Притяжение 3
Шрифт:
— Надеюсь, вы, ребята, будете счастливы вместе.
Мое тело движется быстрее, чем соображает голова. Я выхожу из каюты и направляюсь обратно в свою спальню. Слезы текут по моему лицу, когда боль пронзает мою грудь. От нахлынувших чувств меня качает. Я ахаю и замираю, когда мой брат выходит из своей спальни. Могу себе только представить, как я выгляжу с опухшими от слез глазами и красным носом. Тот еще видок.
— Эмили, что случилось?
Он направляется прямиком ко мне, подойдя ближе, он выглядит растерянным. Я чувствую, как краснею от смущения, когда
— Что происходит? — снова спрашивает он.
— Ничего.
— Что-то не похоже на ничего.
Николас обнимает и держит меня. Я рыдаю на его плече, пока его тепло обволакивает меня. Я никогда так не нуждалась в своем брате, как сейчас.
— Я услышал крики. Я чуть не свалился, пытаясь одеться, чтобы посмотреть, какого черта происходит.
— Все нормально.
— Тогда, кто бл*дь довел тебя до слез? Это тот бармен?
Как по команде дверь, где спал Тайлер, открывается. Он появляется из комнаты наполовину обнаженный. Прежде чем Николас успевает подскочить к нему и ударить, я останавливаю его.
— Это не он, — говорю я, потянув его за руку.
— Тогда кто? Кэси? Тристан?
Его глаза расширяются.
— НЕТ.
Не говоря больше ни слова, я бегу в свою комнату и с грохотом захлопываю дверь. Голос Николаса разносится по коридору, когда он приближается к комнате Тристана. На мгновение, кажется, что началось светопреставление, но в конечном итоге голоса в коридоре затихают. Единственный оставшийся звук - это громкий стук моего сердца, колотящегося в груди. Мое сердце разбито. Мне слишком больно, чтобы двигаться, но я слишком жива, чтобы не чувствовать эту боль.
ГЛАВА 11
Тристан
Моя грудь разрывается от боли, когда я вижу, как Эмили уходит - нет, убегает от меня.
Я уже почти бегу следом за ней, когда слышу голос Кэси позади себя. Я резко разворачиваюсь, чтобы высказать свое недовольство этому маленькому монстру, разрушившему все. Кэси смотрит на меня с широко раскрытыми от удивления глазами. Ее губа все еще кровоточит после того, как Эмили ударила ее. В другой ситуации я бы гордился Эмили за то, что постояла за себя, но не сейчас. Это чертова катастрофа.
Я ненавижу себя за то, что не понял, что миниатюрная фигурка, скользнувшая прошлой ночью в мою постель, не Эмили. Я должен был догадаться, когда не почувствовал аромата лавандового шампуня Эмили. Боже, зачем Кэси вообще это сделала? У меня никогда не было к ней интереса. Она всего лишь отвлечение, средство для разговоров, особенно, когда мне приходится видеть, как Эмили болтает с тем барменом из Оазиса.
Не могу сосчитать, сколько раз я хотел ударить его по физиономии. Никогда не думал, что Кэси воспримет мой интерес к ее болтовне, как интерес к ней самой. Чтоб меня, бл*дь.
— О чем ты думала, когда залезла ко мне в кровать? — зарычал я.
Она прикрывает рукой рот в смущении. Из ее раны на нижней губе сочится
— Я думала о том, как сильно ты мне нравишься, — признается она.
Кэси делает шаг вперед, чтобы обнять меня, но я сразу же останавливаю ее. Она последний человек, чьи прикосновения мне нужны. Она только что разрушила последнюю надежду на наше с Эмили будущее. Теперь Эмили никогда не станет мне доверять. И мне нелегко будет принять потерю ее доверия.
— Как это ни лестно, не могу сказать, что чувствую то же самое.
Кэси мрачнеет от холодности моих слов.
Она медленно отходит назад, расстроенно опустив голову. Я знаю, что Кэси хочет. Она изголодалась по вниманию. Результат того, что ее богатые родители игнорировали ее многие годы. Я часто встречал подобных женщин, но я здесь не для того, чтобы утешать ее. Это работа для кого-то другого. Я хватаю розовый топик и шорты, разбросанные на полу перед моей кроватью, и кидаю ей. Ее губы кривятся, когда она смотрит сначала на свою одежду, а потом снова на меня.
— Я думала, что нравлюсь тебе — говорит она.
— Нравишься, но не так, как ты думаешь. Ты — подруга Эмили, и только так я воспринимаю тебя.
Она убирает с лица выбившиеся пряди волос. Она не признается, но я вижу по ее слезящимся глазам, что мои слова обидели ее.
Кэси серьезно надо подрасти.
— Она нравится тебе? — спрашивает Кэси.
— Я ее люблю.
Странно говорить это кому-то другому. Я даже себе не позволял такого удовольствия произносить это вслух.
Кэси смотрит на меня в шоке. Я уверен, она не ожидала такого признания. Она обдумывает это несколько мгновений прежде, чем продолжить свой допрос.
— Я не знала, что все настолько серьезно.
Я стискиваю зубы, схватив свою футболку с пола и натянув ее через голову.
— У нас есть совместное прошлое.
Ее глаза расширяются от понимания.
— Ты тот парень, с которым она потеряла свою девственность? Она как-то упоминала об этом, вскоре после смерти ее брата. Я думала, она шутит, потому что мы были пьяны.
Я морщусь, вспоминая ту ночь на лестнице. Мне нечем гордиться, но это привело нас к этой запутанной ситуации. Я часто думал, как бы все сложилось, если бы я никогда не переступил ту черту между нами.
ГЛАВА 12
Эмили
— Эмили!
Отчаяние в голосе Тристана раздражает меня. Он у меня за дверью, зовет меня во весь голос. Стук в дверь продолжается, несмотря на мой отказ ответить ему. Он настойчив, но я всегда знала, что он такой. Минуты тикают, и стук становится лишь громче. Помоги мне, Господи, если Николас услышит его. Моя дверь трясется от силы его удара. Даже стена справа вибрирует.
— Я знаю, что ты там.