Шрифт:
Жмудь Вадим Аркадьевич
Привратники
Ночной Привратник и Дневной Привратник сидели на Площади Ворот.
На площадь выходило сорок тысяч дорог, тропинок и улиц, кроме того, сюда вели несчетное количество лестниц, виадуков, эскалаторов, портов - морских, воздушных, железнодорожных и подземных, и прочее и прочее...
На площадь вошел очередной Транзитник.
Белый Привратник мельком взглянул на лоб Транзитника и равнодушно произнес: "Твой". Черный Привратник отложил карты, тоже взглянул на Транзитника и уточнил: "Не
– Может быть, спросим его самого?
– Сколько раз мы убеждались, что это бессмысленно...
– Ну, мы же так редко с ними разговариваем.
– А оно и лучше - не пробуждать их. Направил в нужную дверь и играй дальше.
– Случай сомнительный. Не ошибиться бы.
– А и ошибемся, так не велика беда... Одна ошибка на два-три миллиарда ничего не значит.
– В конце концов, эту партию ты все равно проиграл, да и мне надоели карты. Давай пробудим.
– Как знаешь...
Дневной Привратник послюнил кончики пальцев правой руки и приложил их к глазам Транзитника. Человек вздрогнул и открыл глаза.
– Ну, и в какие ворота тебя, мил человек, определить? В Дневные, или в Ночные, - ласково спросил Ночной Привратник.
– Где я?
– Умер, милок. На перепутье ты.
– Умер?!? Не может быть! Вы - кто?
– Ну вот, как всегда... Шок. Я же говорил, не надо было его будить.
– Значит так, мил человек, - как ни в чем не бывало, продолжал Ночной Привратник, - мы тебя сейчас начнем спрашивать, а ты отвечай, ибо Ночные ворота ведут в то, что у вас на земле прозывается Геенной огненной, проще говоря, Адом, а Дневные - это, стало быть, в Аркадию, в Парадиз, в Рай то есть.
– Не может быть! Чушь! Этого не может быть!
– Слышь, ты б ему мозги сперва прочистил, а потом уже и спрашивал.
– Ну да, а то с ним столько времени потеряешь, - согласился Ночной Привратник и дунул на голову Транзитника.
– Значит, я, действительно умер, и сейчас вы решаете мою судьбу на веки веков? А как же - Страшный суд?
– Ну вот, другое дело. Теперь, милок, с тобой разговаривать легче стало. Да вот только со Страшным судом ты не горячись... Это шоу мирового масштаба здесь никому не надобно. Тут всё мы решаем - привратники. Тихо и мирно.
– Господь...
– Да не поминай ты его всуе. Ты что же, считаешь свою персону такую важную, что взвешивать твои грехи - самая наиважнейшая для Него работа? Да ты знаешь, сколько вас таких? И каждого по косточкам разбирать? Глупости это. Вот мы тут сидим - Ночной и Дневной Привратники, каждый за свои ворота отвечает. Куда пойдешь, там и останешься.
– Но ведь он решает...
– Что он решает? Он всего лишь Церемонимейстер. Мы решаем. Куда попадешь, то и решит все твои дела на ближайшие сто миллиардов лет. Ежели, скажем, в Дневные Ворота пройдешь, так уж там тебя никто не потревожит, даже Он не властен будет нарушать твой покой. Ну а коли попадешь за Ночные
– А что предписано?
Оба привратника весело засмеялись, и Ночной сказал:
– Там узнаешь, хотя не приведи Бог тебе... У тебя ещё есть шанс. Мы для того тебя и пробудили.
– Что мне нужно сделать? Что вы от меня хотите?
– Тебе нужно только отвечать. А уж мы решим, куда тебя определить.
– Так просто? И на сто миллиардов лет?
– А чего усложнять-то?
– и оба опять засмеялись.
Транзитник закрыл лицо руками, потом с силой провел по своему лицу сверху вниз, стряхнул головой и решительно сказал:
– Спрашивайте.
– Вот ты мне скажи, мой хороший, чего это ты отказался от той женщины, что тебе День послал?
– спросил Дневной Привратник.
– Отказался?
– непонимающе повторил Транзитник, - Я не отказывался... Просто я перестал чувствовать себя счастливым в её обществе.
– Ну а почему ты не оставил её раз и навсегда?
– Я не чувствовал себя вправе поступить так с ней. Она же ни в чем не виновата.
– А зачем обнадёжил ту, которую тебе послала Ночь?
– Я сам обнадёжился... Я думал, что она меня спасет от моей судьбы. Я мечтал, что всё переменится...
– Ты её любил?
– Видимо, да.
– Ты не уверен?
– Любил... А если и нет... Я знаю, что она меня любила так сильно, что мои чувства к ней уже ничего не значили. Я уступил. Мне было бы хорошо с ней.
– А ей каково бы было с тобой?
– Я не знаю. Она сказала, что умрет, если я её оставлю, и я не посмел её оставить.
– А хотел бы?
– Нет. Ни за что.
– Тебе нравилось иметь и жену и любовницу?
– Нет.
– Ты пытался изменить ситуацию?
– Нет.
– А хотел бы?
– Я не знаю.
– Ты бы согласился, чтобы в твоей жизни была только жена?
– Нет!
– А только любовница?
– А дети? У меня же такие хорошие дети! Нет. Я не жалею, что они родились.
– Ты не смог выбрать одну женщину из двух?
– Я не смог, да... Я и не думал, что надо обязательно выбирать.
– Он не думал! А нам теперь надо думать!
– Я никому не хотел причинить зла.
– Все так говорят. И Шикельгрубер, и Чикатило, и Джугашвили, и Робеспьер, и Бонапарт. Миротворцы хреновы.
– Но я...
– Да, ты не того масштаба злодей.
– Я не злодей.
– Все не злодеи. Все - жертвы. А злодеи, значит, тут, наверху. Не ту карту сдали, не из той колоды вытянули...
– Я не обвиняю вас...
– Ещё бы ты нас обвинял!
– Дневной Привратник хохотнул.
– Этак мы с ним долго провозимся. Скажи-ка, милок, вот что... Если бы ты шел с дневной и повстречал ночную - ты бы, разумеется, сделал вид, что не знаком с ней?
– Да, наверное. То есть, да, конечно!