Привратники
Шрифт:
– Прими мои извинения, добрый друг, - произнес аломансер.
– Поверь, такая несдержанность была непредвиденной!
– Не волнуйся, приятель, - мрачным тоном ответил Руди.
– Я все понимаю. Когда мужчине что-то нужно, он просто делает это.
– Скажи, мой благодушный господин, красавица Бет уже сообщила тебе хорошую новость? Урожай моей плоти сделал ее живот вместилищем для ребенка.
– Да, она сообщила, - ответил Руди.
Он покатил нагруженную тачку по аллее вдоль бассейна.
– Вот почему мы решили отправиться на задний двор. Мы
– Великий Эа!
– едва не заплакав от восторга, вскричал аломансер.
– Моя радость становится необузданной. У нас будет семейное торжество!
Его обрубки закачались от радости.
Все верно, будет торжество, - подумал Руди, задыхаясь от усилий.
– Я похороню вас обоих и попраздную, окропив своей мочой ваши свежие могилы.
Огромный задний двор сиял в спокойном лунном свете. Ночь была теплой и милой. Прекрасная ночь для погребения людей. Руди, потея, толкал нагруженную тачку к задней части поместья. Он поднял обрубок Гормока и опустил его рядом с первой вырытой могилой. Гора свежей земли скрывала вторую яму от глаз Бет.
– Какое странное место для нашего пиршества, - заметила голова Гормока.
Бет передала Руди револьвер и с невинной улыбкой отошла в сторонку. Руди крутанул цилиндр и убедился, что тот был заряжен патронами.
– Сделай то, что обещал, - приказала Бет.
Он ответил ей презрительной усмешкой.
– Нет, я сделаю кое-что другое, похотливая сучка. Я убью вас обоих!
Он прицелился в окаменевшее лицо невесты.
– Стреляй, - сказала она.
– Думаешь, я не знала о твоих планах? Попробуй использовать мозг. Напряги извилины! Гормок - аломансер. Он предвидит будущее. Ты, наверное, думал, что мы только трахались в подвале? Нет, тупоголовый Руди!
– Ты...
– смущенно пролепетал ее жених.
О чем она говорит...
– Я попросила парня в оружейном магазине вытащить порох из патронов, - проинформировала его Бет.
– Твой револьвер бесполезен.
Руди несколько раз нажал на спусковой крючок. Боек бил по металлу – клик-клик - но ничего не происходило.
– А вот этот пистолет стреляет.
Когда Бет навела на него ствол оружия, Руди намочил штаны.
– Убей Гормока! - закричала она.
– Чем?
– Меня не волнует, чем ты убьешь его. Просто убей!
Ствол пистолета был направлен на его лицо. Он схватил лопату и приставил к горлу аломансера.
– Не бойся, добрый Руди, - произнес говорящий торс.
На лице Гормока сияла усмешка.
– Судьба манит нас к несбыточным мечтам. Но вызовы провидения иногда бывают наполнены радостью.
Бет взвела курок. Руди надавил ногой на клинок лопаты и отделил голову аломансера от безруких плеч. Кровь хлынула из обрубка, забрызгав дерн "Кентукки блю". Руди пнул ногой отсеченную голову, и та полетела в могилу.
– И что теперь? - хрипло спросил он. - Ты убьешь меня?
– Нет, - ответила Бет.
Прежде чем Руди успел повернуться
ЭПИЛОГ.
Напрасно Руди не читал те книги, которые Бет приносила из городской библиотеки. Гормок подтвердил информацию, которую она обнаружила в научных статьях. Дух проклятого солевого ворожея нельзя было убить. Погибало только тело, занятое им на какое-то время. После этого дух переходил в другое тело, которое находилось в ближайшей доступности.
Бет похоронила голову Гормока и торс. Во второй могиле она погребла руки и ноги Руди. Чуть позже она спустилась по ступеням к новому обитателю подвала и тихо прошептала:
– Доброй ночи, милый.
– Уже утро, моя сладкая красавица, - со знакомым носовым прононсом ответил ее жених. - Давай займемся любовью. Я заставлю тебя переживать небесные грезы.
Теперь Бет могла завести себе столько детей, сколько ей хотелось. Руди больше не будет противиться.
А если у нее начнут заканчиваться деньги... в доме всегда найдется пепельница и соль.
Перевод: Сергей Трофимов
Это, я полагаю, последний рассказ, который я написал в "период торса", хотя я написал несколько рассказов об алломантии и несколько версий этого. Одна версия, "Частные удовольствия", была продана в антологию издательства "Zebra" - "Dark Seductions", а несколько других ждут внимания в будущем. Эту идею мне подсказал мой хороший друг в Мэриленде Джон, с которым я работал ночным сторожем. Между прочим, мы были не очень хорошими ночными сторожами.
Каждый воскресный вечер мы пили неисчислимое количество "Хайнекенов" во время дежурства, смотрели видео с такими названиями, как "Женщина-газонокосилка" и "Миллион лет до Н.Э.", блевали в мусорные баки, покидали стройплощадку и отправлялись в бары на служебном автомобиле, и, по сути, не выполняли НИКАКИХ обязанностей, за выполнение которых нам платили.
Каждый воскресный вечер в течение десяти лет.
Конечно, нас должны были уволить... Но, эй, нас так и не поймали.
"Священные Писания"
Мой отец был епископальным священником. Он всегда впрыскивал героин в руку моей матери.
– Радуйся всякому благу, которое Господь, Бог твой, дал тебе,– цитировал он. Потом обращался к братьям: - Мальчики?
– Второзаконие![120]– кричали Марк и Джеймс.
Мать падала на кровать, ухмыляясь перед опиатным блаженством.
– Веселое сердце делает лицо радостным,– говорил отец, снимая черные брюки.