Приватный танец
Шрифт:
— Я не знаю, как его выпустили из тюрьмы! Неужели богатым закон не писан? — она пожимает плечами, маленькая слезинка катится по щеке Златы, — не надо, — вытираю ладонью. Хоть сердце и сжимается и болит, но я держу себя в руках, чтобы не расплакаться.
— Я бы не сделала аборт. Правда. Просто не видела другого выхода.
— Не терзай себя и не вини ни в чем.
— Ты осуждаешь? — дрожащими от волнения руками Злата берет мою руку в свою, — я пойму…
— Тшш, я не осуждаю, не выдумывай.
— Правда?
— Конечно! — обнять не успеваю, так как в комнату заходит Лиля.
— Так девочки! —
— В смысле “продолжения банкета”?
— Хотел, — она переводит дыхание, положит ладонь на свою грудь, — чтобы танцевала для него до утра! Ненормальный, говорю же!
Мы со Златой нервно переглядываемся, я начинаю дрожать от волнения.
— Если ты готова — выходи! Я его еле уговорила пристегнутся!
— Мне уже страшновато! — шепчет мне на ухо Злата, нагоняя панику.
— Я подожду тебя здесь, — крепче сжимаю ее руки, — ничего не болит?
— Все в порядке.
— Ты зря ее ждешь, — говорит взволнованная Лиля, — он не успокоится одним ее танцем.
— Я не собираюсь танцевать больше положенного! — отвечает Злата и встает, поправляя откровенный танцевальный наряд.
— Поверь, девочка — придется! За второй день его появления здесь, я уже хочу уволится! Он так достал нас с Пашей!
— А почему просто не послать его? — спрашивает Злата, нанося на губы красную помаду.
— Паша не может! Он какой-то важный шишка и у Паши должок перед ним, — шепчет нам, словно кто-то нас может подслушать, — так все и так лишнего взболтнула! Злата, станцуй так, чтоб он инсульт получил в кресле! — смеется Лиля, — он правда достал, по каждому поводу скандал! Его все не устраивает в нашем клубе, кроме танца! Сволочь этакая!
— Боже, Лиля! — мы смеемся, не подозревая еще, что нас ждет.
Лиля в истеричном настроении покидает нас, уговаривая меня ехать домой, мол сегодня я не дождусь появления Златы.
Я нервно тереблю пальцы.
Только я и Злата знаем, кто вчера танцевал.
— Майя, и как ты вчера танцевала для нашего клиента, что он с ума сошел? — спрашивает Злата, после того как Лиля уходит, напоминая Злате, что ее выход через пять минут.
— Никак, Злата! Как я могу танцевать, если не умею? — смеюсь, вспоминая момент с танца.
— Чего смеешься?
— Вчера, — хохочу не могу остановится, — когда танцевала, у меня схватило спину.
— Как так?
— Сейчас, подожди, успокоюсь, расскажу, — делаю глоток воды, — я когда встала перед ним спиной и нагнулась до пола, не смогла выгнутся. Застряла в этой позе, задницей к нему. Представляешь эту картину? — мы смеемся.
— И что ты сделала?
— Я схватилась за его коленки и села на него, опрокинула голову ему на шею и громко стонала от боли в спине. А этот придурок, — вытираю слезы смеха, — успел своим мерзким языком облизать мне шею! Тьфу!
Мы кое-как успокаиваемся. Злата напоследок крестится и выходит из комнаты. Мне остается ждать и молится, чтобы она станцевала без происшествий. Все равно переживаю, ее только ночью почистили в больнице.
Но
— Кажется, он догадался, что вчера танцевала не я.
— Что?
— Он орет, как потерпевший, чтобы я звала Лилю! Она нас прикончит, если узнает.
— Господи! Что делать? Ты позвала Лилю?
— Пришлось, он обещал разнести все к черту, если не позову!
— Злата! — Павел Алексеевич и Лиля вместе заходят в нам, — что ты сделала не так?
— Я ничего не успела сделать! Абсолютно ничего!
— Мы нахватаемся проблем, если ты не вернешься и не станцуешь вчерашний танец, он мне башку снесет! — такого злого и потного от волнения Пашу мы не видели никогда, даже когда к нам в клуб вломились ОМОН, обнаружив торговлю наркотиками. Мы втроем я, Злата и Лиля смотрим внимательно на Пашу, — да, это он тогда спас мою задницу от тюрьмы, когда ворвался ОМОН, я по гроб жизни должен ему! Вы же знаете, что я был не в курсе, о торговле в моем клубе! Злата! Соберись девочка моя, выйди покажи этому психу, на что способна, пошли, — он тянет за собой не менее взволнованную Лилю.
— Майя..
— Злата..
Мы молча понимаем, что нам надо делать.
Глава 22
Moh & Owen Westlake feat. Graciellita — Over Ther
Второй танец Майя танцует под эту песню.
— Постой! — просит знакомый голос, когда я уже почти нажимаю на ручку двери в ВИП комнату. Настораживаюсь и боюсь шевельнуться, стою, руку не убираю. Назад не поворачиваюсь, закрываю глаза и жду. Большой живот Паши упирается мне в спину. Я боюсь быть опознанной, поэтому молчу, еле дышу, — Злата не мне тебя учить танцевать стрип, поэтому постарайся, — хорошо, что в коридоре выключен свет, включен лишь тусклый свет настенных светильников и Паша не видит, что перед ним стоит не Злата. — Приватный танец заключает в себе одну задачу, всего лишь одну: возбудить клиента до потери пульса, — при этом, этот бесстыжий часто и громко дышит мне в шею, доставляя мне неприязнь, но я стою, ради нас со Златой, — танцуешь максимально эротично, вызывающе, откровенно, да так, чтобы, черт возьми, он кончил в штаны! — от этих слов я краснею и смущаюсь, мне стыдно слушать подобные слова, Боже! Да мне подумать даже стыдно! — Важен эффект, понимаешь, чтобы он был очарован и мечтал сюда вернутся! — да он уже вернулся, куда еще лучше танцевать, я не понимаю, — в общем, постарайся свести его с ума! Очаруй его! Вперед! — поверх моей руки он ставит свою, нажимает, открывает и толкает меня внутрь, будто я сама не смогу.
В комнате стоит розовый полумрак. Я стою за тюлью, боюсь сделать шаг, так как ничего не вижу. Глаза не сразу привыкают к такому свету, несколько раз моргаю, чтобы привыкнуть и сразу же паникую, стоит мне увидеть кресло, в котором вальяжно сидит мужчина с расставленными в стороны коленями.
Волнение окутывает с такой силой, что ноги начинают дрожать.
Делаю несколько глубоких вдохов выдохов, закрываю глаза:
— Включись в танец и в музыку, отключись от этого мира и танцуй так, словно перед тобой никого нет! — вспоминаю напутственные слова Златы. Становится легче. Отодвигаю тюль и шагаю к сабвуферу, сама выбираю песню: