Приведен в исполнение... [Повести]
Шрифт:
Зуев взглянул на милиционера, лучезарно улыбнулся ему и толкнул Зиновия в спину:
— Трогай…
Выехали на Домниковку, Зуев повернулся к Шаврову:
— Москва — большой и современный город, — начал он лекторским тоном, — квинтэссенция убранизма, клубок противоречий. Вот вы приехали счастья искать, а вы подумали, какой тернистый путь избрали?
— Тернистый? — удивился Шавров. — Но почему же?
— Начнем с того, что вы долго не видели свою невесту. Она молода, красива… Вывод: она любит
— Вы ее не знаете… — безмятежно возразил Шавров.
— Я знаю женщин, — философски заметил Зуев. — Вы симпатичны мне, и я хотел бы по-дружески предостеречь вас. От неизбежного разочарования. Предостеречь и предложить альтернативу. Такой человек, как вы, — находка.
— Ничего не понял, — пожал плечами Шавров, — но — спасибо. — Он наклонился к Зуеву: — Скажите… Амфитрион-Автомедон? Вы нарочно?
Зуев сузил глаза:
— Вы наблюдательны… Нет. Не нарочно. Я ошибся, но самолюбие, знаете ли… Зиновий, прими мои извинения. И притормози.
Автомобиль приткнулся к обочине, Зуев вышел и остановился, держась за дверцу.
— Вот какое дело… — он в раздумье посмотрел на Шаврова. — У меня письмо, точнее — документ, который я должен передать товарищу Анисимову, вот в эту контору… — он кивнул в сторону массивных дубовых дверей, рядом с которыми была укреплена черная с золотом вывеска: «Трест вагонов-ресторанов». — Но дело в том, что секретарша товарища Анисимова — это некоторым образом моя… жена, а вчера она застала меня с… другой, и теперь мне невозможно туда идти… — Зуев смущенно улыбнулся и покосился на Петра. — Вы… не смогли бы?
— Давайте письмо. — Шавров вышел из машины.
— Вот. — Зуев торопливо достал из бокового кармана мятый конверт. — Возьмите… — он заколебался. — Документ хотя и не секретный, но очень важный, Анисимов может взъяриться. Давайте так: вы подниметесь, посмотрите. Если… Зоя дежурит — ну бог с ним — отдайте ей, а если нет — не сочтите за труд, махните из окна. — Он умильно заглянул Шаврову в глаза. — Разъяренная женщина, это, знаете ли, — н е что!
Шавров вошел в подъезд и начал подниматься по закругленной лестнице. Что-то было не так. Он остановился и осмотрел конверт. «Товарищу Анисимову П. П. лично». Фиолетовые чернила. Слово «лично» дважды подчеркнуто. Конверт тщательно заклеен. «Черт возьми… — Шавров прислонился к стене. — Что он валяет дурака? Ну — поссорился, ну — из-за любовницы. Да ведь что за дело! Передал бумагу и ушел! Стоп!» Вдруг стало жарко.
«Зоя, жена… Так что же он — не знает расписания ее дежурств? И тем более, если не хочет встречаться — не мог узнать? Здесь какая-то липа…»
Он решил вернуться и объясниться с Зуевым начистоту, но услышал чьи-то голоса и понял, что стоит перед дверьми конторы. Вывеска, совершенно аналогичная нижней,
Вошел и увидел за письменным столом молодого человека в строгом; черном костюме.
— Простите… — улыбнулся Шавров. — А что, Зои нет?
— Зои нет, — прищурился молодой человек. — Я вместо нее. Что вам угодно?
— Тогда я с вашего позволения пойду, а сюда поднимется товарищ Зуев, — объяснил Шавров. — Он все изложит сам.
— Минуточку, — молодой человек поднялся и подошел к Шаврову вплотную. — Что, собственно, хочет изложить товарищ… — он вопросительно взглянул на Шаврова, и тот, загипнотизированный холодными, широко расставленными глазами, пролепетал в растерянности:
— Зуев… его зовут Зуев, заведующий… У него письмо к товарищу Анисимову… — Шавров машинально протянул конверт.
— Так… — молодой человек вскрыл конверт и развернул вложенный в него лист бумаги. На лице его ровным счетом ничего не отразилось, он неторопливо направился к входным дверям, и только тут Шавров увидел, что у этих дверей стоят еще двое — в кожаных куртках. — Вот, взгляните… — сказал им молодой человек, протягивая конверт и листок. — Документы, пожалуйста… — повернулся он к Шаврову. — Мы из милиции…
Шавров хотел попросить мандат, но эти трое были абсолютно достоверны, убедительны, и каким-то шестым чувством Шавров понял, догадался, что здесь все по правде, на самом деле, а вот Зуев… Все его подозрения сразу же вспомнились и удесятерились, и он сказал с горькой иронией:
— Случайное знакомство на вокзале…
Проверка документов заняла несколько секунд, судя по всему, Шавров у работников милиции уже не вызывал сомнений.
— Дорохов… — представился молодой человек. — В конверте — пустой листок, — добавил он. — Чего он хотел? Этот Зуев?
— Если Зоя на месте — я должен уйти, а если нет — махнуть из окна рукой, — объяснил Шавров.
Дорохов переглянулся со своими.
— Открой окно и махни, — приказал он. — Оружие есть? — Шавров достал револьвер и разрешение. Дорохов сунул то и другое в карман и подмигнул успокоительно: — Чтоб ты дров не наломал… Значит, так: он сразу не войдет, сначала просунет голову…
— Откуда вы знаете? — не выдержал Шавров.
— От верблюда, — нахмурился Дорохов. — Давай…
Шавров приоткрыл окно и высунулся: Зуев нервно вышагивал вокруг лимузина и, заметив Шаврова, зло покрутил пальцем у виска.
— Скажи ему, что вышла на обед, — подсказал Дорохов.
— Обедает! — крикнул Шавров.
— Ладно. — Зуев скрылся в парадном.
— Как только он просунет голову в дверь, ты скажешь: «Анисимов пошел в секретариат, просил подождать». Анисимов рыжий…
— А зачем это?
— Тихо… — прошептал Дорохов, скрываясь за портьерой.