Приют любви

Майклс Тереза

– Мне нет дела до вашей чести, Колтер. Так вы поклянетесь?

Ее просьба была так настойчива, что он не смог отказаться.

– Клянусь. Джеймс ничего не говорил мне о ней. Он вообще не говорил, что ты родила ребенка.

– Кругом ложь, – с трудом прошептала Элизабет.

Колтеру стало безумно жаль четырех пропавших лет, гнев его прошел. Глаза их встретились, и он понял, что она сдалась.

– Но это еще не все.

– Нет. Я не могу, я не хочу ничего слышать...

– Джеймс знал, что

я люблю тебя. Он знал, что я собираюсь просить твоей руки по возвращении из Англии.

Элизабет еще не могла осознать меру предательства мужа.

– Вы никогда даже не намекали мне на подобное. Теперь, впрочем, это уже не имеет значения. Говорят, дорога в ад вымощена благими намерениями.

Но Колтер не собирался отступать. Главное, что он нашел ее. Теперь, что бы она ни делала или ни говорила, они не расстанутся.

– Я хочу увидеть свою дочь.

– О чем ты просишь, Колтер?! Нам обоим нужно время, чтобы все обдумать. Я напишу тебе о своем решении.

– Не ты одна пострадала от этой лжи. – Он провел рукой по волосам, заставляя себя быть терпеливым.

Элизабет отвернулась, но через секунду снова посмотрела ему в лицо.

– Николь очень впечатлительный ребенок, к тому же она лишена привычной для нее обстановки. Я не могу допустить этой встречи.

Колтер стремительно схватил ее за руки и прижал к себе.

– Я не уйду, не увидев свою дочь. Вглядываясь в упрямое выражение его лица, Элизабет все же нашла в себе мужество отрицательно помотать головой.

– Послушай, – продолжал он, тряся ее. – У тебя нет ко мне жалости. Ты и так перевернула мою жизнь сегодня. И я...

– Ну, как же ты не понимаешь, что твои желания не имеют совершенно никакого значения? – взмолилась она, пытаясь высвободиться.

– Значит, ты настолько ненавидишь меня, Элизабет, значит, считаешь, что я причиню боль невинному ребенку?!

– Ты забываешь, Колтер, что когда-то я тоже была невинна.

– Мадам, – холодно произнес он, отпуская ее с таким видом, будто не мог больше вынести прикосновения к ней, – теперь уже вы размахиваете саблей.

Элизабет чуть было не попросила у него прощения, но остановила себя: пусть лучше злится, только бы не уступить его требованиям. Она отвернулась, не собираясь звать Николь. Но все решилось само собой.

– Мама! Мама! – закричала Николь, вбегая в холл. – Мистер Джош сделал куколку! Посмотри, на ней настоящий корсет и панталончики. – Добежав до двери в гостиную, девочка замерла. Прижав к груди куклу, она уставилась на Колтера. – Ой, какой большой!

Элизабет с трудом сдержала улыбку. Она повернулась, чтобы посмотреть на Колтера, а тот буквально остолбенел. Элизабет попыталась увидеть дочь его глазами: разметавшиеся волосы, развязавшийся сиреневый поясок, пятнышко грязи на белом чулке, округлившиеся

от страха глаза. Как мать она готова была наброситься на Колтера за то, что он испугал малышку, но у того был не менее испуганный и молящий взгляд. И она поспешила к девочке, опустилась рядом с ней на колени.

– Солнышко, я понимаю, он кажется тебе очень большим, но бояться совершенно нечего. Полковник...

– Он не заберет меня? – прошептала Николь, обхватив мать руками за шею и крепко прижавшись к ней.

– Нет, ангел мой. Не заберет. – Элизабет высвободилась из объятий дочери и посмотрела на нее. – Я ведь уже обещала тебе, что никто тебя никогда не заберет у меня. Полковник Сэкстон – мой старый друг. И я хотела бы познакомить вас.

Николь исподлобья смотрела на полковника.

– Может, лучше в следующий раз? – Девочка кивнула, и Элизабет посмотрела на Колтера. Она предупредила готовые сорваться у него вопросы, слегка покачав головой.

Колтеру нестерпимо хотелось схватить их обеих в объятия, защитить, обещать им все, чего даже не имел права обещать. Но подымалась и глухая ярость на то, что его ребенок боится его. То, что все вопросы оставались без ответов, еще больше усиливало напряжение. Беспомощно стоять и наблюдать, как Элизабет гладит Николь по спинке, целует в лобик и что-то шепчет, было, настоящей пыткой.

Наконец Элизабет поднялась, и Николь спрятала личико в ее юбке. Поглаживая кудри малышки, она пыталась представить, как поведет себя Колтер.

Полковник присел, чтобы его рост больше не смущал Николь, и Элизабет ободряюще улыбнулась ему.

– Посмотри, солнышко, он уже не такой огромный, – попыталась она убедить девочку.

Николь застенчиво выглянула из-за юбки матери, слегка выпятив нижнюю губу. Он неотрывно глядел на нее и в смятении видел глаза того же зеленого цвета, что и его собственные! В остальном девочка была маленькой копией матери. У нее были такие же тонкие черты лица, волосы посветлее, но тоже густые и блестящие. Постепенно буря чувств улеглась и превратилась в совершенно новое для Колтера состояние, так переполнившее его, что слезы выступили на глазах. Это крошечное существо было частью его самого. Девочка мгновенно завоевала его сердце, и он поклялся отдать ей все на свете.

Колтер изнемогал от желания дотронуться до дочери. Он протянул к ней слегка дрожащую руку.

– Я никогда раньше не встречал принцесс, – прошептал он.

– Я вовсе не принцесса.

– Для меня ты принцесса. По крайней мере, ты такая же красивая.

Николь с сомнением покачала головой.

– Мама красивая, а не я.

Колтер убрал протянутую руку и потер подбородок. Николь все еще относилась к нему с подозрением, а он не мог сообразить, как же завоевать ее доверие.