Привкус магии
Шрифт:
И замешкался, присматриваясь к стене. Кирпичную кладку испятнали подвижные светотени. Посыпались каменные крошки вперемешку с нанесенным в щели песком и дохлыми насекомыми.
«…Искал, искал… здесь… снова здесь… холодно…»
– Привет, Ноилл. – Я отступил подальше. – Приятно тебя видеть снова. Провел время с пользой?
Аморфная тень слоилась по неровной стене. «…Кровь… тоскливо… один, один… Один!..»
– И мне тебя недоставало, – заверил я его. Внезапно мне захотелось успокоительно потрепать несчастного призрака, как прибившуюся дворнягу. И сразу же стало неловко.
Испытывают ли Тени-на-стене отчаяние? Бедняге Ноиллу оказалось не под силу проникнуть в подземелье. А если бы я погиб там, под землей, то наверняка, как не выполнивший обещание, присоединился бы к унылому призраку и веками слонялся бы по стенам в его компании… Брр.
– Не переживай, – сказал я. – Я помню про свое обещание. Вот разберусь со своими делами и займусь поиском подходящего жилья для тебя.
Силуэт Ноилла скомкался, словно разводы серой акварели на мятой бумаге. Набирающее силу солнце вымывало грязные клочья теней даже из трещин.
На соседней улице Звонарей поднялся переполох. Невидимый и неощутимый для обычных людей. Но магическая сеть, накинутая на Набрег, внезапно задергалась, словно в паутину попала муха. Или, точнее, соседские пауки…
Я зашагал прочь, не оглядываясь.
Здание вокзала украшал шпиль. А шпиль облюбовали карликовые каменные виверны. Существа вздорные и грязные, но внешне весьма впечатляющие. Летали они плохо, однако, взмахивая перепончатыми крыльями, могли довольно долго держаться на высоте, цепляясь когтями за выступы на шпиле или за конек крыши вокзала. Эдакое своеобразное архитектурное украшение, не предусмотренное автором.
Часы немелодично залязгали, возвещая наступление половины третьего, и виверны одновременно заскрежетали, то ли возмущенные какофонией, то ли пытаясь подпевать. К общему гаму присоединился голос диктора, объявляющего прибытие очередной электрички.
– Нет, сегодняшний поезд уже ушел четыре часа назад, – сообщила из окошка кассы миловидная девушка с глазами, подведенными лазоревым. – Следующий поезд в Белглав завтра, в то же время. Завтра также будет поезд до Северного Чира, следующий через Белглав. Он прибывает…
– Спасибо, – остановил я благожелательную девушку, уступая место у кассы нетерпеливо толкущимся за спиной очередникам. И разочарованно пробормотал вслух: – Завтра!
Стоявшие поблизости и слышавшие разговор посоветовали сходить на автовокзал. Я воодушевился. Но ненадолго.
– Автобус до Белглава ушел пятнадцать минут назад, – сообщила на этот раз другая девушка из кассового окошка. Мрачная и ненакрашенная. – Следующий завтра…
– …В это же время, – докончил я, тоже мрачнея. И подумал вслух: – Что же делать? Мне надо сегодня…
– Догоняй, – проворчал усатый мужик с мешком, оттесняя меня от окошка.
Я подавил вспыхнувшее было раздражение. А ведь это мысль!
К. счастью, на стене автовокзала висела весьма подробная карта города и пригородов с обозначениями всех маршрутов. Пришлось потратить еще минуту-другую, тщательно запоминая ее.
На улице, выбрав укромный уголок,
Автобус я догнал уже за городом. Красная вытянутая коробка резво катила по шоссе. Ее пассажиры успели удобно устроиться на местах, перевести дыхание после суеты отправления и сюрпризов не ждали. Мало кто глазел в окна. Только скучающий ребенок вытаращился на меня, когда я пронесся мимо.
А потом на меня так же изумленно и несколько испуганно уставился водитель, когда я обогнал автобус и жестами попросил открыть дверь. К этому моменту я вымотался до предела и понимал, что если сейчас не остановлюсь, то умру от разрыва сердца. Заклятие скорохода в несколько раз увеличивает скорость человека. Но никак не сказывается на его физических возможностях. Потому для многих неосторожных такой бег заканчивался смертью.
Наверное, и я выглядел жутковато, когда шарахнулся о бок автобуса, словно исполинская ночная бабочка. Изнутри донеслись встревоженные возгласы.
Автобус притормозил – я по инерции пролетел на несколько шагов вперед – и с шипением разомкнул дверь.
Я свалился на ступеньки.
– Ты что, парень, спятил? – свирепо осведомился пришедший в себя водитель.
Казалось, совладать с дыханием так и не удастся. Легкие нестерпимо жгло. Каждый вдох был словно окрашен в огненно-красное.
– Мне… надо… в… Белглав…
– Ну и бежал бы себе, – пробормотал с досадой водитель, – до самого Белглава… Ладно, проходи. Оплата по тарифу плюс надбавка за непредусмотренную остановку.
Ребенок, заметивший меня в окошко, сейчас глазел с неприкрытым восторгом. Зато его мамаша – с нескрываемым неодобрением и беспокойством.
А ведь можно было взять такси и догонять автобус с комфортом, вяло подумал я, размещаясь на заднем сиденье и изучая разорванные чуть ли не в клочья ботинки. Подошвы стерлись почти до дыр и не остыли до сих пор. Странно, что они вообще выдержали такую гонку.
16
Дом… Нет, небольшой замок, окольцованный рвом – старинный, обветшалый, но все еще надменный и неприступный, высился посреди явно искусственно созданной равниной пустоши. Шоссе огибало ее по широкой дуге. Лиственный, почти облетевший лес боязливо жался вдоль невидимого периметра, не решаясь заступить даже случайным побегом за отведенные границы. На равнине торчали странноватого вида деревья, смахивающие на экспонаты с выставки эстета-кузнеца. То тяжеловесные, угловатые, будто наспех спаянные обрубки металлических болванок, то прихотливо изогнутые, завязанные в узлы, скрученные в спирали трубки разных оттенков окалины, а то просто мотки колючей и паутинной проволоки. Как ни странно, но даже на этих монстрах еще сохранилась листва, выдавая их природное происхождение.