Привет, Джули!
Шрифт:
Джули нет.
Я обошел дом и, да! Она ушла.
Не очень-то красивый поступок, но ведь мне было всего семь.
Однако мои проблемы на этом не кончились. Каждый день она возвращалась, снова и снова.
— Можно Брайсу погулять?
Я прятался за диваном, когда она приходила, но все хорошо слышал.
— Он еще не готов?
Однажды она даже прошла по нашему двору и заглянула в мое окно. Я вовремя заметил ее и залез под кровать, но как здорово этот поступок характеризует Джули Бейкер! Она совершенно не уважает частную собственность. Просто никакого уважения. Она не понимает, что
На мое счастье, папа решил защищать меня. Он говорил, что я занят, сплю или уже ушел. Он просто спасал мне жизнь.
А вот моя сестра, наоборот, старалась не упускать случая напакостить мне. Линетта такая! Она на четыре года старше меня, и именно у нее я учился тому, как не надо жить. У нее на лбу написано слово СПОР. Она спорила со всеми и по любому поводу.
Я иногда дрался с ней, но это было довольно глупо с моей стороны. Девчонки дерутся нечестно. Они дергают тебя за волосы, щиплют и кусаются. А когда ты пытаешься защититься кулаками, тут же бегут жаловаться маме. Тебя в наказание запирают и комнате, и что дальше? Нет, друзья, секрет в том, чтобы не реагировать на ее колкости. Пусть дразнится. Не обращай на это внимание. Или посмейся над этим. В конце концов девчонки сдаются и идут приставать к кому-нибудь другому.
По крайней мере, с Линеттой это срабатывает. И получается, что иметь такую занозу-сестру даже полезно, ведь с ее помощью я понял, что этот метод срабатывает со всеми. Учителями, придурками и школе, даже с мамой и папой. Серьезно. В споре родителей не победить, так почему бы не взять верх другим способом? Нужно просто отойти в сторонку и дать им поскорее успокоиться.
А самое смешное то, что Линетта так этого и не поняла и продолжает спорить с родителями. Она тут же вскипает и так увлеченно начинает доказывать свою правоту, что ей не приходит в голову сделать глубокий вдох и исчезнуть на время. И при этом она уверена, что я глупый.
В общем, в те первые несколько дней Линетта всячески старалась свести меня с Джули. Однажды она даже провела ее в дом за спиной у отца. Я успел влезть на верхнюю полку в своем шкафу, и, к счастью, ни одна из них не догадалась туда заглянуть. А через пару минут я услышал, как отец орет на Джули, чтобы та отошла от старинной мебели, и ее в очередной раз выгнали.
Кажется, в ту первую неделю я вообще не выходил из дома. Я помогал разбирать вещи, смотрел телевизор и болтался рядом, когда мама с папой распаковывали, а потом расставляли мебель, рассуждая, можно ли поставить в одной комнате стол в стиле французского рококо и стулья в стиле ампир.
На самом деле, мне жутко как хотелось на улицу. Но каждый раз, когда я выглядывал в окно, я видел Джули, играющую в своем дворе. Она пинала футбольный мяч, катала его, подкидывала в воздух. А когда она уставала так выпендриваться, то просто садилась на крыльцо, зажав мяч между ног, и пялилась на наш дом.
Мама никак не могла понять, что такого ужасного в том, что «эта милая маленькая девочка» взяла меня за руку. Она думала, я могу с ней подружиться.
— Я думала, тебе нравится футбол, милый. Почему бы тебе не пойти поиграть?
Потому что я не хочу играть, вот почему. И хотя тогда я не мог так ответить, но уже в
Опасна своей неизбежностью, как потом выяснилось. Я чуть не умер на месте, когда вошел в класс миссис Йельсон.
— Брайс! — воскликнула Джули. — Ты здесь.
Она подскочила ко мне и кинулась мне на шею.
Миссис Йельсон назвала это «приветственными объятиями», но нет, это были не объятия, а самая настоящая атака. Я оттолкнул ее, но было уже поздно. Меня заклеймили на всю жизнь. Все хохотали.
— Где же твоя подружка, Брайс?
— Брайс, а вы уже поженились?
А когда Джули стала повсюду меня преследовать и пытаться поцеловать, по школе расползлась глупая песенка: «Брайс и Джули сидят на скамейке, Ц-Е-Л-У-Ю-Т-С-Я.…»
Мой первый год в этом городе был катастрофой.
В третьем классе стало ненамного лучше. Джули по-прежнему была позади всякий раз, когда я оборачивался. То же самое и в четвертом. Но в пятом классе я решил начать действовать.
Решился я не сразу. Поначалу мне казалось, что это идиотская затея. Но чем больше я о ней думал, тем более привлекательной она мне казалась. Я старался ответить на вопрос: «Как заставить Джули отстать? Как сказать ей: «Джули, ты не в моем вкусе?»
Итак, друзья, у меня появился план.
Я пригласил на свидание Шелли Сталле.
Чтобы понять всю гениальность этого шага, нужно знать, насколько сильно Джули ненавидит Шелли Сталле. Всегда ненавидела, хотя я никогда не понимал почему. Шелли милая, приветливая, и у нее очень длинные волосы. Что тут может не нравиться? Но Джули ненавидела ее, и я собирался использовать это для решения своей проблемы.
Я рассчитывал, что Шелли будет обедать за моим столом и иногда ходить со мной гулять. В таком случае, как только Джули окажется поблизости, мне нужно будет только немного приобнять Шелли, а дальше все пойдет само собой. Но я просчитался. Шелли восприняла все слишком серьезно. Она рассказала всем, включая Джули, что мы влюблены друг в друга.
В конце концов Шелли и Джули сцепились из-за меня, и пока Шелли приходила в себя после драки, Гэррет, парень, которого я считал своим другом, рассказал ей о моем плане. Он так никогда и не признался в этом, но после того случая я перестал ему доверять.
В тот день меня вызвала к себе директриса. Я ни в чем не сознался, все повторял, что мне жаль, но я не понимаю, о чем она говорит. Пришлось ей меня отпустить.
Шелли ревела несколько дней и повсюду ходила за мной, всхлипывая, отчего я чувствовал себя полным придурком, и это было даже хуже следующей за мной по пятам Джули.
Но через неделю Шелли успокоилась, официально дала мне отставку и стала гулять с Кайлом Ларсеном. Вскоре Джули снова стала моей тенью, и все пошло по-прежнему.
Однако в шестом классе все вдруг изменилось, и для меня так и осталось тайной почему. Я совсем не помню, чтобы Джули преследовала меня в шестом классе. Но прекрасно помню, как она нюхала меня.
Да, друзья, я сказал: нюхала.
И виноват в этом наш учитель мистер Мертинс. Он словно клеем приклеил Джули ко мне. У него была какая-то сложная теория по поводу того, кто, где и с кем должен сидеть. И он, конечно же, решил, что Джули должна сидеть рядом со мной.