Притяжение сердец
Шрифт:
Он ужаснулся, увидев в ее глазах слезы.
— Боже мой, Амбер. Не плачь…
— Я и не плачу! — возразила она, усиленно моргая. — А что касается твоих перемен, что-то я их вчера не заметила!
Он обеими руками пригладил свои непослушные волосы.
— Из-за тебя я чувствую себя дрянью.
— Это я из-за тебя чувствую себя дрянью, парировала она.
— Я не хотел этого, — проговорил он тоном искреннего раскаяния. — Не знаю, почему я сделал то, что сделал. Мне очень жаль.
На ее лице снова читалась растерянность.
Очевидно, Амбер
— Я был злобным молодым человеком, когда впервые встретил тебя, Амбер, — попытался объяснить он. — Я презирал всех и каждого. И считал, что ты такая же, как все. А кроме того, очень красивая. Богатая. Высокомерная. Сексуальная. Неприступная…
Она ничего не сказала. Просто смотрела и смотрела на него.
— Сейчас я понимаю, что никогда не знал тебя настоящую. Но хотел бы узнать, Амбер.
Очень хотел бы…
Он сделал шаг вперед, но она в панике оттолкнула его.
— Не смей прикасаться ко мне. Неужели ты думаешь, что я снова позволю проделать с собой то же, что вчера? — не слишком уверенно спросила она. — Я никогда не была доступной женщиной. Можешь мне не верить, но обо мне болтали всякий вздор. Ты же знал меня только влюбленной по уши дурочкой, которая позволяла тебе все в ту проклятую ночь. Но я не какая-нибудь надувная кукла, которой ты можешь попользоваться, когда пожелаешь, а потом отбросить в сторону. Я существо из плоти и крови. Я — человек. У меня есть чувства! Мне бывает больно!
Заканчивая тираду, Амбер дрожала с головы до ног. Бен побледнел. Не ослышался ли он, когда она назвала себя влюбленной по уши дурочкой? И почему она так боится его прикосновения?
Грешные мысли, завертевшиеся в его голове, вероятно, отразились и на лице.
Губы Амбер немедленно изогнулась с неприкрытой издевкой.
— Да, вот это больше похоже на Бена Синклера, которого я знала и презирала, — процедила она. — Пожалуйста, не трудись больше скрывать истинные чувства ко мне. И, ради бога, оставь свои запатентованные комплименты. Ты напрасно сотрясаешь воздух, я больше не веду дела компании. Папа снова взял бразды правления в свои руки. Я согласилась присутствовать на этом ужине только потому, что он попросил меня. Так что не льсти себе и не воображай, будто причина в тебе. И наряжалась я не для тебя. У меня свидание после ужина.
Образ Амбер в объятиях другого мужчины вызвал у. Бена вспышку необузданной ревности.
Он схватил стакан с виски, залпом осушил его и с грохотом поставил на стойку.
— Вот повезло парню, — процедил он с беспощадной холодностью. — Ему не придется даже кормить тебя перед тем, как уложить в постель. И кто же этот счастливчик? Местный бизнесмен? Солдат? Моряк? Индейский вождь? Молчишь? Интересно, почему?
Бена понесло, и оскорбления посыпались с его языка одно за другим.
Голубые глаза Амбер вспыхнули.
— Единственное, что мне до чертиков надоело в Санрайзе, — процедила она, — это узколобые лицемеры, подобные тебе! Не вижу причин обороняться. Или
А что касается твоих извечных предположений обо мне, то это ложь — я никогда не была доступной женщиной. Никогда! И сейчас у меня нет любовника. Я ни разу не была с мужчиной с тех пор, как рассталась со своим мужем три года назад.
От таких слов у Бена пересохло в горле.
Она лжет. Не может не лгать!
Амбер засмеялась.
— По лицу вижу, что ты мне не веришь.
Экая новость! В твоих правилах верить худшему обо мне. Очень удобно, так как позволяет оправдать свое поведение той ночью, еще более отвратительное, нежели мое. Ты был грубым и подлым, а я — просто маленькой дурочкой, которая по наивности не могла придумать ничего лучшего. Но теперь я уже не столь наивна, как раньше, хотя и веду себя порой на редкость глупо. Вчера, например, когда ты поцеловал меня. Но самая моя большая глупость состоит в том, что я и вправду поверила, будто ты изменился. А ты совсем не изменился. Такой же грубый и подлый! — — Что здесь происходит? — внезапно раздался в гостиной рассерженный возглас. Амбер, ты зачем нападаешь на нашего гостя?
Бен обернулся и увидел Эдварда Холлингзуорта в инвалидном кресле и самодовольную Беверли позади него. Похоже, ее устраивал такой поворот событий.
— Вовсе нет, — шутливо опроверг Бен, вновь почувствовав необъяснимое желание защитить Амбер. — Мы с Амбер любим время от времени пикироваться. Еще в детстве развлекались подобным образом. Я сокрушаюсь, например, насколько она избалованная, а она в ответ заявляет, что никогда не встречала никого тупее меня. Но это не более чем игра, не так ли, милая?
Амбер не ответила. Слово «милая» лишило ее дара речи. Похожее действие оно произвело и на пару в дверях.
Бен решил: кому суждено быть повешенным, тот не утонет.
Бен вознамерился узнать всю правду. Сегодня же. Об отношениях Амбер с Крисом, о ее браке. Но главное — о ее настоящих чувствах к нему.
Каковы бы ни были эти чувства, они весьма сильны. Иначе она не расстраивалась бы так из-за него.
Он подошел к ней сзади и нежно положил руки на плечи.
— Представляешь, несносная девчонка, они думают, будто мы не любим друг друга.
Не погулять ли нам после ужина, Амбер?
Она повернула голову, чтобы посмотреть на него. Мышцы ее напряглись, но в глазах невозможно было ничего прочитать. Они словно остекленели. Взгляд Бена упал на приоткрытые губы, и его охватило нестерпимое желание поцеловать ее.
— Амбер не гуляет так поздно с мужчинами, не правда ли, дорогая?
Бен должен век благодарить Беверли за своевременное вмешательство, поскольку именно оно подтолкнуло Амбер к действию и качнуло весы в его пользу. Ее голубые глаза прояснились, и она холодно и презрительно взглянула на мачеху.