стол и стул с высокой спинкой. Если в предыдущей комнате царил беспорядок, в этой все было идеально чисто. По сути, она чудесным образом оказалась совсем нетронутой, на столе даже лежало оставленное кем-то недописанное письмо. Чернила из ручки давно вытекли на бумагу. Дэн перегнулся через стул для посетителей, чтобы лучше рассмотреть письмо, но из-за чернил разглядеть что-либо было невозможно. «Черт!» Он понимал, что глупо так расстраиваться. Что он ожидал найти? Что-то связанное с темой тех призрачных писем?
Еще на столе лежала небольшая кожаная папка. Дэн поднял ее и собирался уже заглянуть внутрь, как его позвала Эбби:
— Посмотри на это, Дэн.
Дэн засунул папку в карман толстовки и обошел стол. Возле зеленой стеклянной настольной лампы стояло несколько фотографий в рамках. Эбби держала в руках одну из них; она протянула ее Дэну.
На ней в ряд стояли медсестры в чистых фартуках и масках, а в центре сидел главврач в очках и белом халате.
Все смотрели вперед, кроме медсестры в правом конце ряда: ее голова неестественно склонилась набок, словно ей сломали шею как раз перед тем, как был сделан этот кадр.